Мой (не) любимый колдун - Анна Рейнер

Я кивнула и, взяв вилку, принялась за еду. Все было вкусно, вот только аппетита что-то совсем не было. Поэтому я ела понемногу, тщательно пережевывая пищу.

– Может, все-таки раскроешь свои планы? – Я решила, что сейчас самый удобный момент, чтобы расспросить Ледяного колдуна о его замыслах. – Больше всего интересует, как связана я с открытием Врат.

Отложив вилку, Хаул откинулся на спинку стула и, скрестив пальцы домиком, испытывающе посмотрел в мои глаза.

– Ты – Избранница Солнца, – припечатал он спустя несколько секунд. – Именно поэтому у Килгора получилось выдернуть тебя из другого мира.

– А можно с этого момента поподробнее? – нахмурилась я, пытаясь переварить услышанное. – Что значит “Избранница Солнца”?

– В тебе есть магия, Вика. – Хаул поморщился. Было видно, что он не хочет говорить на эту тему. – Просто она пока спит.

– Так, значит, ее можно разбудить?..

– Можно. Но это не так просто, как ты думаешь.

– Расскажи, – потребовала я.

– Скажем так – смертельно опасно. – Хаул дернул щекой. – Помнишь, я вытягивал из тебя жизненную силу?

Я кивнула. Да и как такое забудешь?..

– Хотел удостовериться, что ты действительно Избранница, – ровно продолжил он.

– А что случилось бы, не будь я Избранницей? – осторожно поинтересовалась я, чувствуя, что ответ мне не понравится. Но промолчать не могла, иначе потом этот вопрос скребся бы в подсознании, не давая покоя.

– Ты бы умерла, – не моргнув глазом, ответил он.

Я ощутила злость. Ну как можно было быть настолько циничным?Впрочем, для Хаула чужие жизни никогда не имели ценность. Он превращал людей в ледяные скульптуры, и потом его не мучило раскаяние. Всегда и все только в угоду своим желаниям и амбициям. И я тоже для него лишь забавная игрушка, которая пока не наскучила.

Внезапно я ощутила подкатывающуюся тошноту и ринулась в уборную. После того, как желудок полностью очистился, я прополоскала рот и взглянула на себя в зеркало. Глаза потускнели, лицо было изможденным и бледным. Краше, наверное, только в гроб кладут. Вот я и ощутила на себе один из минусов беременности…

Немного придя в себя, я покинула уборную и вошла в спальню. Хаул ждал меня возле двери, облокотившись плечом о косяк двери. В его глазах застыла тревога.

– Я послал за Эрдином. – Ледяной колдун подхватил меня за талию.. – Потерпи немного…

– Это все нервы, – отмахнулась я. – Лекарь мне сейчас не нужен. Хочу просто отдохнуть.

Хаул помог мне добраться до постели и, взяв мою ладонь в свои руки, присел рядом.

– Я знаю, что ты думаешь обо мне, но таким меня сделали боги. – Он невесело усмехнулся. – Но, знаешь, мне всю жизнь казалось, что я трачу время на ожидание, когда пустота, холод и мрак исчезнут из моего сердца и я снова почувствую себя живым. Разве об этом я мечтал, когда выбирал путь служения Светлому богу? Нет, Виктория. Да, я долгое время был мертв, – мрачно заключил Хаул и прикрыл глаза. – Но как не старайся, а прошлое не отпускает. – Он замолчал, глядя перед собой невидящим взором.

Я замерла, надеясь услышать продолжение. Впервые Хаул решил быть со мной откровенным и приоткрыть тайну своего прошлого.

– Тогда люди не вздрагивали, услышав мое имя, – прошептал он. – Я был молод и подавал большие надежды. Владел магией, которая никому не была доступна. Конечно, боги не могли не обратить на меня внимание, – безрадостно усмехнулся он. Во взгляде колдуна застыли печаль и разочарование. – Тогда я думал, что с таким наставником, как Самаэль, получу могущество, равного которому не было в этом мире. Что ж, моя мечта сбылась…

Хаул вдруг осекся, но потом все-таки продолжил:

– Боги никогда не делают просто так. Жаль, что это мало кому известно. А когда это понимание приходит, пути назад нет. Вручив мне Ледяной клинок, Самаэль дал мне столь желанное могущество, но и сделал меня своим рабом. Видишь ли, боги не хотят вмешиваться в дела людей напрямую. Нет, не так, – поморщился он. – Им нельзя вмешиваться, чтобы не нарушить закон Равновесия. Им необходимы человекоорудия. И таким орудием стал я. Но знаешь, что хуже всего? – Хаул взглянул на меня. – Хуже всего, когда зло скрывается под маской добра. Даже Богиня Тьмы в своей жестокости даже рядом не стояла с Богом Света.

– Но ведь все уже давно в прошлом, – прошептала я. – Боги давно заперты. Теперь миром правит другой…

– А чем он лучше? – прищурился Ледяной колдун. – Разве он чем-то отличается от предшественников? – это был риторический вопрос, на который он не ждал ответа. – Ты поможешь мне открыть Врата и я, наконец-то, получу возможность отомстить. А заодно и избавлюсь от нового бога.

– Месть не принесет счастья, – вздохнула я, зная, что он все равно меня не услышит. – Только разрушит то, что уже есть…

– Может быть, – хмыкнул он. – В любом случае, скоро мы это узнаем.

Слова Хаула камнем осели в душе. Сейчас, после того, как он рассказал о своем прошлом, я тоже возненавидела богов Тэрна. Но месть все равно считала ненужной. Разве мало того, что сейчас он свободен и получил еще один шанс на жизнь? Вот только как донести до него это я не знала.

Я так глубоко задумалась, что вздрогнула от громкого стука в дверь.

– Вот и лекарь. – Хаул отпустил мою руку и отошел от кровати.

В гостинной послышались шаги, а через секунду Эрдин вошел в нашу спальню, держа в руке увесистый саквояж.

– Итак, что случилось? – расставляя на прикроватной тумбочке какие-то разноцветные склянки, осведомился он.

– Тошнота, плохое самочувствие, – процедил Ледяной колдун. – Но яда в пище не было точно.

Я снова оказалась в окружающей лечебной сфере, но прежде успела заметить неодобрительный взгляд Эрдина. Лекарь сразу понял причину моей тошноты и то, что я до сих пор не рассказала Хаулу о ребенке.

– Принесите стакан воды, – обратился Эрдин к Хаулу и, дождавшись, когда Ледяной колдун выйдет в гостинную, взглянул мне в глаза. – Оставлю вам снадобья. Принимать по одной ложке перед каждым приемом пищи. И советую как можно скорее рассказать отцу о ребенке. Иначе мне самому придется это сделать.

***

Дождавшись, когда Виктория уснет, Хаул провел над плечем девушки ладонью. На коже осталась крохотная снежинка – магический маячок, который она вряд ли заметит. Зато теперь он не только будет знать ее местонахождение, но и почувствует, если Вике вдруг снова станет плохо.

Поцеловав ее в висок и,