Белкина в колесе - Аврора Добрых

Покончив с посудой, женщина определила все на специальный коврик для сушки, а сама направилась в гостиную. Сначала она сняла со стола скатерть и вместе со всеми салфетками и полотенцами отнесла их в ванную, чтобы закинуть в корзину для белья. Затем сложила стол, превратив его в скромный обеденный и, пыхтя, отволокла его обратно в кухню, где ему и место. После Люда вернулась в комнату и принялась сортировать подарки. Последним на очереди был большой целлофановый пакет с принтом в стиле новогоднего стола: красная скатерть, бутылка шампанского, тарелка с мандаринами и коробка конфет.

«Давненько я не видела таких пакетов, — подумала женщина. — Сейчас все обычно дарят плотные бумажные, с ручками из веревочек».

Люда вспомнила, что перед выходом на улицу, когда все собирались смотреть салют, Володя, указывая на этот пакет, сказал ей: «Это небольшой презент от меня, тебе понравится. Посмотришь, когда все разойдутся». Наконец время пришло. Немного трепеща от предвкушения, женщина открыла пакет и достала оттуда вытянутую прямоугольную коробку, на которой были нарисованы самые популярные приборы для готовки: половник, лопатка, шумовка и прочие полезные приспособления. Все это висело на пластиковом каркасе с крючочками. Следом Люда вынула цветастую целлофановую упаковку, которая гласила: «Мечта хозяюшки 3 в 1: фартук, рукавицы и полотенце». На всех трех предметах было одно и то же изображение: елочный орнамент с игрушками и красно-белые узоры, а по центру всего этого великолепия — улыбающийся снеговик в шляпе-цилиндре.

Людмила надела фартук и вернулась обратно в кухню — нужно было вытереть насухо посуду и убрать ее по полкам. В это время в двери начал тихонько проворачиваться ключ.

— Мам, это я, — шепнула Арина, ступая на порог.

— Я на кухне, дочь, заходи ко мне.

К радости матери, девушка была полностью трезвая. От нее немного пахло сигаретным дымом, но ни на одной истории в соцсетях она не была замечена с сигаретой. Возможно, рядом действительно курили другие ребята.

— Как погуляли?

— Да нормик, мам. У тебя новый фартук?

— Ага. — Людмила потянула полы изделия в стороны. — Нравится? Папа подарил.

— Шляпа какая-то.

— Ну да, снеговик в шляпе.

— Мам, да я не про снеговика, а в целом. О, кстати! Я же совсем забыла положить под елку твой подарок! Я ща!

Арина унеслась куда-то и вскоре вернулась с маленьким пакетиком. Из плотной бумаги и с теми самыми ручками-веревочками.

— Вот. — Дочь чмокнула Людмилу в щеку. — С Новым годом, мамулик.

Женщина никак не ожидала подарка, поэтому он стал для нее самым приятным сюрпризом за весь праздник. В пакетике оказался чехол для телефона и симпатичная заколка для волос. Чехол был лилового цвета и на первый взгляд в нем не было ничего необычного, однако как только Людмила перевернула его, как сразу ахнула: на задней части были блестки в прозрачной водичке. Стоило потрясти чехол, как блестки тут же вздымались вверх, после чего плавно опускались вниз словно снежинки.

— Это просто чудо какое-то, — восхищенно прошептала женщина, едва сдерживая слезы.

— Я знала, что тебе понравится, — улыбнулась Арина.

— Ой, а заколка какая шикарная!

Заколка представляла собой две изящно переплетенные металлические линии с прозрачными стразами. Вроде простая вещица, а какая стильная и нарядная. Людмила сразу прицепила ее к своей прическе, зафиксировав часть челки сверху.

— Ну как?

Арина нахмурилась, сняла заколку и определила ее немного в другое место, выпустив с ее помощью одну прядь.

— Вот так лучше. Тебе идет, мам. Только не реви!

Чтобы дочь не увидела ее слез, Люда направилась в ванную поглядеть в зеркало. Арина действительно очень удачно прикрепила заколку, и теперь эта, казалось бы, простая вещица, задавала шарм всему облику. Обмакнув уголки глаз ватным диском, женщина вернулась на кухню и обняла дочку.

Затем она сказала:

— Жалко, что ты почти с нами не посидела. Теть Оля и теть Аля тебя так любят. С дедом ты хотя бы видишься, а с ними от силы раз в год, на мой день рождения.

Арина закатила глаза в своей излюбленной манере:

— Мам, да не меня они любят. Чего ты такая наивная? Они любят прийти и посидеть у нас на халяву. Знают, что ты всегда наготовишь на целую ораву, а им ничего не придется делать. И сами поедят, и мужей покормят заодно. Посуду мыть не надо, ты все сама приберешь, да еще и перед уходом им с собой жрачки положишь: идеально же! Они вообще шоколадно устроились.

Людмила тихонько рассмеялась:

— Ариш, ну ты чего, мне же это все в радость. Всех накормить, напоить. Да и Оля с Алей совсем не такие коварные, как тебе кажется.

— Ага. Кажется. — Девушка зевнула. — Ладно, мам, пойду в душ схожу и спать.

— Давай, доча. Люблю тебя.

Пока Арина была в ванной, Люда сняла старый чехол с телефона и надела новый. Теперь аппарат вообще не хотелось выпускать из рук — до того сказочным казалось хаотичное перемещение блесток в сияющей водичке.

Перед сном женщина еще долго крутила заколку в руках, любуясь, как стразы переливаются в свете ночника. Так и заснула — с телефоном и заколкой в ладони.

Глава 25

Люда внезапно проснулась в семь утра.

За окном была кромешная темень, все домочадцы, конечно, еще спали, как и остальные нормальные люди во всей округе. Выпив немного воды на кухне, женщина поняла, чем вызвано столь раннее пробуждение: болел живот. К счастью, это была, скорее, ноющая боль. Не такая сильная, что ее нельзя терпеть, однако спать все же не давала.

Люда выпила таблетку, помогающую при таких состояниях, затем вернулась в спальню, легла и постаралась уснуть, но ничего не получалось. Полежав еще немного, она так устала от Вовиного храпа, что пришлось возвращаться на кухню. Там она включила свет и села за стол со стаканом воды.

«Наверное, просто переела или же перенервничала. Скорее, второе, ведь съела я всего ничего…» — подумалось ей. Каждое торжество сильно било по ее нервной системе, ведь нужно было все успеть, сделать в лучшем виде, чтобы гости остались довольны.

Тут ее телефон беззвучно завибрировал.

— Мама? Ты чего? Что-то случилось??

— Да что может случиться утром первого января? Скажешь тоже. А вот у тебя что-то явно стряслось.

— Почему?

— Потому что ты сразу взяла трубку. А еще я вижу свет