Брачная ловушка - Элизабет Торнтон

— Что ж, значит, мои сокровища немногого стоят. А что злоумышленник ожидал найти — бриллианты Кардвейлов?

Что-то мелькнуло у Джека в глазах, поэтому она быстро добавила:

— Это шутка! Вы же знаете, что я не могла их взять, поскольку была с вами!

Призрачная улыбка тронула его лицо.

— Я не думаю о бриллиантах. Как вы говорите, вы были со мной, когда их украли. Было что-нибудь еще?

— Например?

— Что-нибудь ценное, о чем я не упомянул? Элли покачала головой:

— Ничего на ум не приходит.

— Возможно, это ценно только для вас. Во всяком случае, мы узнаем больше, когда отправимся в вашу квартиру и вы все сможете проверить.

Джек смотрел на нее с выражением, которое трудно было понять.

— Какие ваши предположения, Джек? О чем вы умалчиваете?

Снова он неопределенно повел плечом.

— Думаю, ваш брат мог отдать вам что-нибудь на сохранение.

— Робби? — Элли вскинула голову. — Вы его в чем-то обвиняете? И как злоумышленник мог узнать, что Робби мне что-то отдал?

— Подумайте.

— Значит, это кто-то из тех, кто знает и Робби, и меня, — медленно сказала она. — Нет. Я в это не могу поверить. Это всего лишь неудавшееся ограбление и ничего больше.

— Возможно, но уж слишком много совпадений. Мне это не нравится. — Упершись руками в колени, Джек наклонился к ней. — Сначала убийство Луизы Доде, потом кража бриллиантов, а теперь ограбление, которое не похоже на ограбление. Вы заметили, что связывает эти события? Вы и ваш брат. Больше ничего, во всяком случае, ничего из того, что нам известно.

Элли проглотила ком в горле.

— Если вы хотели напугать меня, Джек, то преуспели в этом.

— Надеюсь.

— Я имею в виду, что боюсь за Робби.

— Вот в это я могу поверить. Вероятно, теперь вы понимаете, почему я хочу, чтобы он жил здесь и я мог присмотреть за ним. Чем скорее я поговорю с ним, тем в большей безопасности он будет. Согласны?

Элли машинально кивнула, не слишком уверенная, с чем именно согласна.

— Замечательно. — Джек поднялся. — А теперь выпейте кое-что, чтобы успокоить желудок и прогнать туман из головы.

Он подошел к буфету и вернулся с двумя высокими кружками.

— Что это? — с сомнением спросила Элли, взяв у него из рук одну кружку.

— Лекарство Джека, — широко улыбнулся он. — Противоядие от маминой микстуры.

Ее мысли были слишком хаотичны, чтобы спорить. Отхлебнув глоток, Элли сморщила нос.

— Горькое. — Сделав еще глоток, она сказала: — Я знаю, что это. Это эль!

Джек все еще улыбался.

— Выпив его, вы почувствуете себя значительно лучше. Мужчинам хорошо известно это утреннее лекарство от последствий легкомысленно проведенной ночи. Пейте.

Элли не хотелось говорить о легкомысленных ночах, поэтому, спрятав смущение, она последовала его примеру. Поставив пустую кружку, она скривилась так, будто съела лимон.

— Вы удовлетворены? — спросила она.

— Нет. Но намерен удовлетвориться. — Переплетя пальцы, Джек спросил: — Что вы помните из вчерашней ночи?

Держа в памяти мамино наставление, Элли сказала самоуверенно, как только могла:

— Я помню ограбление, карету, но остальное… весьма туманно.

Его глаза блеснули от смеха.

— К счастью для вас, я джентльмен и не стану напоминать, как вы пытались меня соблазнить. Пусть это будет нашей тайной.

Хотя щеки ее вспыхнули, Элли прямо посмотрела на него.

— Спасибо.

— Но то, что произошло дальше, по шею затянуло нас в зыбучие пески.

Элли буквально физически ощутила, как ее засасывает в дюны.

— Продолжайте, — осторожно сказала она.

— Вы представились моей бабушке и ее гостям так, будто вы моя любовница.

Элли ужаснулась:

— Я ничего подобного не делала.

— Элли, — мягко произнес он, — вы рассказали всем, что я был в вашей квартире, когда к вам вломился грабитель. Что еще можно подумать, особенно после парижской истории? Только то, что я сделал вас своей любовницей.

Ее голос зазвенел высокими нотами:

— Вы могли сказать им правду.

— Если мы станем оправдываться, — нетерпеливо возразил Джек, — то это только подтвердит нашу вину. Видите, куда мы в итоге угодили? Бабушка готова отречься от меня, а когда Кардвейл узнает о случившемся, он потребует удовлетворения и будет стреляться со мной с двадцати шагов.

У Элли разламывалась голова и сосало под ложечкой. Лекарство Джека не помогло.

— Вы не можете драться с Кардвейлом, — слабо сказала она. — Он вам не ровня.

— А ваш брат? Я уверен, что он меня вызовет. Она заморгала от неожиданности.

— Вы минуту назад говорили о помощи Робби, а не о дуэли. Кроме того, я знаю, что вы не деретесь на дуэли с мальчишками. Я слышала, как вы сказали это молоденькому прусскому солдату в «Английском кафе». Зачем вы пытаетесь меня встревожить?

У него вырвался короткий смешок.

— Я очень надеюсь, что вы встревожены. Вчерашнее происшествие не так легко уладить, как парижское.

Несмотря на головную боль, Элли начинала понимать, что вина за сомнительное положение, в котором они оказались, полностью лежит на ней.

— Я не просила привозить меня сюда! Лучше бы вы отвезли меня назад в «Герб Виндзоров» или вовсе бы не позволили покидать гостиницу.

— Задним умом все крепки, — лаконично заметил Джек. — Это нам не поможет.

— Тогда что вы предлагаете?

— Разве это непонятно? — вскинул брови Джек. — Мы должны пожениться, и чем скорее, чем лучше.

Головная боль вдруг стихла. Подыскивая слова, Элли молча покачала головой. Наконец она выговорила:

— Это шутка?

— Почему вы так думаете?

— Потому что, — язвительно ответила она, — Джек Ригг, которого я встретила в Париже, сказал, что не женится на мне ни за что на свете. Вы бубнили о том, что женщины и получше меня пытались заманить вас в брачную ловушку, но потерпели поражение. К тому же вы называли меня отвратительными словами. Вы говорили, что никто и ничто не убедит вас жениться на мне. Что изменилось?

Джек развел руками.

— В Париже я не знал, что вы дочь моего наставника. Я думал, что вы намеренно стараетесь скомпрометировать меня. На этот раз вина на мне, а я всегда плачу по долгам. — Он наклонился к ней. — Элли, мы должны пожениться. Лучше вам свыкнуться с этой мыслью.