Его королевство - Кайли Кент

— Я тебя услышал. Правда. Однако это неразумно. Этот коп связан с твоей девушкой. Сам подумай, если он пропадет после того, как отправился на ее поиски, первый человек, который попадет под подозрение, – это его бывшая, — говорит Эммануэль. — Ты хочешь, чтобы твою девушку притащили в участок для допроса?

Я ничего не говорю. Мне это и не нужно. Я не позволю, чтобы это хоть как-то отразилось на Шарлотте. А еще мне также не нужно, чтобы какие-то чертовы копы смотрели в ее сторону.

— Ладно. Мы сделаем это быстро.

— Нашел его, — говорит Карло. — Он остановился в Нордже.

— Дешевое дерьмо, — ворчу я. Нордж – одно из заведений с почасовой оплатой. Там постоянно ошиваются бродяги и наркоманы. — Достань мне пять граммов и шприц. — Я не могу причинить ему боль или заставить истекать кровью, как бы мне этого ни хотелось, потому что иначе это дерьмо снова свалится на Шарлотту.

— Понял, — говорит Сэмми. — Встретимся там.

Коротко кивнув, я встаю, беру свой бумажник и допиваю остатки виски.

— Давайте покажем этому ублюдку, что происходит, когда кто-то трогает то, что принадлежит мне.

— Машина ждет. — Карло поднимается со своего места и застегивает пиджак.

— Как по мне, так чем меньше свиней, тем светлее мир, — усмехается Эммануэль, вставая и выходя вслед за нами из моего кабинета.

Когда мы проходим по залу казино, меня останавливают несколько гостей, с которыми я обмениваюсь короткими вежливыми фразами, обещая встретиться с ними позже.

Выйдя на улицу, я смотрю налево. Именно там она и стояла. Прямо перед моим собственным казино. Никто не должен был прикасаться к ней, особенно в моем гребаном доме. В моем гребаном городе.

Может, стоит публично заявить, что Шарлотта принадлежит мне? Конечно, никто здесь не знает, что она моя, и это объясняет, почему ни один гребаный человек не пришел ей на помощь, когда этот мудак загнал ее в угол. Но я это исправлю. Завтра вечером я куда-нибудь ее приглашу, и тогда каждый ублюдок поймет, насколько она неприкосновенна.



— Знаешь, женитьба – лучший способ нацепить мишень на спину, — говорит Эммануэль, сидя рядом со мной в машине, в то время как Карло забирается на переднее пассажирское сиденье. — Это объявление всему миру, что у тебя есть слабость.

Я свирепо смотрю на него.

— Ты планируешь воспользоваться этой слабостью? — Может, в некотором роде, мы и друзья, но я без колебаний прикончу этого ублюдка, если он будет угрожать Шарлотте.

— Черт возьми, мужик, тебе действительно нужно расслабиться. Я не собираюсь трогать твою девушку. — Он качает головой.

Когда мы подъезжаем к мотелю, Сэмми уже ждет нас у входа. Он машет нам ключом.

— Номер шестьдесят девять. — Ухмыляется он.

Я натягиваю кожаные перчатки и качаю головой.

— Повзрослей, — говорю я, выхватывая у него ключ. — Синяки или прочие отметены оставлять запрещено. — Я жду, пока каждый из них кивнет.

— Знаете, все как в старые добрые времена, — говорит Карло. — Мы вчетвером крадемся в ночи, готовые преподать урок какому-нибудь придурку.

— Хорошие были времена, — говорит Сэмми Карло.

— Мы были бедны и боролись за выживание. Не уверен, что назвал бы это хорошими временами, — бормочу я себе под нос.

— Вы трое были бедны. А я был богат, — говорит Эммануэль, указывая на себя. — Сын лидера картеля.

— Напомни-ка мне… что случилось с твоим отцом? — Спрашиваю я Эммануэля.

Его лицо не выражает ничего. Полное отсутствие эмоций.

— Он получил по заслугам.

— Точно. — Я подозреваю, что он сам убил старика. Но признаться в этом вслух было бы глупо, а Эммануэль явно не глуп.

Я вставляю ключ в замок и открываю дверь, прежде чем ворваться в комнату. Оуэн вздрагивает, но не встает с дрянного пластикового стула, на котором сидит.

— Комната занята, — невнятно произносит он.

На столе перед ним стоит почти пустая бутылка водки. Идеально. Дверь за мной закрывается, и Карло с Сэмми подходят к Оуэну. Хватают его за руки и тащат на кровать. Ублюдок даже не сопротивляется. У него нет чувства самосохранения.

— Я держу его. — Эммануэль заменяет Сэмми. — Приготовь это дерьмо.

Сэмми возвращается к столу, достает кокаин с ложкой и готовит шприц, прежде чем передать его мне.

Опускаясь коленями на кровать, я переключаю свое внимание на Оуэна. Он смотрит на шприц, и, должно быть, в его голове наконец что-то проясняется.

— Что ты делаешь? — Спрашивает он.

— Отправляю тебя в ад. Это за Шарлотту. Тебе не следовало прикасаться к ней своими грязными руками, — отвечаю я.

— Какого хрена? Она моя невеста, придурок! — Шипит он, и от того, что он думает, будто у него есть на нее какие-то права, меня охватывает еще большая ярость.

— Теперь она принадлежит мне, — говорю я ему, втыкая иглу в его вытянутую руку. Он мечется, пытаясь вырваться, но мои парни крепко держат его. — Увидимся в аду, ублюдок.

Я держу шприц в его руке, наблюдая, как наркотик начинает действовать. Затем киваю Карло и Эммануэлю. Мне даже не нужно ждать финала. Никто не переживет такой дозы, которую я ввел в организм этого ублюдка.

— Пойдем. — Я направляюсь к двери, не оглядываясь.

Глава 22



Не знаю, как долго я расхаживаю туда-сюда по гостиной, прежде чем слышу, как открывается дверь. Слова Эви о том, что он мафиози, звучат у меня в голове. Кстати, я погуглила имя Луи и прочитала множество новостных статей, в которых говорилось, что он не просто мафиози, а лидер преступного мира Лас-Вегаса.

Это все домыслы. Ничего так и не было доказано. А значит, это всего лишь слухи и чушь из области теорий заговора, верно?

Он не преступник. Я не сплю с преступником. Хотя, в этом есть некая ирония. Я только что сбежала от человека, который работает на благо закона, прямо в объятия того, кто его нарушает. Того, кто наживается на его нарушении.

Я знаю этого человека совсем недолго. Пара дней – это не такой уж и большой срок. Я понимаю это. Но когда я вспоминаю нашу