Море любви - Фиона Уокер

«Посмотрим, как ты выпутаешься, дрянной мальчишка», – с удовлетворением подумала она.

Гость окинул сад взглядом, оценивая задачу, требовавшую поистине геркулесовых усилий.

– Похоже, к нему давно не прикасалась рука человека.

– Вот именно. – Эллен вздохнула. – Я хочу, чтобы он выглядел, как на картинке, и притом через пару дней. Дом нужно как можно скорее продать.

– Пара дней – срок, конечно, небольшой. Но все равно, это прекрасное желание. – Неожиданно он улыбнулся. – Я уж думал, вы прикажете мне убираться ко всем чертям.

Его улыбка ослепила Эллен – сияющая, завораживающая, покоряющая. Она в жизни не видела ничего прекрасней этой улыбки.

– Я выполню ваше желание. – Беллинг еще раз оглядел сад.

– Вы серьезно?

– Вполне. Только мне понадобится ваша помощь, чтобы уложиться в два дня. Есть тут приличная газонокосилка?

Не успела Эллен опомниться, как, раздевшись по пояс, Шпора Беллинг уже вытряхивал траву из ящика.

– Вы что, собираетесь разделаться с травой за десять фунтов?

– Вы правы, это грабеж с моей стороны. Что еще нужно сделать?

Эллен растерянно смотрела на него.

Шпора пришел в веселое возбуждение, его глаза сияли радостью, словно Эллен предложила ему «феррари», а не тяжелую работу, которую всю неделю откладывала на потом.

– Я не большой специалист по части садоводства, но кое-чему научился, пока сидел в тюрьме. – Шпора взглянул на Эллен, ожидая реакции. Ее не последовало, и он засмеялся:

– Клумбами давно не занимались. – И плавными прыжками, как леопард, он помчался через высокую траву к ближайшей из них.

– Я не могу отличить, где тут сорняки, а где цветы… – Девушка шла за ним, недоумевая, в какую историю она впуталась на этот раз. Фили наверняка бы ее не одобрила.

Шпора указал на крапиву:

– Но уж это-то знаете?

– Декоративная китайская петрушка? – смущенно сказала Эллен, думая о том, что она по неосторожности выпустила на свободу силы, с которыми не сможет совладать.

Он усмехнулся и набросился на траву.

– Вы не возражаете, если я реализую здесь кое-какие свои замыслы? Я понимаю, что выполняю ваше желание, а не свое. Но когда я высаживал шеренгами дешевые нарциссы, я мечтал о таком саде как этот. Тут есть где развернуться фантазии.

– Конечно, делайте, что хотите. – Эллен шла следом за ним. – Вы же не в тюрьме.

Он откинул волосы со лба, быстро шагая вниз по склону.

– Живую изгородь нужно проредить. Пруд очистить, а ту траву на выгоне – ее нужно не скосить, а срезать.

– Как это, срезать? – удивленно переспросила Эллен.

– Это делают трактором, к которому прицеплен специальный нож. У нас дома есть трактор, пригоним его сюда. Срежем раз, потом второй. Как минимум два раза. Только тогда получится настоящий газон. – Он повернул обратно и стал подниматься наверх.

Эллен немного постояла на месте. Это неистовое воодушевление – типичное проявление экстрим-фактора. У таких людей, как Шпора, один шаг от апатии до экстаза, от скуки до страсти. Если нечаянно задеть спусковой крючок, то становишься свидетелем извержения вулкана – что, безусловно, опасно.

Беллинг тем временем уже переместился за дом.

– Для подрезки вьюнков сейчас не сезон, но подвязать их необходимо – а то они закроют окна. Клематисы перепутались с плющом. Нужно заняться ими. Зато жасмин великолепен! А какой запах!

– Может, в прошлой жизни вы были любовником леди Чаттерлей? – рискнула пошутить Эллен.

Его серебристые глаза заблестели, как нить накаливания.

– В таком случае вы были леди Чаттерлей? – весело ответил он.

Девушка быстро отвела глаза, так как хорошо знала людей этого типа. Сначала флирт с ними легок, как дыхание, но они горят слишком ярко, уничтожая кислород вокруг, и в конце концов становится нечем дышать. Лучше не начинать.

– Если десять фунтов разделить на три желания, получим чуть больше трех фунтов. Это плата за полчаса работы профессионального садовника, – сказала Эллен.

– В тюрьме столько стоят два дня работы. – Он нюхал ветку жасмина, глядя на нее сквозь кружево лепестков.

– Но вы не в тюрьме, повторяю.

– Вы полагаете? – На секунду его глаза снова стали металлическими, но потом Беллинг опять улыбнулся. – Конечно, вы правы. Я не в тюрьме. Надеюсь, вы ничего не имеете против?

Эллен пожала плечами и тут заметила, как за спиной у Шпоры блеснул солнечный зайчик. Это был бинокль Хантера Гарднера, наведенный на них через брешь в живой изгороди.

– Не беспокойтесь, местные блюстители порядка на посту. – Девушка указала в сторону соседа.

Шпора оглянулся, и улыбка сошла с его лица.

– Сукин сын!

– На самом деле больше всего его интересует моя собака. – Ей хотелось его успокоить.

Шпора отсалютовал соседу средним пальцем, и солнечный зайчик возмущенно подпрыгнул.

Эллен быстро схватила парня за руку:

– Прошу вас, не надо. Я и так уже достаточно испортила с ним отношения.

Он вырвал руку.

– Вам стыдно, что он вас видит со мной?

– Гуляйте мимо его дома хоть с голой задницей, мне плевать. Я почти не знаю ни его, ни вас. Но зачем дразнить соседей в моем саду?

Постепенно улыбка вернулась на его лицо и стала даже теплее и заразительнее, чем прежде. Спустя немного времени они играли глазами в пятнашки, их губы расплывались в улыбке, глаза жмурились, а смех застревал в горле. Молодой человек наклонился к ней и прошептал в самое ухо:

– Я буду вести себя хорошо. Пожалуйста, не прогоняйте меня.

Он и так знал, что она не прогонит. «Обормот, – думала Эллен, пока он жадно смотрел на нее. – Я обожаю тебя, и ты это понимаешь. Обормот».

Затем, без предупреждения, Шпора снял с девушки темные очки и стал внимательно изучать ее опухшие веки.

– Сенная лихорадка? – заботливо спросил.

Она слегка кивнула и, забрав очки, опять их надела.

– В таком случае вам нужно принять антигистаминный препарат прежде, чем мы приступим к работе. Есть у вас триммер? Желательно, с мотором.

– Может быть, в мастерской. – Эллен махнула рукой.

Шпора подергал дверь и сделал вывод:

– Заперто. У вас есть ключи? Или вы предпочитаете лазать через окно?

– Я думала, это ваше хобби, – парировала она.

– Если хотите, я попробую войти в сарай при помощи фальшивого чека. Я сидел за подделку и подлог документов.

– А разве не за наркотики? – вопрос вылетел прежде, чем она успела подумать.