Я начинаю жить - Энни Янг

— А ты себе ничего не возьмешь разве? — удивляюсь я. Это точно моя тетя?

— Да я на прошлой неделе еще устраивала себе глобальный шопинг, — бросает она через плечо, а после улыбается: — Но еще от одной пары сапог не откажусь…

— Вот еще эти примерь. — Сует мне под нос черные лакированные туфли с золотистым обрамлением. — А эти положи туда, откуда взяла. — Указывает на ботфорты, чуть ниже колен, которые я собралась было примерить.

— Почему? Это же ботфорты, — не понимаю я.

— Со шнурками? Алекс, серьезно? Сейчас никто такие не носит, такая модель уже вышла из моды.

— Да? А тогда почему они здесь? Стоят на этой полке и ждут покупателя, то есть меня? Не смотри так на меня. К твоему сведению, мне глубоко плевать на моду, никогда не следовала ей и не собираюсь. Я их всё равно примерю, хочешь ты этого или нет. — Отодвигаю предложенные ею туфли в сторону и принимаюсь за свои ботфорты.

— Пожалуйста, если хочешь… я не против. — равнодушно бросает она, натягивая высокие кожаные сапоги на свои миниатюрные ножки. Вот кому нужно завидовать. Эх, до чего же люди любят поглядывать на других и замечать чужие достоинства, но никак не свои.

Прохаживаюсь туда-сюда, гляжу в зеркало. Конечно, было бы лучше увидеть на себе весь образ целиком, а не по отдельности. Но, думаю, эти ботфорты идеально дополнят мой черно-бордовый лук. Я их возьму. Как и те, что выбрала для меня Ленка: черные замшевые, высокие и очень сексуальные.

— Слушай, а ты права, они на самом деле тебе идут. Наверное, всё же стоит их взять. — Ленка задумчиво теребит нижнюю губу, сидя на диванчике.

— Тут и думать нечего, я их беру.

— Хорошо, только эти туфли тоже примерь. — Она вновь сует мне под нос те лакированные туфли.

— Как раз собиралась. — Сажусь на пуф и снимаю великолепнейшие ботфорты. И тут неожиданно Лена спрашивает:

— Давай рассказывай, кто там у тебя появился?

Я удивленно таращусь на нее, совсем не ожидая такого поворота. Я так надеялась, что она забыла.

— Только сразу предупреждаю. Если ты сейчас станешь убеждать меня, что нет никакого парня, я обижусь, развернусь и уйду, тебе ясно? — Она грозно сверлит меня взглядом.

— Нууу… парень есть и… как ты уже знаешь, это он подарил мне телефон.

— Значит… он богат? — ухмыляется она.

— Лена! Какая к черту разница, богат он или нет. Я его люблю, он любит меня (во всяком случае, я на это надеюсь). И это всё, что ты должна знать о моих отношениях.

— Алекс! Ты обещала во всех подробностях рассказать мне, что творится в твоей личной жизни. Так что приступай.

Я как сидела на пуфике, так и сижу. На мне выбранные Ленкой туфли, а она даже не глядит на них — идут ли они мне вообще?

— Ну как? Мне кажется, не очень. — Встав напротив своего отражения, с сомнением рассматриваю туфельки.

— Не нравится — не бери, — говорит она, бросив взгляд на мои ноги. — Точно, я их себе возьму. Снимай, я примерю.

— Уверена? Они ведь тебе большие будут.

— Девушка! — подзывает она консультантку, находящуюся в другом отделе. — Есть такие, но тридцать шестого размера? — Тетя тычет пальцем на туфли на моих ногах.

— Да, конечно, сейчас принесу.

Девушка исчезает, и Лена направляет орлиный глаз на меня.

— А теперь не увиливай от ответа, рассказывай.

Что ж… видимо, выхода у меня нет.

— Хорошо. — Шумно выдыхаю и продолжаю: — Он красивый, потрясающий, добрый (хотя в самую первую встречу была уверена в обратном), заботливый, умный, самый лучший. Ну и… да, немного богатый. Но разве это имеет значение? Когда любишь, неважно, есть у него за пазухой что-то или нет ни гроша.

— Ничего себе. И где ты такого откопала? Такого идеального? Может, подскажешь, где такие водятся? Может, и себе присмотрю, — шутливо роняет она и тут же кокетливо откидывает на спину свои светлые локоны, изящным движением и непревзойденной грацией закинув ногу на ногу.

— А не скажу, это секрет, — посмеиваюсь я.

— Ладно, сама найду… А если серьезно… — Лена вдруг, вся подобравшись, выпрямляется и серьезно говорит: — Похоже, любовь здорово ударила тебе в голову. С таким счастливым восторгом и обожанием говорят о мужчинах только по уши влюбленные девушки, которые не способны увидеть в них пороки и недостатки. Но поверь мне, они есть. Поэтому, вряд ли твоему идеальному описанию можно верить. Рано или поздно приходит разочарование, и это неизбежно, — произносит она, тяжело вздыхая, а затем, словно опомнившись (или просто случайно напоровшись на мой мрачный взгляд), прикусывает язык.

— Не хочешь — не верь. Мы можем вообще больше не говорить об этом, — резко бросаю я и, желая поскорее закончить разговор, порывисто встаю, наконец надев свою слегка потрепанную обувь. Лена ничего не говорит, лишь краем глаза замечаю, как та следом идет за мной, виновато покусывая нижнюю губу.

— Ваши туфли, — подлетает к нам девушка-консультант.

— Благодарю, — коротко бросает тетя, с безразличным видом подхватив маленькие туфельки.