Весь Ад к твоим ногам - Наталья ДеСави

— Не лучше ли было убегать от него верхом?

— Если хочешь быть добычей — пожалуйста. Но обычно им хватает лошадей.

Муж тянул меня вперед, отпрыгивая от вновь и вновь вылезающих из земли огров.

— А как же «страшнее Дьявола в Нижнем мире никого нет», — язвила я, перепрыгивая через камни и палки.

— Я их пугать и не собираюсь, — не запыхавшись ни разу (вот как у него это получается) ответил Сэм, — я собираюсь пройти мимо незамеченным.

— Не очень хорошо получается, — очередная глыба, вылезшая из земли прямо перед нами, выпучила два свои огромных глаза, сфокусировала и протянула в нашу сторону руку.

Сэм подхватил меня, откинул в сторону, и мы оба, как два воланчика, покатились под горку. Огр, не сумевший так быстро ориентироваться, потерял нас из виду, и с детским кличем ХРРКР побежал догонять оставшихся лошадей.

— Он еще малыш, — Сэм снял у меня в головы прошлогоднюю траву и подарил жаркий поцелуй, — теперь можно добраться до реки.

— Малыш? — я смотрела вслед трехэтажному ребенку.

— Родители не так проворны, но более сообразительны, — Сэм подал мне руку, помогая встать. — Зато путь теперь свободен.

Он был прав, до реки, выплескивающей огненные фейерверки, было рукой подать. И до того, что я издали приняла за черную точку, тоже. Только с этого расстояния это оказалось огромной горой сваленных бревен.

— Что это? — запыхавшись, я неслась следом за мужем, подхватывая юбку на бегу.

— То, что должно остановить реку.

— Бревна? Они же вмиг расплавятся в лаве.

— Сейчас и проверим.

Мы добежали до груды, обогнув ее с боку. Сами бревна — это была песчинка по сравнению с тем, что было дальше. Через Огненную реку был построен мост. Он был длиннее, чем Крымский и шире, чем Синий мост в Питере. И на нем грудами лежали все те же бревна. Были они странные: синего цвета, с черными вкраплениями. И количество их измерялось тысячами. Сэм провел рукой по бревнам, и на ладони остался едва различимый белый след.

— Магия, — его взгляд стал колким, острым и недовольным. В такие моменты лучше было не приставать с расспросами, попадешь под горячую руку. А у Дьявола она ох какая горячая.

Я прошла по мосту, рассматривая сложенные в штабеля бревна. Мне это не нравилось. Мост был сделан так, что, даже если бревна раскатятся, они не упадут в лаву, а остановятся около высоченных перил. Такие для декорации не делают, да и для функциональности тоже. Скидывать бревна было очень неудобно, если не сказать, нереально.

— Уходи с моста, — услышала я окрик мужа, обернулась и увидела, как он расправил крылья и летит ко мне. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что опасности вокруг нет никакой. Огры-людоеды ускакали играть в лошадки, вокруг тишина, ни движения, ни звука.

— Какого… — успела сказать я, после чего была подхвачена на руки и унесена на противоположный берег. — Ты что творишь?

— Они не собираются сбрасывать бревна и прудить реку, — Сэм поставил меня на ноги, отгородил от моста крыльями, взял мою голову и стал внимательно рассматривать зрачки.

— Да убери ты руки, — отмахнулась я, — и объясни, что вообще происходит.

— Это медленный яд, — убрал он, наконец, свои руки от моей головы, — бревна завернуты во временную магию, полог спадет в определенное время, и тогда яд просочится в реку, а оттуда во все дома.

— Сложно не заметить такую груду бревен, плывущую к городу.

— Поэтому мост упадет целиком. Заметила, что под мостом установлены колеса? — я отошла в сторону и заглянула под мост. Действительно, десяток огромных кругов висели под днищем. — Мост по дну дойдет до оградительных заслонок города, а там будет медленно растворяться, постоянно отравляя весь город. Грешники будут мучиться еще хуже, а вот черти просто вымрут.

— Но мы в Аду, куда уж дальше можно попасть после смерти?

— Никуда, — я взглянула в глаза мужу и мне передался весь ужас, который в них застыл. — Черти, бесы и демоны смертны. И после смерти они превращаются в песок. Вместо города может остаться только пустыня.

Я вспомнила мальчишку-черта, которого спасла от райских, и мне стало не по себе. Ни он, ни остальные черти точно не заслуживали такой участи. Ну, работа у них такая, мучать грешников и испытывать людей. ГИБДДшников и налоговиков у нас тоже никто не любит, и ничего, травить повсеместно никому в голову не приходило.

— Нужно убрать мост, — подалась я ближе, но Сэм остановил меня.

— Даже мне одному этого не сделать. Здесь наложена очень сильная магия, нужны будут все мои архангелы.

— Архангелы? — если бы я пила чай, я бы обязательно поперхнулась. — У Дьявола есть Архангелы?

— А что ты так удивляешься? Светлым можно, а мне нет? Тем более это не больше, чем иерархия. По-вашему, земному — заместители директора.

— Зам по кадрам, зам по учебно-воспитательной работе? — не могла сдержаться я.

— Почти, — улыбнулся муж. — Сатана управляет бесами, Вельзевул — демонами, Люцифер — астральным светом, Асмодей — что-то типа личного киллера, Ваал управляет адскими легионами. Кроме нас с тобой только у них есть магия в Нижнем мире.

— Ты хочешь разворошить все гнездо только для того, чтобы убрать мост? Точно сам не справишься?

Сэм подтолкнул меня ближе к мосту.

— Видишь эти золотые цепочки по всему периметру? — Только сейчас я заметила, что весь мост и все бревна опоясывают золотые нити. — Это плетения магов Верхнего мира. Наши магии несовместимы, то есть мы не можем сражаться друг с другом, не можем причинить друг другу вреда. И разрушить магию друг друга тоже не можем.

— Ты хочешь сказать, что эту диверсию устроили жители Рая? Но зачем?

— Не знаю. И это незнание мне не нравится. Но думать некогда, нужно вызвать остальных. Посиди в стороне.

Я отошла подальше, присела на камень, торчащий из земли, и стала смотреть, как Сэм проводит какой-то странный ритуал, произнося заклинание, от которого один за другим стали открываться порталы и из них выходили высокие, накачанные, вооруженные и дико красивые помощники Дьявола. Права была охранница в Чистилище, в Аду мужчины намного краше, чем в Раю.

Все пятеро приклонили колено перед Дьяволом, повернулись и поклонились мне, а потом занялись своими мужскими делами. То есть начала выяснять, что делать, и кто выдал самую блестящую идею. Я поудобнее устроилась на камне и не вмешивалась. Первое правило женщины — не мешай мужикам