Утешительный приз - Джеки Браун

— Сделать — что?

— Напустить на себя деловой вид. Притвориться, что у меня не разбито сердце. Но я не могу, потому что на самом деле это так. И это продолжается с того момента, как Бэбс сказала мне, что вы собираетесь жениться на девушке из вашей страны.

— О, Эмили! — Как это возможно — одновременно быть несчастным и ликующим? — Мадэни не стал противиться своему желанию прикоснуться к ней и взял ее за руку. — Я скучал без вас.

— Не говорите так! — Она отняла свою руку.

— Я только говорю правду.

— Солгите мне! — умоляющим тоном попросила она. — Неужели вы не поняли, Мадэни? Я не хочу слышать правду от вас. Это все только ухудшает. Солгите мне. Скажите, что не думаете обо мне. Скажите, что не скучали без меня. Солгите! — во второй раз умоляюще попросила Эмили.

— Но почему?

Она лишь покачала головой и отступила на шаг. Ответ был здесь, в ее глазах, но ему было необходимо услышать слова.

На этот раз Мадэни взял обе ее руки в свои:

— Скажите, что полюбили меня. Произнесите эти слова. Пожалуйста.

Эти слова поддерживали бы его всю дальнейшую жизнь.

— Я люблю вас, — прошептала она судорожно.

Мадэни показалось, что ее заявление отдалось эхом от каменных стен.

— Эмили! — Он обнял ее и прошептал дорогое имя второй раз, как раз перед тем, как их губы встретились…

Но не успел Мадэни раствориться в этом поцелуе, как она отшатнулась.

— Я не могу! Я… не могу! — закричала она в отчаянии.

И когда Эмили повернулась, чтобы уйти, он не стал ее удерживать.

* * *

Эмили подождала, пока сможет справиться со своими эмоциями, и только потом попросила встречи с Фадилой. К сожалению, ей пришлось сделать это, несмотря на то что она выглядела не лучшим образом — опухшее лицо, покрасневшие глаза.

— Вы приняли мое предложение, — сделала вывод Фадила.

Эмили не поняла: то ли это ей показалось, то ли Фадила на самом деле была разочарованной.

— Не совсем, но я действительно хочу вернуться в Нью-Йорк. Сегодня. Или так скоро, как это только будет возможно.

— Так скоро, как это будет возможно? — Фадила подняла брови. — Это можно устроить, конечно, но мне любопытно. Когда я впервые подняла эту тему, вы сказали, что подписали контракт с Мадэни. А он знает, что вы изменили свое решение?

— Я… я думаю, да. — Сказала ли ему Фадила? Эмили не была уверена. — А вы не могли бы проследить за тем, чтобы он… узнал?

— Конечно. Какую причину вашего поспешного отъезда мне ему назвать? Полагаю, вы не хотите, чтобы он узнал о нашем недавнем разговоре.

— Моя сестра выходит замуж в этот уик-энд. Я не планировала присутствовать на церемонии. — Подумать только, Эмили когда-то считала, что ей будет слишком больно присутствовать там! — У нас испортились отношения…

— А теперь вы решили их наладить.

— Да. И мои родители будут счастливы.

Странно, но Фадила нахмурилась при этих словах.

— Я уже уложила вещи и оставила Рияду подробную инструкцию, буквально шаг за шагом, как приготовить блюда, выбранные для праздника. Все будет сделано самым лучшим образом.

Фадила нахмурилась еще больше:

— Наверное, мне надо проинформировать Азима о ваших планах и попросить его подать машину в течение часа. Прежде чем вы уедете, я передам вам сумму, о которой мы договорились.

Эмили встала:

— Спасибо, не нужно.

— Эмили уехала?

Мадэни стоял в дверях личной гостиной своих родителей. Родители пожелали увидеть его. Он предполагал, что именно они могли захотеть обсудить с ним, но никак не думал, что разговор может зайти об Эмили.

— Сегодня вечером она уехала в аэропорт. Наверняка ее самолет уже взял курс в Нью-Йорк, — ответила его мать.

— Но праздник начнется через считанные дни.

— Рияд позаботится обо всем, — вставил Адил, пожав плечами.

Фадила хмыкнула, потянувшись за персиком:

— Он более чем счастлив, поскольку посчитал за личное оскорбление то, что ты пригласил кого-то со стороны.

— Но мы же подписали контракт! — слабо возразил Мадэни.

— Корыстный. — Его мать улыбнулась. — Но я предложила ей больше денег, чтобы она уехала.

— Что?!

— Успокойся. Она их не взяла. — Фадила махнула рукой. — А сейчас перестань торчать в дверях. Иди сядь. Нам есть что обсудить.

Мадэни еще не успел сесть, как его отец объявил:

— Я недоволен тобой.

Мадэни тяжело опустился на подушку кресла:

— Я не предполагал, что так получится…

— Но так получилось, и ты не сказал ни слова. В самом деле, ты позволил, чтобы подготовка к празднованию твоей помолвки продолжалась, даже пригласил эту молодую женщину сюда, чтобы она помогла с приготовлениями.

— Я хотел увидеть ее и хотел, чтобы она увидела Кашакру, — объяснил Мадэни, надеясь, что от этих слов у его отца не повысится давление.

— Потому что ты любишь ее, — сказал Адил. Теперь у Мадэни чуть не отказало сердце.

— Да, — чуть слышно прошептал он.

— Тем не менее даже сейчас ты хочешь жениться на Навор. — Его отец прищурился.

— Я… нет. Я не могу…

Мадэни переводил взгляд с одного из своих родителей на другого в ожидании последствий, молясь, чтобы его отец не разнервничался.

Адил оставался более чем спокойным. Он усмехнулся:

— Наконец-то, сын мой, ты ведешь себя как правитель.

— Не понимаю…

— Мадэни, я настаивал на этом договорном браке только потому, что верил — со временем ты полюбишь Навор. Она, кстати, прекрасная молодая женщина, и твои возражения против этого соглашения не имели никакого отношения к твоим чувствам. Теперь имеют.

— Да.

— Ты любишь Эмили. — Фадила улыбнулась. — И она тебя любит. Поэтому она и улетела. Ты последуешь за ней?

— А как же праздник? И Навор?

— Я думаю, что мы справимся и с тем и с другим. Ну? — Фадила подняла брови.

В ответ Мадэни вскочил с кресла и бросился к двери.

Эмили вытерпела всю брачную церемонию, улыбаясь, как было положено, и весь сеанс часового фотографирования в церкви. Уже ничто не могло ей испортить и без того подавленное настроение, включая то, что она вынуждена была надеть идиотское платье из персикового органди с рукавами-буф.

На праздничном вечере она подняла бокал шампанского, провозгласив тост за новых мистера и миссис Рид Бенедикт, а затем с трудом глотала пережаренную еду, ловя на себе сочувствующие взгляды своих тетушек и кузин. Единственное, что помогало ей не сойти с ума, было присутствие Донны. Ее подруга настояла на том, что пойдет с ней. Они сидели за разными столами из-за свадебных обязанностей, которые лежали на Эмили, но как только тарелки опустели и заиграла музыка, Донна принесла Эмили джин с тоником и потащила ее в укромный уголок банкетного зала. Музыка гремела из огромных стереофонических динамиков. Но не поэтому у Эмили разболелась голова…