Дороги любви - Лилия Подгайская

И подхватилась, чтобы приношение принять.

– О, да здесь много, Иветта Константиновна, – сказала удивленно, – а малышей-то всего четверо сегодня. Спят они пока. Сейчас подниму, и порадуем их.

Нянечка ушла, а Ветка присела на скамейку в небольшом садике, что за домом был, и задумалась. День выдался хороший такой, тихий, теплый. На маленькой клумбочке расцвели непритязательные чернобривцы, как их называют в народе, бархатцы по-научному, высокие такие, яркие, как маленькие солнышки в зелени. Смотреть на них было приятно. А Ветке вспомнилось ее детство. Тоже не больно-то весело было, когда болела подолгу. И цветы на клумбах не слишком часто видела.

Ее отвлекли от воспоминаний детские голоса. Из-за угла дома появилась тетя Дуся с четырьмя малышами, тремя мальчиками и одной девочкой. Ну точно курица-наседка в окружении цыплят, подумалось. А малыши устремились к Ветке, наперебой приветствуя ее.

– Ну здравствуйте, здравствуйте, – заулыбалась она, рассматривая их заспанные мордашки.

А тетя Дуся тем временем на маленьком столике поставила четыре мисочки с ягодами, все поровну разделила, чтобы никому обидно не было. И позвала:

– Идите сюда, цыплятки мои, ягодки вот поешьте. Вку-у-усные!

Дети тут же устремились на зов и сразу принялись за угощение. Глазки их весело засверкали, щечки розовее стали. «Много ли детям для радости надо», – подумала Ветка грустно. А тетя Дуся подошла к ней и присела рядом.

– Вот это Юрик, тихоня и плакса, – стала рассказывать, – это Сашка, первый забияка среди мальчишек, вон тот рыженький – Славик, а девчушка – это наша безматерщина Катюня.

– Что вы такое на ребенка говорите, тетя Дуся, право, – возмутилась Ветка. – Как вам не стыдно?

– А что? – безмятежно отозвалась нянечка. – Детей, у которых отца нет, называют безотцовщиной, а у Катюни матери нет, значит, она безматерщина.

– Как это, матери нет? – удивилась Ветка.

– А вот так и нет. Куда делась, не скажу – не знаю. Один отец у нее. Да и тот появляется не чаще, чем раз в несколько месяцев. А домой ее и вовсе никогда не забирает.

– Алкоголик, наверное, пропойца, – презрительно скривила носик Ветка. – Бедное дитя.

И она взглянула на девчушку с сочувствием. Надо же, как не повезло ребенку.

– Да нет, – отозвалась тетя Дуся, – я бы так не сказала. Вполне приличный мужчина с виду. Просто появляется у нас слишком редко.

Ветка только покачала головой. Ну не могла она представить себе, чтобы нормальный мужчина совсем своим ребенком не интересовался. Если не алкоголик, то гуляка, подумала сердито. Шляется напропалую, а на ребенка ему наплевать.

Возмущение ее не утихло, даже когда она домой возвращалась. Все Катюню вспоминала, у которой отец то ли пьяница, то ли гуляка. И от души жалела несчастного ребенка.

5

Появившись среди своих подопечных в понедельник, Ветка первым делом невольно нашла глазами Катюню. Девочка, худенькая и бледненькая, тихонько играла с каким-то ободранным, побывавшим во многих руках мишкой. Увидев доктора, заулыбалась, видно, вспомнила вчерашнее угощение – ведь ей такое не часто перепадало. Ветка улыбнулась в ответ, и между ними сразу протянулась какая-то ниточка, тоненькая, практически невидимая, но ощутимая.

Всю неделю Ветка напряженно думала, а к субботе приняла окончательное решение. Она поговорила с Татьяной Ивановной, и разрешение забирать Катюню на выходные и праздничные дни было получено. Она, конечно, чужой для ребенка человек, но не посторонний для их заведения.

