Песчаный Лотос - Долли Грей

Лаванда только начала распаковывать чемоданы, когда к ней в спальню вошел сэр Роберт. После того как они приехали из аэропорта, у них еще не было возможности побыть наедине.

— Ну и за кем ты охотишься на этот раз? — спросил у племянницы пожилой джентльмен. — Я не слышал, чтобы в посольство прибыл какой-нибудь молодой человек. Или моя информация устарела?

— Ты, как всегда, шутишь, дядя Берт. — Лаванда не смогла сдержать улыбки. — Почему бы тебе не поверить в то, что я просто решила немного пожить с тобой?

— Постараюсь. — Сэр Роберт скептически хмыкнул и поинтересовался: — Кстати, а как поживает твой приятель Ридли? Что-то произошло между ним и той гейшей. Свадьба не состоялась, и он вернулся в Англию вскоре после твоего отъезда.

— Не имею понятия, — ответила Лаванда, мечтая об одном: сменить тему разговора. Ей было сложно скрывать от дяди подлинные чувства, которые она испытывала при упоминании имени Николаса.

— Признаюсь, одно время я действительно считал, что ты серьезно влюблена в него, но, видимо, ошибался. — Сэр Роберт ласково потрепал ее по щеке и направился к выходу. — Значит, твое время еще не пришло.

— Значит, не пришло, — повторила Лаванда, затворяя за ним дверь и возвращаясь к чемоданам.

Она приехала сюда не вести разговоры о Николасе, а постараться забыть о нем. Начать все с чистого листа вдали от Англии, от Лондона и от самого Николаса Ридли.

Первое, что решила сделать Лаванда, после того как закончила обустраиваться в гостевой комнате пентхауса дяди Роберта, — это навестить Итисутзу.

Она не стала предупреждать гейшу о своем возвращении в Токио, собираясь сделать сюрприз. Узнав о ее планах, Хидэмаро предложил свои услуги в качестве сопровождающего, но Лаванда отказалась.

Она с улыбкой сообщила старому слуге, что в отличие от первого визита в Японию отнюдь не чувствует себя чужестранкой. Скорее наоборот, у нее такое ощущение, будто ей повезло возвратиться домой после длительного отсутствия.

Взяв рикшу неподалеку от отеля, Лаванда отправилась в «цветочный квартал». Прошлый раз, когда она была здесь летом, сады, окружающие аккуратные домики, цвели и благоухали дивными ароматами. Теперь же деревья протягивали к небу обнаженные ветви, но это нисколько не портило общего впечатления от увиденного. Более того, подчеркивало утонченную хрупкость «мира ив».

Велев рикше остановиться у дома Итисудзу, Лаванда расплатилась с ним и пошла по знакомой дорожке, ведущей к входу.

Старая прислуга, отворившая дверь, узнала ее и, радостно приветствуя, пригласила войти. Лаванда многозначительно приложила палец к губам, желая до поры до времени сохранить свой визит в тайне. Служанка, понимающе кивнув, указала рукой на одну из дальних комнат, откуда доносились веселые женские голоса.

Приблизившись, Лаванда осторожно раздвинула сёдзи ровно настолько, чтобы увидеть присутствующих в комнате. Кроме хозяйки дома в ней находились Юрико и Маюми.

Итисудзу перебирала струны сямисэна, наигрывая незатейливую мелодию, а ее подруги упражнялись в танце с веером и одновременно вели беседу.

— Интересно, как поживает сейчас наша дорогая Лотос, — произнесла с легким вздохом Юрико, надеясь, что Итисудзу известно о том, как сложилась дальнейшая судьба их английской приятельницы.

— Хочется верить, что она все же нашла свое счастье, — ответила та, кому был адресован вопрос, и добавила: — Если честно, то мне ее очень не хватает.

— А ты представь, будто Лотос сейчас здесь, с нами… — начала Маюми, и Лаванда поняла, что пришло время дать знать о своем присутствии.

Она резко раздвинула сёдзи и остановилась в дверном проеме. Ошеломленные ее внезапным появлением женщины замерли в немом изумлении.

Первой опомнилась Итисудзу. С радостным возгласом она бросилась к Лаванде и обняла ее.

— Не верю своим глазам! Ты же должна быть в Англии?

— Неужели это госпожа Лир? — одновременно воскликнули Юрико и Маюми, хлопая в ладоши от восторга.

— Вам хочется узнать, каким образом я оказалась здесь? — Лаванда позволила приятельницам усадить себя на татами. — Все очень просто. Мне стало тоскливо среди лондонских туманов, я вспомнила о вас и поняла, где мое настоящее место.

— А мы скучали по нашей подруге Песчаный Лотос, — промолвила Юрико, подавая ей чашку с чаем.

— Песчаного Лотоса больше нет, — сказала Лаванда, печально улыбаясь. — Я не могу жить ее жизнью. Отныне я та, кто есть на самом деле. Нельзя быть счастливой чужой радостью.

— А господин Ридли тоже приехал? — спросила Маюми, не заметив знаков, которые ей подавала Итисудзу. — После исчезновения Лотос он долго ходил сам не свой, разыскивая ее.

— Николас остался в Лондоне. Надеюсь, он забудет о влюбленной в него гейше так же, как это сделала я, — сообщила Лаванда, давая понять, что ей тяжело продолжать этот разговор.

Женщины тактично замолчали. Стараясь прервать повисшую в воздухе неловкую паузу, Итисудзу предложила:

— Давайте устроим торжество в честь возвращения Лаванды…

Индия вышла из клуба и направилась к своей машине. Неожиданно кто-то тронул ее за руку, и она обернулась. Перед ней стоял Николас. Но что с ним случилось?

Темные круги под глазами, недельная щетина и совершенно измученный взгляд. Мужчина, на которого она смотрела, был похож на великолепного Ридли так же, как тень на живого человека.