Приют Святой Анны - Ребекка Уинтерз

— Вы уверены, что я вам больше не нужна?

Монахиня строго посмотрела на Эшли.

— Я могла бы дать тебе еще десяток поручений, но не тогда, когда ты беременна, и не тогда, когда твое место рядом с мужем. Будь мужественной, моя дорогая.

Одного этого мне будет мало, сестра.

— Спасибо, что приютили меня.

Сестра Берниза слишком хорошо знала Эшли.

— Мы все в долгу перед тобой за твою помощь, но сейчас тебе пора идти. Да благословит тебя Господь. Позвони мне, если я буду тебе нужна.

У Эшли перехватило горло.

— Обязательно.

Стараясь не расплакаться на глазах у своей наставницы, Эшли потянулась за сумкой с вещами.

Произнеся молитву на дорогу, она спустилась в холл. Даже издалека Корд выглядел весьма внушительно.

— Дорогая! — Он легко взбежал вверх по ступенькам, чтобы встретить ее на середине лестницы. Она опомниться не успела, как он подхватил ее на руки и понес в машину.

Не обращая внимания на то, что кто-то мог их увидеть, он страстно прижался к ее губам с нетерпением жениха, жаждущего немедленно начать медовый месяц. Его радость была настолько велика, что он даже не заметил ее состояния.

В конце концов Корд отпустил ее. И она почувствовала на себе его внимательный взгляд. По мере того, как он смотрел на нее, его рот становился напряженным, а движения скованными. Смешанное выражение душевной муки и болезненного смущения появилось в глазах.

— Эшли… — Его голос дрогнул, хотя он еще не задал вопроса.

Она испугалась, что он снова обнимет ее.

— Пожалуйста, не целуй меня больше.

Он откинул голову, словно Эшли ударила его.

— Давай сядем в машину и поедем, Корд.

К ее ужасу, лицо его приняло сатанинское выражение.

— Еще два дня назад мы не знали, как доживем до того момента, когда опять будем вместе. А теперь ты не позволяешь мне дотронуться до тебя. Ради Бога, Эшли, скажи, что натворила Шейла с тех пор, как я расстался с тобой на больничной парковке?

Эшли хотела ответить ему, но помешал подступивший к горлу комок. Неправильно истолковав ее молчание, он рванул дверцу и помог ей сесть в машину.

Эшли старалась избегать его убийственного взгляда, пока он захлопывал дверцу и обходил машину, чтобы сесть за руль. Колеса завизжали, когда они рванули с места и влились в поток машин.

Миновав первый перекресток, Корд неожиданно свернул в левый ряд и повернул на стоянку возле супермаркета. Он отъехал как можно дальше от здания и нашел уединенное место для парковки.

Они с минуту сидели, не произнося ни слова. Потом раздался его резкий голос:

— Ну, давай поговорим, Эшли. Я хочу услышать все, с самого начала.

Не поднимая на него глаз, она протянула ему ненавистную карточку, которая лежала в кармане блузы.

Он выхватил карточку из ее пальцев.

— Что это еще, черт побери?

— Шейла передала мне это, когда приходила утром в приют. Она сказала, что, если ты позвонишь ее гинекологу, тот ответит на все твои вопросы.

Еще одна минута пролетела в мертвой тишине. Такой тихой ярости Эшли видеть не приходилось. Прерывисто вздохнув, она сказала:

— Если ты не возражаешь, я зайду в магазин. Мне нужно купить кое-что.

— Решительно возражаю.

Эшли отпустила ручку дверцы, не желая перечить ему в такой опасный момент.

— Я знал, что не должен был оставлять тебя одну, — резко сказал он. — Все это время меня мучило ужасное предчувствие, что что-то случится. — Он резко повернулся к ней. — Не отталкивай меня сейчас, Эшли. Не надо. — Она почувствовала отчаяние в этой просьбе.

Уставившись на ее руки, он сказал:

— Не сомневаюсь, она заявила тебе, что это я — отец ее предполагаемого ребенка.

— Она сказала, что не уверена, — тихо ответила Эшли. — Она была в близких отношениях еще с одним мужчиной, но они предохранялись. Тем не менее, поскольку я жду от тебя ребенка, Шейла подозревает, что этот ребенок твой. Я предупредила ее, что ты потребуешь сделать анализ на ДНК, но это не пугает ее, она и сама хочет знать результат анализа. Похоже, что она и твой отец хотели иметь нового наследника вашей компании, поскольку твое сердце не лежит к бизнесу. Но авария, в которой твой отец погиб, положила конец их мечтам создать династию.

Пока Эшли говорила, лицо Корда каменело, превращаясь в непроницаемую маску. Она бы остановилась, но нестерпимая боль заставила ее высказать все до конца.

— Сначала Шейла планировала прервать беременность. Поэтому и приходила в больницу. Хотела договориться с тобой о том, чтобы взять отпуск и лечь на операцию. Но когда узнала, что у меня будет от тебя ребенок, то передумала, предположив, что ее ребенок тоже может быть от тебя. Поэтому она решила его доносить. Если окажется, что ребенок не твой, она отдаст его в приют. Поэтому и приходила сегодня в «Святую Анну» — обсудить будущее ее ребенка.

Зловещее молчание напугало Эшли.

— И ты поверила каждому ее слову… — раздался наконец мрачный голос. — Значит… стоило мне оставить тебя одну, как Шейла придумала новый план и в несколько секунд разрушила все, чего мы с тобой достигли за последнюю неделю, проведенную в клинике.

Словно обручи стиснули ее грудь, мешая дышать. Но Эшли нашла в себе силы с безрассудной смелостью взглянуть Корду прямо в глаза.

— Она сказала, что ты все подстроил. Что у тебя нет никаких проблем с курением.

Корд посмотрел на нее невидящими глазами.

— А ведь Шейла действительно прекрасно тебя знает.

— Она сказала, чтобы я позвонила Грегу, если не верю ей. А он с-сказал, что никогда не замечал, чтобы ты курил.

Кажется, гнетущая темнота поглотила его.

— При данных обстоятельствах не понимаю, почему ты ушла из своего надежного приюта, не говоря уж о том, что сидишь рядом со мной.

Такое отчаяние, которое она услышала в его голосе, подделать было невозможно. Но в то же время он не сделал ни малейшей попытки защититься.

— Я и сама не понимаю, — выпалила она. — Но наш ребенок имеет право знать своего отца, а при том, что так близок мой срок, я не хочу рисковать ни его здоровьем, ни своим. Поэтому я собираюсь остаться с тобой. Буду даже спать с тобой в одной постели и позволю тебе заниматься со мной любовью, если это то, чего ты хочешь. При том, что в наше время в мире столько примеров супружеской неверности, почему я должна рассчитывать на другое? — Она то ли заплакала, то ли рассмеялась. — По крайней мере я знаю, что ты всегда будешь хорошо относиться ко мне и заботиться о нашем ребенке. Как говорится, «лучше смерть славная, чем жизнь позорная». Кроме того…