И вот в субботу, после рабочего дня, Ветка уезжала домой не сама – рядом с ней к автобусу семенила малышка Катюня. Девочка была счастлива, что наконец-то и она, как большинство детей, покидает свой приют на целый завтрашний день, и гордо посматривала по сторонам. А Ветка только диву давалась, как остро чувствуют дети внешнюю обстановку и свое положение. Хорошо бы взрослым помнить об этом, когда они затевают свои легкомысленные игры, за последствия которых расплачиваться приходится вот таким обездоленным малышам.

Всю дорогу Катюня с любопытством посматривала по сторонам, закидывая Ветку вопросами. А девушка обстоятельно отвечала ей – ребенку же надо развиваться, а он ничего и не видел вокруг, кроме стен своего приюта и маленького садика за ним.

Татьяна Ивановна, разумница, спасибо ей большое за это, нашла возможность представить всю эту ситуацию вполне правдоподобно. Она объяснила девчушке, что доктор – ее родственница, которая нашлась случайно, и называть ее теперь можно тетей Ветой.

Дома у тети Веты девчушку ожидали ну прямо чудеса. Приветливая, улыбающаяся бабушка Лиза поставила перед ней вкусный-превкусный ужин, который девочка съела весь, подчистую. От такой непривычно плотной еды в животике сразу стало тепло и захотелось спать. А на приготовленном для нее спальном месте малышку ожидал симпатичный белый медвежонок с голубыми шелковыми ушками – проявлением буйной фантазии производителя. Тетя Вета объяснила, что это теперь ее собственный медвежонок и девочка должна сама дать ему имя. Катюня недолго думала, и игрушечный медведь был наречен Тимошей – так говорил кто-то из старших детей, хвастаясь тем, что у него дома есть своя игрушка. Она слушала тогда эти слова с замиранием сердца – свой медвежонок, даже представить себе этого невозможно, хотя хотелось так, что иногда животик сводило. Отец приезжал к ней редко, и это было большим праздником, но домой он ее не забирал никогда и ничего, кроме угощения, не привозил, просто проводил с ней часть дня.

В этот вечер Катюня уснула, крепко прижав к себе своего собственного Тимошу, досыта наевшаяся и довольная. А взрослые смотрели на нее со слезами на глазах. Как мало, оказывается, нужно ребенку, чтобы он не чувствовал себя обездоленным. Немного тепла и заботы – и малышка счастлива.

А утром чудеса продолжились. Вкусный сытный завтрак, потом прогулка. И пошли они с тетей Ветой в зоопарк. Его Катюня видела впервые. Это место вызвало у девчушки полный восторг. Здесь столько всего было! Однако весь зоопарк они не обошли, тетя Вета сказала, что не все сразу. Хотя медведей, конечно, посмотрели, а как же. Но большие, покрытые густой шерстью животные не понравились Катюне и показались даже страшными. А тетя Вета объяснила, что скоро откроется площадка молодняка и тогда они вдоволь налюбуются маленькими медвежатами, веселыми и игривыми.

Потом Катюня опять поела и на десерт получила клубнику, которая ей очень нравилась. Поспала в своей новой постельке, прижимая к себе Тимошу. Затем они немного посмотрели книжки с картинками, которых, к сожалению, было маловато, но все они были очень интересными, и тетя Вета почитала ей вслух. Пообедали, а там и подошло время возвращаться. К вечеру детей обычно привозили обратно, поскольку у родительниц начиналась новая рабочая неделя.

Расставаться с этой сказкой наяву Катюне очень не хотелось, но капризничать она не стала, побоялась. И Тимошу взять с собой не смогла, тетя Вета объяснила, что медвежонок будет ждать свою хозяйку здесь. А это значило, что приезжать сюда она будет еще. И девочка смирилась, только крепко поцеловала медвежонка в черный носик и помахала ему на прощание ручкой. Бабушка Лиза обняла девочку на пороге и дала ей в дорогу два вкусных пирожка, сказала, в автобусе пусть съест, дорога-то не близкая.