Измена. Вернуть любовь - Евгения Ник

Праздник на самом деле проходит замечательно. Да, я периодически вижу Миронова. Он мелькает то на сцене, то среди гостей. Иногда мне кажется, что он кого-то высматривает. В такие моменты я старалась скрыться на всякий случай из виду. Екатерина Игоревна также здесь, чаще всего рядом с Глебом. Хотя создаётся ощущение, будто они и не вместе вовсе, слишком он холоден к ней или это мне так хочется думать. Не знаю и пытаюсь себе внушить, что не хочу это знать.

— Добрый день, Яна, — слышу за спиной грубоватый голос, оборачиваюсь и вижу Мишу Кренца с его супругой, которую уже встречала в детском магазине.

— Здравствуйте! — сдержанно улыбаюсь и, честно говоря, не знаю, что ещё могу сказать. Собираюсь сказать, что-то ненавязчивое и уйти, но тут активируется его супруга.

— Ой, это же мы с вами встретились в детском магазине? Я вас не узнала, — радостно щебечет она. — Вы сегодня выглядите, как голливудская актриса! Шикарная и безумно красивая!

— Благодарю, и вы просто бесподобны! Михаил, следите за такой красоткой в оба глаза, а то уведут, — подмигиваю и улыбаюсь ещё шире.

— Ну, пусть рискнут, если такие смелые, — на серьезных щах давит он.

— Оу, какой ты грозный! — смеется супруга Миши.

— А то, ты не знаешь? — бухтит он и при этом его уши медленно наливаются краской.

Мило.

Перекидываемся ещё несколькими незначительными фразами и извинившись, я покидаю эту парочку. Кто бы мог подумать, что у Кренца будет такая добрая, весёлая и общительная супруга. Да ещё и такая красотка. Повезло ему.

Погрузившись в свои размышления, сама не замечаю, как оказываюсь позади здания ресторана. Здесь намного тише и практически нет людей. Прохожусь по саду и направляюсь к беседке, которая располагается под огромной ветвистой сосной. Подхожу совсем близко и неожиданно для себя замечаю там женщину. Она сидит и с лёгкой улыбкой смотрит куда-то вдаль.

— Простите, не хотела вам мешать, — извиняюсь и делаю шаг назад, чтобы уйти обратно.

— Ой, что вы! Совершенно не помешаете, проходите, присаживайтесь, — похлопывает ладонью по скамье рядом с собой.

Замираю на месте, раздумываю пару секунд, но в итоге сдаюсь и сажусь рядом с ней.

— Прекрасный праздник. Вы согласны? — женщина поворачивается и смотрит мне в глаза.

— Да, мне тоже нравится. Так, красиво и вместе с тем, нет ощущения какого-то излишнего пафоса. У Глеба Григорьевича однозначно получилось создать нужную атмосферу. Вышло сказочно.

Женщина вдруг тяжко вздыхает и опускает взгляд в пол, становясь грустной.

— Да, у него получилось создать сказку… но какой ценой…

По спине пробегает холодок, и тело покрывается ворсистым ковром из мурашек. С трудом сглатываю вставший в горле ком и тоже опускаю взгляд.

“… но какой ценой…”, — засела в мыслях эта фраза. Сразу пролетают события прошлого. Больно.

Искоса поглядываю на женщину и вдруг ловлю себя на том, что вижу сходство между ней и Глебом. Видимо она почувствовала на себе мой взгляд, потому что снова поднимает голову и внимательно заглядывает мне в глаза.

— Как вас зовут? — внезапно задаёт вопрос.

— Яна.

Её глаза тут же расширяются, рот немного приоткрывается, а дрожащая рука касается выбившегося локона моих волос, который она аккуратно поправляет.

Только собираюсь спросить её имя в ответ, как со спины доносится полный ярости голос.

— Белова, какого чёрта ты тут делаешь! — вздрагиваю, оборачиваюсь и вижу, как на меня несётся Авелина. — Что тебе нужно от нас? Уже и до мамы добралась! — хватает меня за руку, впиваясь острыми ногтями в запястье.

— Авелина, что ты вытворяешь? Отпусти девушку! — подскакивает с места женщина и пытается убрать руку сестры Глеба. — Боже, извинись за своё поведение! Так ведь нельзя!

Но Ава вновь направляет всю энергию на меня и выкрикивает:

— О чём вы тут разговаривали? Что ты успела наговорить?

— Я? Ты о чём вообще? — совершенно не понимаю её.

— Какие же вы Беловы змеи ядовитые, так и лезете в нашу семью. Уходи пока я тебя…

— Ава, помолчи, пожалуйста! — доносится рык Глеба, и мы разом вздрагивает и поворачиваем головы на его голос. — Что у вас тут происходит? — давит сердито и смотрит на нас по очереди.

— А ты не видишь? Брат, какого чёрта она тут делает?

Миронов устало прикрывает глаза, поднимает голову к небу, прохрустывает шейными позвонками и говорит:

— Яна работает у меня.

— Что? Но как? Ты совсем с ума сошёл?

— Авелина, доченька, успокойся, — женщина подходит и обнимает её за плечи.

Понимаю, сейчас самое время уходить, чтобы они скорее успокоились, и я в том числе и делаю шаг вперед.

— Простите, я лучше пойду, — давлю из себя писк и ускоряюсь, чтобы как можно быстрее отсюда убраться.

Глеб

— Яна! — окрикиваю её, нагоняю быстрым шагом и неосознанно беру за руку, но она тут же отдёргивает свою ладонь.

— Не стоит меня трогать. Тем более в присутствии своих близких. Тем более когда у сестры такое состояние. Тем более, имея отношения с другой женщиной, — открыто смотрит на меня, но в данный момент не могу прочесть её эмоции. Спрятала.

— Ш-ш… Ян, скажи нормально, что произошло? Авелина или мама тебе что-то наговорили? Обидели? Покажи руку, больно?

Не даётся. Только назад всё пятится.

— Мне кажется, ты и сам всё слышал от сестры, а с твоей мамой мы вполне мило беседовали. На самом деле я только сейчас узнала, что это твоя мать, — прячет руку за спину. — Она у тебя, кажется, замечательная, — опускает глаза вниз, и её реснички мило дрожат, а щёки розовеют. Смущается. — Прости, Глеб, мне, правда, пора идти. Поздравляю с открытием ресторана! Праздник и оформление просто неземные, мне очень нравится, честно… — глядя на неё ничего не могу с собой поделать и как дурак улыбаюсь, а Яна заметив это моментально тушуется. — Почему ты улыбаешься? Я что-то не то сказала?

— Нет, — брякаю довольным голосом и вновь тянусь к ней рукой, но застываю в воздухе. Нельзя. Спугну. И она права,