Он, она и собака - Джейн Мэй

– Да, меня плющит от усталости.

– Чего?

– Ну, британские ребята так говорят, если хотят спать.

– Вот оно что…

Я был почти счастлив, когда Миа устроилась на диване.

– Спокойной ночи, – сказала Джейн, укрывая свою взрослую дочь одеялом. – Я говорила тебе, что люблю тебя сильнее всех на свете?

У меня обмякли и упали уши. А как же я? Меня пора сдавать в утиль?

На другое утро обе мои сожительницы завтракали на кухне. Они смеялись и уминали бутерброды. Меня не замечали, словно я вообще не существовал.

– Майлс, чего тебе? – спросила Джейн, когда я, устав свистеть, «случайно» отдавил ей ногу.

Мне хотелось знать, почему мне не уделяют внимания.

Джейн несколько секунд смотрела на меня, а затем вернулась к прерванному разговору.

Я опять засвистел и опять наступил ей на ногу.

– Эй, не будь занудой.

Я посидел еще немного у ног Джейн, сообразил наконец, что все мои надежды тщетны, и решил найти себе занятие поинтереснее.

– О Боже! Что это он делает? – воскликнула Миа.

Я не обратил на нее внимания.

– Он… ну… это…

– Но это же гадко! Почему ты разрешаешь?

– А как я должна ему запретить? Сказав: «Прекрати мастурбировать, или ослепнешь, а ладони твои станут волосатыми»? – Джейн рассмеялась. – Он и так весь покрыт шерстью, Миа.

Девушка закатила глаза.

– Это ужасно, мама. А ты извращенка, раз допускаешь такое.

Я продолжал облизывать свою штуку, которая росла на глазах.

– Боже, какой у него здоровенный! А это нормально? Может, это какое-то отклонение?

Джейн расхохоталась.

– Рада, что повеселила тебя, мама.

– Ты бы видела свое лицо, детка. – И она снова захохотала.

– Очень смешно! Я возвращаюсь домой из чопорной Европы и застаю свою извращенку мать в компании извращенного пса! Вы заслуживаете друг друга.

И тут Миа сама принялась хохотать, да так, что слезы полились из глаз. Я не люблю становиться поводом для насмешек, так что моя штука сразу сжалась и стала жалкой. Засмущавшись, я вышел из кухни.

В гостиной всюду были вещи Мии. Они были разбросаны на диване, лежали на кресле и даже на полу. Я пришел к выводу, что в отличие от матери Миа не любила пользоваться шкафами и полками.

Мой нос учуял запах женских трусов. Обиженный на весь мир, я последовал зову предков и моего сердца.

Видимо, мое долгое отсутствие взволновало Джейн.

– Майлс! – позвала она из кухни. – Ты что, обиделся?

Я затравленно посмотрел на кучку жеваных тряпочек передо мной.

– Где ты?

Я немедленно слинял с места преступления в спальню.

– Да где же ты? Иди сюда.

С тоской на морде я поплелся в кухню. Женщины еще не обнаружили моих проделок, поэтому я принял самый милый вид на свете.

– Чем занимался в гостиной?

Ничем. Ничем-ничем-ничем!

– Почему у тебя такой взгляд? Ты делал что-то плохое?

Кто? Я?

– Мистер Майлс, что-то у вас больно виноватая морда.

– Ой, ладно тебе, мам, обычная морда. Ты преувеличиваешь.

О, хозяйка знала меня куда лучше, чем ее дочь.

– Поверь мне, он что-то натворил. Этот пес любит делать маленькие гадости хозяевам. К примеру, жевать хозяйские…

– Туфли?! – взвизгнула Миа. – Папа купил мне босоножки от Джимми Чу! Боже, только не мои босоножки!

– Поверь, Майлса не интересуют новые дизайнерские туфли.

Секундой спустя мать и дочь одновременно бросились в гостиную, причем Джейн жестом велела мне оставаться на месте.

Затем я услышал визг Мии. Видимо, она уже нашла неопровержимые улики моей вины.

– Он погрыз мои джинсы! Прямо между ног! И почти съел две пары трусов!

– Майлсу нравятся вещи, от которых исходит… м-м-м… женский запах.

– Он ненормальный, мама.

– Нет, это вполне нормально. Ненормально разбрасывать по всей квартире свои вещи, дочка.

– Но я только приехала и не успела их убрать! К тому же по большей части они нуждаются в стирке.

– Два чемодана и три сумки вещей нуждаются в стирке? Что, в Англии нет стиральных машин? Люди все еще стирают вещи в Темзе?

– Очень смешно, мама, ха-ха, – мрачно сказала Миа. – Ты же знаешь, как это бывает. Я закрутилась перед отъездом, а ведь вещи необходимо не только запустить в машинку, но и достать, развесить и многое другое. А услуги прачечной слишком дороги. – Она насупилась. – Ты ушла от темы, мама! Майлс испортил мои любимые джинсы! Я купила их на Карнаби-стрит, это винтаж. И их теперь не восстановишь.

Она так злилась, что я всерьез испугался, что меня отлупят.

– Давай попробуем сделать интересную аппликацию или вставку, – предложила Джейн.

– На причинном месте?

Миа рвала и метала. Я выглянул из кухни и тотчас снова спрятался. Я сидел под столом и уныло ждал, кого выберет моя хозяйка – своего любимого пса или родную дочь.

Миа вошла на кухню и села на корточки, заглянув под стол. От ужаса я присвистнул носом.

– Ты очень дурной пес, Майлс. И твоя выходка тебе даром не пройдет.

Неужели это означало, что меня немедленно отвезут обратно в приют?!