Дама с шампанским - Нина Князькова

— Елизавета Петровна, не двигайтесь пока. Вам рано. — Она склонилась над приборами.

— Я в туалет хочу. — Призналась, смутившись.

— У вас катетер. Вам нельзя двигаться, пока врач не разрешит. Операция была сложная, еле матку вам спасли. Слава богу, что кровотечение не открылось повторно. — Она покачала головой и ловко запихнула мне в рот кубик льда, едва я открыла его.

— Матку? — Я нахмурилась.

— Врач придет через пять минут и вам все точно расскажет. — Прощебетала активная девушка и выбежала из палаты.

Ладно, подождем врача.

Доктор действительно пришел быстро. Влетел в палату так, как будто за ним черт гнался.

— Как вы себя чувствуете, Елизавета Петровна? — С порога спросил он.

— Нормально. Даже почти не болит ничего. — Честно рассказала о своем состоянии.

— Это потому что вы на обезболивающих. Как только пройдет их действие, так сразу и заболит. — Пообещал мне добрый дядечка. — Матку нам удалось сохранить, а вот беременность пришлось прервать.

— Беременность? — У меня от шока глаза округлились. — Этого не может быть!

— Срок был маленький, поэтому вы могли и не знать, но ваш муж на это отреагировал очень болезненно и едва не придушил моего коллегу. — Врач посветил мне в глаза фонариком.

— Муж? — Кажется, на меня плохо наркоз подействовал и вызвал незапланированные галлюцинации.

— Лысый, высокий, широкоплечий и нервный. — Мужчина нервно покосился на дверь и замолк.

— Он мне не муж! — Я сразу узнала точное описание.

— Вам виднее, кем вы его считаете. Но вы ему на персонал больницы, пожалуйста, не жалуйтесь, а то, боюсь, здание стационара этого не выдержит. — Он покачал головой. — И постарайтесь лежать спокойно, без лишних движений.

— А когда мне можно будет двигаться? — Спросила.

— Сейчас вечер. Завтра с утра и попробуем. Сейчас придет медсестра и уколет вам живот. И введет еще немного обезболивающего. А завтра с утра с вами хотели бы побеседовать люди в погонах. Думаю, что уже будет можно. — Врач направился к двери. — Кстати, вам повезло, что лезвие ножа было узким, а то последствия были бы куда плачевнее. — И вышел.

Дверь закрыться не успела, и в палату вошла медсестра с коробочкой. Следом за ней явился Черепанов, который от двери потянул к моей кровати рулетку, что-то на ней отмерил, нарисовал маркером на полу линию и вышел.

Мы с медсестрой переглянулись.

— И что это было? — Спросила я ее.

— Не знаю, но мне кажется, что он у вас слегка странный. Больше суток уже в больнице сидит, никто его выгнать не может. Сначала в палате у вас был, а потом выскочил и потребовал, чтобы к вам человека приставили постоянного. А еще у ваших дверей охрана стоит. Такие мордовороты, что смотреть страшно. — Она слегка поежилась.

Я только глаза закатила, представляя, чьих это рук дело.

Едва девушка вышла, уколов меня в нужных местах, как в палату вошел Олег, на сей раз со стулом. Поставил его у проведенной ранее черты и уселся. Я непонимающе посмотрела на него.

— Два метра, — с грустной усмешкой пояснил он мне. — Ты сказала, чтобы я к тебе не подходил.

Не стала отвечать, отвернулась и стала ждать, когда подействует лекарство, и я смогу уснуть.

— У меня ничего с ней не было. — Похоже, что уснуть мне спокойно не дадут. — Я в душ сходил после тренировки, вышел, а она стоит в раздевалке. Потом вообще целоваться ко мне полезла. Я ее от себя оторвал, а тут ты. А я в полотенце одном, пока оделся, ты убежала. Я искал, дома тебя не оказалось. Парни город уже прочесывать начали, когда мне сказали, что ты по старому адресу идешь. Не успел. Прости, если сможешь, потому что сам я себя точно простить не смогу. — Он замолчал, а я изо всех сил пыталась сдержать слезы.

Я ему не подхожу. Сейчас я это осознавала четко и ясно. Он красивый, богатый, спортивный, вежливый, на него девки пачками вешаются…. А я кто? Сирота с братом-наркоманом на руках, с работой, где платят копейки, не красавица абсолютно и… убийца. Будет лучше, если мы расстанемся. Тем более, вряд ли кто-то захочет взять в жены женщину, которая пристукнула своими руками бывшего мужа.

Ему без меня лучше будет. А я первые полгода поплачу по ночам в подушку, закусывая наволочку, чтобы соседи не слышали, и возможно смогу забыться в работе. Если убийце вообще разрешат с детьми работать…. Пусть это и была самооборона, но обвинение то все равно предъявят.

— Лиз, ты мне не веришь? — Голос Олега стал совсем тихим. — И правильно. Блин, я так виноват. Тебе еще сказал, что детей не хочу…. Я хочу. Честно. Чтобы девочка с твоими глазами…. — Я слышала, как скрипнул стул, но голову не повернула, так как не хотела показывать слез, которые бежали по щекам. — Черт. Лиз, если ты решила меня бросить, то можешь, конечно, это сделать, но знай, что я буду за тобой везде таскаться и тебя одну не оставлю. — Я чувствовала, что Олег метался около двери, но линию, которую сам же нарисовал, не пересек. — Лиз, я уже не смогу без тебя.

Я закрыла глаза. И уши бы тоже закрыла, если бы могла. Слава богу, Олег замолчал, но его взгляд я чувствовала на себе до тех пор, пока не заснула.

Проснулась только утром, когда в палату вошел врач, проверил шов, сменил повязку и разрешил (о счастье) сидеть. Сказал, что мне сейчас принесут завтрак, и желательно, чтобы я все съела, так как сил на выздоровление понадобится много. Согласно кивнула, так как кушать и вправду очень хотелось.

Только доктор ушел, как дверь распахнулась и в палату, толкая перед собой тележку, вплыла… Маня. Я не столько удивилась ее присутствию, сколько ее виду. Она что сперла костюм медсестры из секс-шопа? Пока я протирала очки, Маня, одетая в ультракороткий медицинский халатик, белые чулки в сеточку, белые же кроссовки и шапочку с красным крестом уже подошла ко мне. Два девчачьих хвостика завершали картину.

— Привет. — Девушка, как всегда, лучилась счастьем. — Что, довела тебя эта лысая башка до больницы? А я говорила ему, что с женщиной жить, это не пельмени в морозилку складывать. Слушай, а тут у тебя такие охранники под дверями живут. Ммм. Залюбуешься.

— Привет, Мань. — Я повыше подтянулась на подушках. — А ты как здесь?

Она расправила столик передо мной и принялась ставить на него мисочки.

— Так Череп велел тебя кормить, развлекать, судно выносить…. Ой, извини, опять перед едой ляпнула. — Она поморщилась. — Короче, диплом я уже написала, а здесь хорошие деньги заплатят. И мне развлечение. Я, между прочим, полгода думала, куда мне этот костюм выгулять, который мне подруги на днюху подарили. А тут такой случай. Так что не согласиться я не могла.

Маня открыла все мисочки и принялась кормить меня куриным супом.

— Я сама. — Попыталась протестовать я, хоть и понимала, что мои руки сейчас и ложку могут не удержать.