Золушка для плохиша - Алёна Снатёнкова

Домой я приезжаю на такси и еще целый час слоняюсь по комнате, проверяя, на месте ли все мои вещи. В том, что Гаргамель залетала в гости, сомнений не было. Тошнотный запах ее духов сразу же ударил в нос, стоило только открыть дверь. Пришлось убить еще один час, чтобы избавиться от него, и уже потом, переодевшись, я смогла спуститься на кухню к тете Зое.

- Оливка вернулась, – улыбается женщина, попутно выкидывая в миску нарезанные яблоки. – А я тут твою любимую шарлотку решила испечь. Подождешь?

О, как.

Если в доме готовят выпечку, значит, Гаргамеля в радиусе километра нет.

А я голову ломаю, почему так тихо и никто меня не бесит. Ну, кроме раздражающего молчания телефона. Мартынов перестал звонить, а это страшнее его бесконечных входящих. Машину его я так и не смогла отвоевать. А теперь жалела, что слишком рано начала плевать в Демьяновский колодец.

- А ведьмы где? Что-то их не слышно, – интересуюсь и ворую из миски несколько яблочных долек, удобно усаживаясь на высокий стул.

- Так уехали, – на лице тети Зои появляется лукавая улыбка. – Лизка приказала, чтобы я ее в пять утра разбудила. Они собрались и уехали.

Ой, мне плохо.

- Что? На отцовской машине? Теть Зой, надо было колеса проткнуть или ключи спрятать. Как я вас учила?

- Оливка! Ты за кого меня принимаешь? Еще ночью ключи твои спрятала. Только зря. Они про машину Леонида Степановича и не вспоминали. За ними утром другая приезжала. Большая такая. Блестящая. На коробку из-под телевизора похожа.

- Эх, жаль, не катафалк.

- Оливка!

- Да шучу я. Слушайте, а они не говорили, куда собираются?

- Будто кто-то передо мной отчитывается. – Она закатывает глаза и откладывает в сторону нож. – А с тобой-то что? Чего так на телефон смотришь?

- Я?

- Ну не я же. Хотя, может быть, и смотрела бы, если бы мне на помощь такие принцы прибегали.

- Какие еще принцы? Теть Зой, прекращайте корицу нюхать.

- Я про чернявого твоего. Ой, я думала, он дверь сломает. Так барабанил, так стучал. Меня чуть с ног не сбил, когда твой голос услышал. Хороший парень. Ох, бедный Мартынов. Он там небось с икотой мучается.

- Да вы его один раз видели.

- И что? Мне стоит разок посмотреть, и я сразу могу понять, что человек из себя представляет. Вот чернявый – хороший.

Так-с, мне это не нравится.

- Вы так говорите, будто я плохая.

- Нет. Но ты в панцире живешь, и непонятно, что на душе творится. А парень тот - он как книга открытая. Говорю же, только услышал, как вы с мачехой ругаетесь, так сразу же и побежал в вашу сторону. А как он потом всех на место поставил. Ты бы только знала, как ведьма его проклинала, когда подругу проводила.

Вряд ли стоит не доверять словам тети Зои.

Да и тем более я хорошо Гаргамеля знаю. Не удивлюсь, если у нее под подушкой на одну куклу вуду стало больше.

- И про меня не вспоминала?

- Не до тебя ей было.

Вот это уже обидно. Я привыкла, что все внимание мачехи сосредоточено только на мне. А тут какой-то чернявый между нами встал. Что дальше? Ведьмы вычеркнут меня из своей жизни?

Такими темпами я скоро ревновать начну.

Ну, приплыли.

И это я не про Гаргамеля с ее проклятиями не в мой адрес. Это я про свой телефон, который завибрировал так, что я от испуга на стуле подпрыгнула.

Вот чего Мартынов названивает?

Подумаешь, без машины остался. Это разве повод угонщика беспокоить? Нервный он какой-то. А что с ним будет, когда он узнает, что тачка его на штрафстоянке тусуется?

Блин.

Холодом повеяло.

- Теть Зой, пирог долго ждать?

- Голодная? – заботливо интересуется женщина. – Так это я вторую партию замесила. Первый сейчас доставать из духовки буду. Отрезать кусочек? С чаем будешь или с компотом?