Город драконов. Книга седьмая - Елена Звездная

Обернувшись, я взглянула в его глаза со смесью интуитивно–подсознательного опасения, настороженности, непонимания, неприятия, и… в некотором роде страха.

Черные глаза дракона ничуть не скрывали обсидианового вертикально вытянутого зрачка, а взгляд… казалось, я смотрю в бездонную пропасть, наполненную голодом и решимостью. И я внезапно осознала, что боюсь услышать то, что последует за уже произнесенными словами.

– Я никогда не отпущу тебя, – тихо произнес лорд Арнел. – Никогда.

Неловко улыбнувшись, я попыталась пошутить:

– Это предложение руки и сердца? Весьма оригинальное, должна признать. Что ж, так и быть, я постараюсь над ним подумать…

Дракон криво усмехнулся, мягко скользнул пальцами по моему подбородку, затем сжал, не позволяя увернуться от его молниеносно движения, и прошептал, касаясь моих губ и не отводя взгляда от моих глаз:

– Твои родители никогда не простят мне произошедшего в мэрии Вестернадана. Твоя прислуга, что стала для тебя практически семьей – никогда не простит мне… скажем так – многого. Ты сама едва ли простишь мне грубость, ложь, попытки овладеть тобой с помощью силы, и цепь в моем поместье. Еще существует лорд Гордан, и ты, несомненно, не простишь уже не только мне, но и себе того, что дала ложную надежду этому, к моему искреннему сожалению, весьма достойному джентльмену.

Я не понимала, к чему было сказано все это, и потому потребовала объяснений:

– Что вы пытаетесь мне сказать?

Касание его пальцев становится почти стальным и болезненным, взгляд еще более пугающим, но в то мгновение, я даже не догадывалась, что поистине пугающими станут слова дракона.

– У тебя больше нет права выбора, Анабель. Я пытался сдержать себя, некоторое время пытался держаться подальше от тебя, несколько раз отступал, ломая свою волю раз за разом. Я пытался. Правда. Но больше не в силах.

– Зачем вы говорите мне это? – дрожь прошла по телу, заставив вспомнить, что одежды на мне практически нет.

– По двум причинам, – жестко произнес лорд Арнел. – Первая – ты должна знать, что я пойду на все, дабы удержать тебя. Абсолютно на все. Ты знаешь о драконах больше, чем кто-либо и, я полагаю, понимаешь, что это…

– Угроза? – мой голос дрогнул.

– Да, – совершенно спокойно подтвердил лорд Арнел.

И его голос, в отличие от моего, не дрожал вовсе.

– И вторая причина, – проникновенно продолжил дракон, – твои муки совести.

Исполненная негодования, я разъяренно переспросила:

– Что?

В темных омутах глаз истинного дракона, промелькнуло что-то сродни затаенной улыбки, и лорд Арнел произнес:

– Я знаю, что ты любишь меня. Как бы ты это не пыталась скрыть, и сколькими стенами не старалась отгородиться, ты все же любишь меня, Анабель. Но твои родители. Твоя прислуга. Лорд Гордан. И, несомненно, твоя гордость, воспитание, понятия о благородстве и великолепная память, которая никогда не позволит забыть слишком многое. Я весьма недостойно повел себя при нашей первой встрече. Я могу ненавидеть себя сколько угодно, но мое недостойное поведение имело место и в дальнейшем. Неоднократное ментальное вторжение, шантаж, давление, принуждение, попытки домогательств. Ты, вероятно, простишь мне все, твое всепрощение поистине всегда изумляло меня, но из памяти это не исчезнет, и навсегда останется сомнениями, что будут изрядно отравлять твою жизнь. Но сомнения имеют место лишь там, где существует право выбора.

– Адриан! – я испытывала как минимум возмущение, не говоря обо всех остальных чувствах, что смешались в нечто с трудом опознаваемое. – Вы… вы не имеете права так поступать со мной!

Его губы тронула легкая улыбка, и дракон тихо ответил:

– Имею, Анабель. И вы это знаете. И вашей прислуге это известно. И вашим родителям. И лорду Гордану. И всем жителям Вестернадана. А потому обвинять вас – никто никогда не будет. Решение принял я. Ответственность за решение на мне. И все общественное осуждение так же достанется лишь мне. А у вас, леди Арнел, просто нет выбора.

И я все поняла.

Невероятное природное явление – дракон повышенной благородности, одним своим поправшим все моральные устои общества решением избавил меня не только от мук совести, а их было предостаточно, но и от пересудов в обществе, от шепотков за спиной, от обиды лорда Гордана, и даже от недовольства миссис Макстон, которое я пренепременно высказала бы, и была бы права целиком и полностью.

– И все это лишь ради моего спокойствия? – тихо спросила я.

– Частично, – весьма коварно улыбнулся лорд Арнел.

То есть на первом месте все же стояла совершенно определенно высказанная угроза.

– И на что же вы готовы пойти, чтобы удержать меня? – вопросила с негодованием.

Улыбаться дракон перестал мгновенно, и тихо, но весьма проникновенно, пробирающим голосом произнес:

– Абсолютно на все, Анабель. И, поверь, тебе лучше вовсе не знать, на что я способен.

О, Господи, вот уж о способностях этого конкретного дракона я была более чем осведомлена – я их даже разделяла и использовала, периодически.

И тут дракон допустил тактическую ошибку и тихо спросил:

– Мы договорились?

Я же, преувеличенно восторженно воскликнула:

– О, так стало быть у меня все же есть выбор?

– Нет! – мгновенно расставил приоритеты лорд Арнел.

– О, слишком поздно, вы уже проговорились! Таким образом, я полагаю…

В темных глазах мелькнуло несколько провокационное предостережение, а затем пальцы соскользнули с подбородка ниже, лаская коснулись тонкой кожи на шее, запутались в волосах, и более ни говоря ни слова, Адриан прижался к моим губам.

Поцелуй, от которого так стремительно закружилась голова.

Поцелуй, заставивший осознать, как сильно мне не хватало этих прикосновений, этой нежности, этой уверенности его движений и решений, этого мужчины.

Поцелуй, без малейшего чувства вины и раздирающих душу противоречивых мыслей о стыде, совести, благочестии, недопустимости происходящего, и помыслах о собственной безнравственности.

«Я никогда не отпущу тебя»…

И мне вдруг захотелось сказать:

– Не отпускай…

– Не буду, – прошептал Адриан, согревая теплом мои губы.

Я вздрогнула, осознав, что произнесла это вслух, но эти мысли исчезли столь стремительно, словно их и не существовало. Здесь, в маленькой пещере с загороженным входом и согревающим пламенем костра, казалось более не существовало уже ничего, кроме поцелуя, дурманящего словно сладкое игристое вино, прикосновений, обжигающих кожу, и предчувствия чего-то, что почти вызывало панику, но и для паники здесь тоже не осталось места.

Лорд Арнел поднялся, легко удерживая