Клетка - Наталья Евгеньевна Шагаева

Литвин уехал час назад. Нелли дома. Мы не виделись сегодня. Хотя мне очень хочется найти предлог поговорить с ней. Хотя бы написать пару фраз на телефон. Но я не уверен, что ее телефон не мониторят.

— И ты тоже приглашён… — продолжает ухмыляться Довлатов. — На кофе, — кивает в сторону здания охраны, где на втором этаже его кабинет. Уходит, не считывая мою реакцию. А реакция есть. Если выражать ее в одном слове, то это «пиз*ец».

Но если с утра меня еще не закапывают где-то на промзоне, то все не так критично.

Поднимаюсь, прохожу в кабинет Седого, где он спокойно подставляет чашки под кофемашину, реально делая нам кофе.

— Присаживайся, — указывает мне на кресло возле своего стола. — Посмотрим кино.

— Я, конечно, не против свидания с кофе и кино, но только с дамским полом, — ухмыляюсь в ответ. Это нервное. Мне уже понятно, что он знает больше, чем я полагаю.

— Так даму мы сейчас дождемся. Неприлично начинать без неё, — подъе*ывает. Плохо. Но я очень надеюсь, что Довлатов свой мужик, которым я его и считал раньше. Воевать против него мне бы очень не хотелось. Но если надо ради Нелли, то я готов. Я в таком состоянии, что границы стираются.

— Вадим, давай напрямую. Без нее, — уже серьёзно произношу я, снимая маски.

— Давай. Ты ох*ел?! — уже агрессивно произносит он, подходит ко мне.

Поднимаюсь на ноги, чтобы не быть в позиции снизу. Седой резко хватает меня за пиджак и дергает на себя. На мужских инстинктах тренированное тело начинает сопротивляться и выходить из захвата. Обхватываю его кисти, пытаясь вывернуть, давя на нужные точки.

— Не дергайся! Хуже будет! — осаживает он. Меня накрывает. В комнате разит тестером. Дышу сквозь зубы. Ну не морду же мне ему бить. Это сейчас не в моих интересах. Пытаюсь расслабиться, насколько это возможно в данной ситуации. Смотрим друг другу в глаза. — Ты что, щенок, бессмертным себя возомнил?! — рычит мне в лицо. — Он же тебя не просто пристрелит, как пса. Даже не надейся на такую легкую смерть. Ты, блять, о чем думал?! Ты, сука, чем думал?! Это… — не договаривает, в ярости отталкивает меня. Проходится по кабинету.

— Я все понимаю. Но… — не договариваю, потому что в кабинет входит Нелли. Она, как всегда, богиня. В любом положении и в любой ситуации выглядит на все миллионы мира. На ней бежевые брюки и белая рубашка в мужском стиле, с высоким поднятым и распахнутым воротом. На шее и в ушах черный жемчуг, туфли на каблуках, делающие ее щиколотку идеальной. Мне кажется, я никогда не привыкну к ней. Она всегда производит на меня впечатление. Очень сложно не смотреть на нее. Очень сложно спрятать глаза и не пожирать ее.

У Нелли получается. Она скользит по мне взглядом и тут же переключается, обращая все внимание на Довлатова.

— Неожиданное приглашение, — усмехается.

— Сам не ожидал, — отвечает Вадим. — Присаживайся, — указывает ей на кресло, где сидел я, протягивает чашку кофе.

— Спасибо, надеюсь у этого свидания на троих есть веские причины, — холодно произносит она.

— А вот сейчас вы определите, насколько они веские.

Не знал, что Нелли и Довлатов настолько вольно общаются. Весь обслуживающий персонал, не имеющий отношения к семье, здесь безмолвный и бесправный. И я парадоксально ревную, как одержимый. Мне кажется, ни один мужик не может спокойно воспринимать эту женщину. Я даже ревную Нелли к этой чертовой чашке кофе, к которой прикасаются ее губы. Я насмерть влюбленный идиот. Это сумасшествие, но я готов сойти с ума рядом с ней.

— Заинтриговал, — произносит Нелли.

— Ты тоже подходи ближе, — кивает мне Седой и что-то набирает в своём ноутбуке. Жёстко бьет пальцем по большой кнопке и разворачивает его нам.

А кино у нас для взрослых. И сюжет лишает меня равновесия. Я понимаю, что просчитался. Меня подвела моя самоуверенность. На видео съемка из салона машины. Регистратор-то я вывел из строя. Только вот не знал, что в салоне стоит еще одна автономная камера. И, слава богу, она пишет только внутри салона. Трахались мы на капоте. Иначе я бы не сдержался и всё-таки съездил Довлатову по морде за то, что он видел Нелли в момент нашей близости. Мы сворачиваем в переулок, разговариваем, я вылетаю из машины, она за мной. Все мышцы каменеют, в висках начинает пульсировать.

— Тут перемотаем, — прокашливается Вадим, прекрасно понимая, по какой причине мы отсутствовали. Потому что, мать его, все понятно, по нашему затраханному виду, когда мы садимся в салон, как я ее целую, трогаю, говорю с ней. Звук тоже, слава богу, не пишется. Но все предельно ясно.

Седой останавливает видео и разворачивает ноут к себе.

— Денис, запирай двери, — усмехается Нелли, нам надо устранить свидетеля, — продолжает пить кофе.

— Рад, что вас это веселит, — хмыкает Довлатов.

Уже не скрываясь и не сдерживаясь, подхожу к Нелли, упираясь руками в спинку ее кресла. Она склоняет голову и, как ласковая кошка, трется о мою ладонь. Суток не прошло с момента нашей близости. А я смертельно соскучился. Мне хочется большего. Мне хочется… Прикрываю глаза.

— Почему я не знал об этой камере? — серьёзно спрашиваю Довлатова.

— Ммм, покажи мне пункт в твоём договоре, где я должен был перед тобой отчитываться?

Матерюсь сквозь зубы.

Черт. Я просчитался.

— И как ты используешь эту запись?

— Я могу ее использовать для своих целей. Это же бомба. Жена Литвина с охранником – вот он, моральный облик супруги кандидата в депутаты законодательного собрания, — иронично выдает Довлатов.

— Впечатляющий заголовок, — поддерживает его иронию Нелли.

— Седой… — выдыхаю я. — Потеряй нас, ты же можешь.

Я много думал этой ночью, практически не спал. Компромата можно найти много. Можно выпытать у Нелли и добавить еще. Но вопрос в том, что в девяноста процентах после того, как я это предъявлю Литвину, не проживу и часа, он меня не отпустит. Даже если компромат будет у сторонних лиц. Литвин просто уничтожит меня, а потом