Украденное счастье - Нина Лелет

Но потом взглянула на сына, может это к лучшему. У него будет папа.

— Летом свадьбу простенькую сделаем, — проговорил он вдруг.

Я даже поперхнулась.

Егорка бегал по комнате веселился и нечаянно задел мой телефон, лежащий на столе. Тот с грохотом упал и по экрану пошла трещина.

Григорий как-то странно взглянул на меня, когда подняла сына на руки и стала спокойно объяснять, что нужно быть внимательнее.

— Совсем не строгая ты, Инна! — сказал он.

Мы ещё общались какое-то время. Григорий подарил мне новый телефон.

А однажды мой сын усевшись ко мне на колени крепко обнял меня.

— Мама, я тебя «любу».

— И я моё, солнышко, тоже, — поцеловала его макушку.

— Дядя Гриша плохой, а я холоший, — пролепетал он на своём детском языке, но смысл я уловила ясно.

— Почему? — удивилась я. — Почему плохой?

Григорий достаточно много времени уделял моему сыну, я даже несколько раз оставляла их вместе, когда, к примеру, ходила в магазин или в парикмахерскую.

Думала пусть налаживают контакты.

Но Егорушка ничего мне не ответил больше, спрыгнув с моих колен, он уже занялся большим пистолетом с мягкими пульками.

Странно, подумала я. Ни про кого мой малыш не говорил ничего подобного.

Вскоре я узнала почему.

Гриша пришёл в очередной раз в выходные, а Егорка рисовал пальчиковыми красками, мне же в этот момент позвонила мама и я отвлеклась, попросив Григория присмотреть за моим сыном. Раз уж собирается занять роль его отца, то пусть учится.

Тот с радостью согласился.

Я вышла в коридор, но через пару минут послушался громкий плач Егора.

Завершив разговор влетела в комнату.

Григорий навис над Егоркой, забившимся на кровати.

— Что случилось? — спросила рванув к сыну и взяв, его на руки стала успокаивать.

— Упал? Ударился? Где болит?

— Этот паршивец испачкал мою новую футболку, представляешь?! — орал мужчина. Вот когда родим своего ребёнка, он не будет таким…

Егорка был в трусиках и маечке, так как в комнате было жарко и на его ножке и попе заметила красный след.

Я буквально закипела от ярости.

— Ты что ударил моего ребёнка? — прошипела я, давясь словами от злости.

— Только слегка шлëпнул, — бросил Григорий в ответ, — для профилактики.

Глава 32

Я едва не задохнулась от волны раздражения и чувства паники.

Это словно не моего ребёнка обидели, а меня сама. Нет! Это даже ещё хуже!

Как он мог? Как?

Как это было неприятно и обидно!

Я чувствовала внутри себя всплеск негодования и злость накрыла меня.

Наверное, это было одним из тех моментов, когда моя материнская сущность защищать своего ребёнка — вышла на первый план.

Мой мальчик, мой малыш, которого оберегала и любила больше жизни, который с самого рождения много перенёс, был явно напуган и его глаза наполнились слезами.

Эмоции во мне бушевали и я не могла остаться равнодушной к происходящему.

— Ты совсем охренел?! Ты кто такой вообще?! Я никогда и не тронула сына и пальцем, а ты!?

Я так орала на Григория, выражая эмоции словами и жестами, что, наверное, была похожа на истеричку.

Наверное и Егорку сама же напугала ещё больше.

Не могла себя контролировать больше.

Но я хотела защитить мальчика и показать мужчине, что такие поступки вообще недопустимы.

— Ну всё! Успокойся! — как ни в чем не бывало ответил он. — Я в детстве вот часто получал и не вижу ничего в этом плохого. — Это воспитание и полезно порой…

— Заткнись! Просто убирайся! — перебила гневно я, — не хочу больше тебя видеть!

Он осёкся на полуслове и сделался крайне удивлённым.

— Но а как же мы? Я думал… — начал он.

Но я перебила Гришу снова.

— Нет никакого мы и никогда не будет!

Я уже говорила спокойно и холодно, смирив эмоции.

Теперь уже Григорий стал нервно размахивать руками.

— То есть хочешь сказать, что зря потратил на тебя своё время и деньги? — выпалил он.

Обалдеть, подумала я… Ещё и деньги.

— Да, можешь считать и так.

Спасибо тебе за всё! Но, увы, нам не по пути! — рявкнула в ответ.

А по поводу денег, — усмехнулась напоследок.

Я посадила Егора в стульчик и взяла телефон.

Зашла в настройки и сбросила на стандартные, чтоб абсолютно ничего не осталось. Вынула трясущимися от эмоций руками сим-карту и вручила Григорию. Который стоял едва не отвесив челюсть.

— Всё? Больше ничего не должна? — спросила поджав губы. — Или может быть за бензин тебе денег отдать? Ты же нас подвозил несколько раз, а?

Мужчина промолчал лишь измерил меня хмурым взглядом, поджав и без того тонкие губы.

— А теперь уходи!

Забрав телефон, который дарил, он направился к выходу.

— Ты ещё пожалеешь! — бросил ледяным тоном. — Всё равно меня твой сын раздражал…

— Пусть такое счастье как ты, обретёт какая-нибудь достойная девушка! А мы и так прорвёмся! Не будем раздражать!

Дверь хлопнула, когда он с силой толкнул ее.

Я спокойно выдохнула.

Кроме злости на Григория в душе ничего не было.

Как хорошо, что он показал себя ещё до того, как я приняла неверное решение.

Что было бы, если бы осталась с ним, а он обижал моего сына? Вспомнила слова тётки, что Григорий такой замечательный.

Стало даже смешно.

Я стала разговаривать с сыном, чтоб окончательно успокоить его.

Мы завалились на кровать и смотрели мультики, а потом пошли в магазин за вкусностями.

Я и сама любила шоколад и прикупила себе большую плитку.

М-м-м, вкуснота…

Настроение немного улучшилось.

Захотелось изменить свою жизнь.

Тогда я впервые задумалась, что больше не хочу жить в этом посёлке. Не встречать вот таких вот самовлюбленных Григориев на своём пути.

Когда легли спать, я уложила Егора с собой и, обняв малыша покрепче, слушала его мирное сопение и мечтала.

Мне хотелось дать ему что-то большее, чем жизнь в захолустье.

Но для этого нужно работать, очень много работать!

Мысли о переезде с того самого дня не покидали меня, но пока я не видела возможности как это сделать.

Решила дождаться летнего отпуска, а там видно будет.

Григорий ещё несколько раз звонил мне, но общаться с ним не было абсолютно никакого желания. Я просто игнорировала его.

Также он писал сообщения, но я ответила лишь единожды «отвали».

Тётя Нина через несколько дней узнав о том, что больше не общаемся с Гришей пыталась поучать меня.

— На как так-то? — удивлённо спрашивала она, — я ведь столько сил положила, чтобы свести вас. Да и он говорил, что очень понравилась ты