Маргаритка и чертополох - Марья Зеленая

— Так чего ты от меня хочешь? — поинтересовался Кайден.

Лэрд окинул его пристальным взглядом с головы до ног.

— Сходи в баню, — неожиданно сказал он. — Смердишь как свинья. А потом зайдешь ко мне в покои, там и поговорим.

Кайден невольно втянул носом воздух. Странно, с чего это вдруг старика стала заботить его чистота?

— Ладно, — недоуменно протянул он.

— Хорошо, — кивнул лэрд. — Жду тебя через час.

Они вышли из камеры и, поднявшись по щербатым ступеням, разошлись в разные стороны: Дункан направился к себе, Кайден — в баню. Сперва он подумывал искупаться в озере, чтобы не возиться с лоханью, но так закоченел в сыром подвале, что все же предпочел горячую воду ледяной.

Вымывшись, он вернулся к себе и первым делом снял грязную одежду. Негоже являться к лэрду как огородное пугало. Надев свежую рубаху, он достал из сундука новый плед, разложил его на полу и принялся собирать складки.

Руки работали, а глаза рассеянно блуждали по шерстяному полотнищу. Синие, зеленые и желтые полосы пересекались на красном фоне, создавая клетчатый узор. Это был тарта́н Макферсонов, по которому члены клана узнавали своих.

Но Кайден чувствовал себя здесь чужаком. Он невольно потянулся к спо́ррану, выудил оттуда обтрепанный лоскут и бережно разгладил его. Коричневый, серый и бледно-голубой — невзрачные, но такие родные цвета! Это было все, что осталось от его клана. Имя Мактир теперь вне закона, и даже за этот клочок шерсти можно угодить за решетку, не говоря уже о том, чтобы в открытую носить этот тартан.

Кайден вздохнул и снова сунул обрывок в спорран. Сможет ли он когда-нибудь вернуть свое имя, или так и придется трусливо прятаться за спину дяди всю жизнь?

Одевшись в чистое, он расчесал влажные волосы и укоротил ножницами отросшую бороду. Интересно, что за дело хочет поручить ему Дункан? Опять разыскивать пропавший скот? Обойдется! Пока Киран и Алистер гниют за решеткой, он не собирается лазить по горам и высматривать в траве коровьи лепешки.

«Или старый хрен помогает мне вытащить парней из тюрьмы, или пусть катится ко всем чертям! — сказал себе Кайден, застегивая ремень. — Я обещал Эбби освободить их, и я это сделаю, нравится ему это или нет».

Заколов брошью плед, он вышел из комнаты. Снаружи сгустились сумерки, и в коридоре царила темнота. Кайден прекрасно ориентировался в замке, но в личных покоях лэрда бывал всего пару раз, поэтому прихватил свечу, чтобы освещать себе путь.

Наконец в полумраке показалась нужная дверь. Кайден постучался.

— Войдите, — ответили изнутри.

Покои лэрда напоминали ярмарочный балаган. На стенах — пестрые гобелены, на полу — узорчатые ковры. В камине плясало пламя, ярко освещая гнутые кресла, остальная часть комнаты утопала во тьме.

Дункан, развалившийся в одном из кресел, указал Кайдену на соседнее.

— Присядь.

Кайден плюхнулся на мягкое сиденье и с наслаждением вытянул ноги к огню. Лэрд взял со столика графин.

— Глоточек? — поинтересовался он.

— Не откажусь.

Наполнив бокалы, Дункан протянул один из них Кайдену.

— Сла́нче! — отсалютовал он.

Они чокнулись. Кайден сделал добрый глоток и, крякнув, откинулся на спинку кресла. Вдруг что-то зашуршало в глубине спальни. Глянув на кровать, Кайден обнаружил, что они с Дунканом не одни. Там среди подушек томно разлеглась Гленна. Она с легкой улыбкой смотрела на него, ее глаза поблескивали из-под полуприкрытых век.

— Похоже, я не вовремя, — смутился Кайден. — Завтра поговорим.

Он оперся на подлокотники, чтобы встать, но Дункан удержал его за плечо.

— Сядь!

Старик собирается обсуждать мужские дела при этой девке? Что ж, если ему так хочется…

Кайден снова откинулся на спинку и невольно покосился на кровать. Гленна, поигрывая золотистой прядью, плотоядно таращилась на него. Бесстыжая! Даже присутствие Дункана не смущает эту похотливую тварь!

Отхлебнув еще бренди, Кайден вопросительно посмотрел на лэрда. Тот, в свою очередь, оценивающе разглядывал его. Седые брови сошлись на переносице, прорезав глубокую морщину на лбу. Похоже, старику не нравилось, то, что он собирался сказать.

— Я хочу, чтобы ты лег с Гленной, — наконец промолвил он.

Кайден поперхнулся.

— Что?! — откашлявшись спросил он.

— Ты оглох? — раздраженно буркнул лэрд. — Я хочу, чтобы ты лег в кровать с Гленной и засунул в нее свой член.

— Ты спятил? — ошалело пробормотал Кайден. Он посмотрел на Гленну. Та похотливо улыбнулась и облизала губы. — Вы оба спятили! Я лучше пойду.

Он встал с кресла и устремился к двери. Что за чертовщину затеяли эти двое? Он не собирается участвовать в их игре.

— Сделай это, и я помогу тебе освободить Кирана и Алистера, — донеслось ему вслед.

Услышав эти слова, Кайден замер, затем медленно обернулся.

Дункан встал с кресла и прошелся по комнате с бокалом в руке.

— Ты же знаешь, я не могу иметь детей, — хлебнув бренди, отрывисто бросил он.

Кайден молча таращился на него. Конечно же он знал. Все в этом замке знали, но делали вид, будто верят, что виноваты женщины. Любой, кто усомнился бы в мужской силе своего лэрда, очень скоро бы от этом пожалел.

И вот, Дункан сам признается в своей несостоятельности. Уж чего, чего, а такого Кайден от него точно не ожидал.

— И ты хочешь, чтобы я… — Он облизнул пересохшие губы.

— Да, — кивнул лэрд. — Я хочу, чтобы ты сделал мне наследника.

— Хм-ф!.. — Кайден зачесал пятерней волосы ото лба, лихорадочно раздумывая над услышанным.

— Если я помру, не оставив наследника, мои кузены налетят как мухи на говно, — продолжил Дункан. — Но будь я проклят, если этим выродкам достанется хоть клочок моей земли! В клане начнется грызня. Кто-то поддержит тебя, кто-то — их. А пока вы будете рвать друг другу глотки, клан ослабнет, и сассенахи приберут все к рукам. Поэтому мне нужен прямой наследник. И ты мне его дашь.

Кайден исподлобья смотрел на дядю, пытаясь собрать мысли в кучу. Признаться, слова старика не лишены смысла. Всем известно, что Гленна вот уже пару лет делит с ним постель. Если она понесет, найдутся, конечно, злые языки, утверждающие, будто ребенок не от лэрда, но, если у младенца будут рыжие волосы и серые глаза, никто ничего не докажет.

«Видать, старый черт совсем отчаялся, раз просит меня о таком», — подумал Кайден.

Дункан буравил его выжидающим взглядом, словно кот загнанную в угол мышь. Отказаться — значит подписать себе смертный приговор. Лэрд