Американ (бэд) бой - Алина Савельева

– Нет конечно, – вогнала меня в ступор Женя своим ответом.

Так “нет” или “конечно”? Черт побери этот русский язык!

–. Давай я тебе потом всё расскажу, мам? – отшила Женя свою родительницу, наконец-то отправив обратно в дом.

– Я ей не нравлюсь? – уточнил я у Жени, имея целый один процент возможности, что я не так понял эту сложную русскую речь.

– Не-а, не нравишься, – весело улыбнулась Женя, вгоняя мои надежды в минус.

– А мои в полном восторге от нашей “помолвки”. Даже не знаю, как они отреагируют, когда мы покончим с этим. Наверное, больше никогда не будут со мной разговаривать.

– Ну, твой отец, допустим, и правда счастлив. А вот Света нам не верит, иначе не устраивала бы нам все эти тесты.

Холодный вечерний воздух заставил Женю поежиться и обнять себя руками. А меня сожалеть, о том, что я не могу согреть ее своим теплом. В переносном смысле, разумеется. Ведь Женя на самом деле отличная девчонка. С ней мне никогда не бывает скучно. Её стремления и желания настолько прозрачны и понятны, что нужно быть полным идиотом, чтобы не суметь сделать эту женщину счастливой.

– Никто нам не верит, – ответил я грустной улыбкой, загребая Женьку в свои объятья, чтобы согреть хотя бы в прямом смысле. – Неужели я настолько плох?

– О, да. Ты ужасен, Майк Лоури, – обнажила жемчужный ряд зубов Женька в дерзкой улыбке. – Но, насчет твоего отца я говорила серьезно. Ты должен гордиться тем, что тебе удалось достичь и поговорить с ним открыто.

Гордиться? Не знаю. Всего несколько дней назад я был счастлив и радовался жизни. Что-то щелкнуло внутри и теперь меня мучали неведомые до этого сомнения. Бизнес на двоих с братом действительно приносил неплохой доход. Но я привык жить один. Снимал небольшой кондоминиум, редко готовил дома и никогда не оставался с женщиной на ночь. Потому что терпеть не мог с ними просыпаться. Но сколько бы еще так не продолжалось, в итоге такой образ жизни заканчивается одиночеством.

– Значит, наша легенда не может стать правдой и закончиться клятвами у алтаря? – любуясь такой простой и естественной красотой Жени, спросил я.

– Думаю, что мы бы перегрызли друг другу глотки прежде, чем вышли бы из церкви, – усмехнулась Женя.

Уверенный ответ Жени впился в сердце маленькой занозой. Такой, что теперь хрен ее оттуда вытащишь.

– Поможешь мне завтра с поливом? – задрав лицо, чтобы заглянуть мне в глаза спросила Женя.

– Я весь в твоем распоряжении, крошка Женя.

За эти дни я понял, что Женя настроена серьезно и этот проект для нее жизненно важен. Не столько в экономическом плане, сколько в моральном. Она такая хрупкая и ранимая, с огромным комплексом низкой самооценки, что не разрыв первого в ее жизни контракта станет для Жени фатальным. Она попросту сломается и не сможет двигаться дальше. Именно это и послужило причиной той чудовищной лжи, последствия которой мы теперь оба черпаем полной ложкой.

Мои же шансы на успех в переговорах с отцом, устремились к нулю. И ложь о помолвке только усугубила положение, дав папе ещё и надежду, что я вслед за ним захочу переехать в эту страну. Чужую для меня. Непонятную.

От этого хотелось скорее сбежать домой, на родной песчаный берег, к привычному окружению и делу, которое мне по душе. И если еще пару дней назад я бы наплевал на все проблемы Жени и попросту бы свалил, оставив ей самой выгребать, то сейчас, когда я погрузился в ее жизнь по самые уши, я не мог.

– Надо заканчивать со всем этим, – раздраженно пробормотал я, прикидывая как сократить время на все эти садовые переделки.

– Майк… Пожалуйста! —вцепившись в мои плечи, залепетала Женя, поняв мои слова по-своему. – Я понимаю, что тебе неприятно, но побудь моим женихом еще немного времени?

– Я надеюсь, что ты завершишь свою работу раньше, чем у нас появятся дети, – вздохнул я обреченно.

За стол я возвращался в настроении бунтующего подростка, поссорившегося с родителями. И только крепко сжимающая мою руку Женя не дала мне возможности слинять в свою комнату.

Впрочем, как и раньше, до моих душевных терзаний никому дела не было. У родителей никогда не было времени на меня и брата. Мама до развода с отцом занималась исключительно шопингом и бесконечными встречами с подругами. Папа работал тогда в сенате Штата и приезжал только на выходные, которые тоже посвящал либо самообразованию, либо работе.

Вот и сейчас отец увлеченно болтал с родителями Жени о какой-то ерунде, типа сезона грибной охоты. Он совершенно не был огорчен моей реакцией, будто это был просто бзик неразумного дитя.

– Джек Батькович, обещайте мне одну вещь, – озарив личико шкодной улыбкой, потребовала Женя, воспользовавшись паузой в болтовне о грибах и ягодах.

– Все что угодно, дорогая моя. Что ты хочешь? Подарок на свадьбу какой-то особенный? Не при каких обстоятельствах произносить поздравительную речь? Дать гарантийное письмо забирать внуков на летние каникулы без отмазок? – явно пребывал мой отец в хорошем настроении, пытаясь шутить.

– Обещайте, что вы поговорите с Майком насчет его бизнеса. Для меня это очень важно. Майку нужна ваша поддержка, и вы не можете это игнорировать. Ведь родители для нас это не только пример, но и основа нашего пути, – продолжая улыбаться, Женя сложила бровки домиком, что придало ее лицу невыносимо милое выражение.

Этот прием однозначно должен быть внесен в Женевскую конвенцию по запрету использования психологического оружия. У Джека не было ни единого шанса вырваться из этих чар, так что сдался он моментально.

– Конечно, крошка Женя. Нет проблем, – заверил мой отец Женю.

Может потому что диалог между ними шел на русском, и он думал, что я все равно ни черта не понимаю, но, скорее всего, Джек и сам планировал промыть мне мозги, а тут такой удобный случай.

Понятно, что просьба Жени стала для меня неожиданностью. Непонятно почему глядя на эту сумасбродную милашку у меня впервые ёкнуло не в штанах, а в груди.

До этого момента ни у одной моей девицы не возникало желания вникнуть в мои проблемы, и уж тем более принимать участие в их разрешении. Да, безусловно, я много раз слышал слова поддержки и одобрения от своих друзей, в том числе и женского пола, но никогда за этими словами не следовало действий. Тем более таких дерзких, по меркам моего отца.

После ужина Женя потащила