Герой моего романа - Элизабет Бойл

Отважное сердце всегда смотрит своему врагу в глаза, поэтому супостат видит лишь решительное желание добиться своего.

Полковник Дарби — своему войску в «Самом горестном часе мисс Дарби».

Пропади он пропадом, этот мужчина, подумала Ребекка, занимая место за обеденным столом. Как только он посмел оказаться благородным!

Она убедила себя, что он презренный невежа, а оказалось, что он воевал за свободу Испании, рискуя собственной репутацией и честью.

И почему он ничего не сказал о своем брате-близнеце? Впрочем, это объясняло многое в поведении этого загадочного человека, — очевидно, боль потери все еще не утихла.

Она хорошо его понимала.

И еще он встал на ее защиту, хотя сказал глупость, сравнив ее с полной луной. Ну да, луна, как же! Должно быть, дает себя знать его испанская кровь. Однако, когда он взглянул на нее, она и сама поверила в то, что относится к числу редкостно красивых женщин. Возможно, это объяснялось его шармом, и он любую женщину мог вставить почувствовать себя красавицей.

Пропади он пропадом, думала Ребекка, уткнувшись в гарелку. Возможно, она даже была бы способна восхититься этим человеком, если бы он не целовался как дьявол, а потом не оставил ее в смятении, наедине с самыми бредовыми мыслями и желаниями.

Ее будущий викарий никогда бы не довел ее до такого… такого горячечного состояния.

Она украдкой бросила взгляд на Данверса. Хотя он и приоделся по случаю званого обеда, его наряд выглядел несколько поношенным, и это почему-то радовало ее.

Как его называл Джемми? Рейф.

Это имя подходит ему, решила Ребекка, представив себе, как, находясь с ним в постели, шепчет: «Рейф, иди ко мне, Рейф, люби меня».

Ребекка не сомневалась, что на эту мольбу он откликается с готовностью и со знанием дела.

Объект ее размышлений поднял голову и посмотрел в ее сторону, словно услышав ее немую мольбу и угадав ее непристойные мысли.

За столом все чувствовали себя напряженно, и тут Сидни Китлинг, сидевший справа от Ребекки, разрядил атмосферу.

— Мистер Данверс, — сказал он, — кажется, мы с вами — люди одного сорта.

Ребекка едва не расхохоталась, увидев насмешливые искорки в глазах Рейфа.

Сидни и Рейф похожи? Не больше, чем ночь и день.

— Что вы имеете в виду? — спросил Рейф.

— Да, объясните, пожалуйста, — попросила леди Виктория.

Сидни откинулся в кресле, явно довольный тем, что оказался в центре внимания.

— Ни один из нас не имеет ни малейшего шанса на наследство. Рожденные для того, чтобы жить в благородном мире, мы брошены в холодные объятия совершенно другого мира. Вы согласны?

— Ничего страшного в этом нет, — сказал Рейф. Сидни подался вперед:

— Меня всегда интересовало, как должен поступить джентльмен, чтобы сделать карьеру, если знает, что не вступит во владение собственностью и не будет иметь регулярного дохода, которого хватило бы на французское бренди и другие необходимые вещи.

— К счастью, я не воспитал в себе вкуса к подобным вещам, и их отсутствие не лишило меня покоя, — сказал Рейф.

Однако Сидни не удовлетворили лаконичные, сухие ответы Рейфа. По всей видимости, он чувствовал, что какая-то тайна окружает Рейфа, как это чувствовали и все остальные, и решил докопаться до нее.

— В таком случае каким образом вы сможете заплатить ренту?

Ребекка ахнула, услышав столь бестактный вопрос, но тут в разговор вступил Кокрейн, юный помощник Рейфа:

— Он не платит. Много месяцев мы вынуждены пользоваться черной лестницей, чтобы не попадаться на глаза хозяйке. Так будет, пока у нас не появятся деньги. Нам должны заплатить за работу.

Леди Финч застонала, а миссис Харрингтон отодвинула стул как можно дальше от Рейфа. Сидни засмеялся.

— Я и сам не раз бывал в таком положении.

— Вы хотите сказать, что служите, мистер Данверс? — спросила леди Виктория. — Как интересно! И что же вы делаете?

Устремив взор на Рейфа, Ребекка заинтересованно ждала, каким образом этот бродяга выйдет из положения.

— Он помогает людям, у которых возникают проблемы, — поспешила сказать леди Финч.

— А какие проблемы? — спросила мисс Гонора.

— Полагаю, мистер Данверс предпочитает не распространяться о проблемах своих клиентов, — ответила леди Финч, очевидно, пытаясь скрыть тот факт, что она пригласила на обед сыщика. Она подала знак, чтобы принесли второе блюдо.

— О нет, — запротестовала мисс Гонора, — пусть мистер Данверс сам объяснит.

— Возможно, это не наше дело, — заметила мисс Алминта. — Невежливо совать нос в чужие дела, сестра.

К несчастью для Рейфа, Гонора не отличалась хорошими манерами.

— Сестра, — сказала она, — а если у нас появятся проблемы? Почему не обратиться к человеку, который поможет их решить?

— Мисс Гонора, — вмешался Китлинг, — вы же знаете, я всегда готов помочь вам и мисс Алминте, только попросите.

— Да, Сидни, разумеется, — не слишком вежливо отмахнулась от него Гонора, устремив восторженный взгляд на Рейфа. — Но полагаю, мистер Данверс гораздо опытнее в подобных делах.

Ребекка закусила губу, увидев, как лицо Китлинга покрылось красными пятнами, и он не нашелся что сказать.

— Вряд ли вы столкнетесь с такими проблемами, которыми я занимаюсь, — успокоил Рейф леди.

Однако мисс Гонору это, видимо, не убедило, ей явно хотелось придумать какую-нибудь вескую причину, чтобы мистер Данверс не покидал Брамли-Холлоу.

— Получаете деньги, разрешая проблемы? Кокрейн закашлялся и что-то пробормотал себе под нос. Ребекка предположила, что за этой реакцией Кокрейна крылась какая-то история, которую леди Финч не хотела рассказывать за обедом.

— Говорят, было предложено целое состояние тому, кто найдет убийцу Кодлина, — сказал Китлинг, протягивая слуге бокал, чтобы тот наполнил его.