Лето в Италии - Айрис Денбери

– Слишком дешево, – помотал головой торговец. – Владелец даже не заикался о такой цене.

Итак, ясно, что торговец – не владелец, а просто продает зеркало, принадлежащее другому.

– Естественно, вы обязаны продать его зеркало за самую выгодную цену, – уклончиво пробормотал Мевин. – Мм… Я подумаю. Шестьсот пятьдесят?

– Семьсот, – огрызнулся торговец.

– Разделим разницу. Шестьсот семьдесят пять?

После долгой паузы торговец кивнул.

Грента облегченно вздохнула.

– У вас есть другие вещи, которые вас попросил продать тот же владелец?

– Разумеется. Большая часть того, что находится в этой комнате, принадлежит синьору… ему. Он будет только рад избавиться от них.

Торговец чуть не раскрыл имя владельца, и Грента пожалела о существовании такого понятия, как профессиональная этика. Она осторожно прошлась среди мебели, зорко высматривая вещи, похожие на те, что числились в описи как недостающие. Несколько бронзовых статуй, в том числе и копия «Танцующего Фавна» из Помпеи; письменный стол, похожий на тот, что стоит в одной из комнат виллы; фарфоровые вазы, которые могли входить в коллекцию…

– Да, здесь много очень интересных экземпляров, – констатировала она. – Мы, наверное, зайдем в другой раз и обязательно посмотрим их.

Внизу торговец выписал официальную расписку о продаже зеркала, и Мервин достал свою чековую книжку.

– Кажется, мы договорились о шестистах семидесяти пяти тысячах лир? – пробормотал он.

– Верно.

– Очень жаль, синьор, что приходится торговаться из-за краденой собственности.

Торговец тревожно вскочил.

– Краденой? Не может быть! Зеркало… мне отдал…

– Ну? – подогнал его Мервин. – Продолжайте! Синьор Камерино?

– Но как?.. Я не понимаю… – Торговец помертвел от страха.

– Это зеркало… и большая часть того, что находится в той комнате наверху, было без разрешения вынесено с виллы Страттонов в Монтори.

– Как вы можете это доказать? – Торговец уже начал отходить от первоначального шока.

Грента вынула копию оригинала расписки о продаже зеркала.

– Вот описание… херувимы… позолоченные завитки, голубая эмаль. Хотите посмотреть рисунок?

– Но это всего лишь один предмет, – возразил торговец.

– Верно, но у нас есть данные и о многих других предметах, – показав торговцу листок бумаги, продолжила Грента.

– Вы можете поинтересоваться у синьора Камерино, как к нему попали эти вещи, – предложил Мервин. – Ответ нам известен: их подарил ему дядя, знаменитый Саймон Харфорд Страттон. Но самое удивительное заключается в том, что с виллы исчезло множество вещей уже после смерти старика!

В разгар дискуссии к ним присоединился синьор Раметта, представившийся адвокатом графини Страттон. Он напомнил торговцу о наказании за продажу краденых товаров.

– Но я не знал…

– Теперь знаете, – огрызнулся адвокат. – Я привез с собой юридический документ, запрещающий вам продавать то, что принадлежит, пусть даже предположительно, синьору Роландо Камерино. Эти товары должны оставаться здесь до моего разрешения.

– А зеркало мы возьмем с собой, вот расписка, подписанная мной и синьором Раметтой, – решил Мервин.

На обратном пути Грента раздумывала, почему не пришел Крейг? Она же сообщила ему дату, время и место, но он не появился.

Стефано Раметта вместе с Мервином и Грентой поехал в Монтори, на виллу Страттонов, где их с нетерпением ждала Ориелла.

– Все удалось? – шепотом спросила она.

– Отчасти, – признался Мервин. – Зеркало мы привезли, но, наверное, совершили оплошность, и теперь Роландо улизнет от нас. Торговец наверняка ему позвонит.

– Нет, нет! Роландо здесь! – ответила Ориелла. – Пришел Крейг и убедил маму позвонить Роландо, пригласить его, чтобы обсудить, как им мирно решить все юридические проблемы. Мама позвонила, и Роландо пришел.

Гренту ошеломило столь дерзкое действие Крейга.

– Значит, вот почему он не приехал в Неаполь!

Через некоторое время все собрались в библиотеке, где обычно работали Мервин с Грентой.

Сначала Роландо возражал против присутствия Гренты, Мервина и Крейга на том основании, что обсуждаться будут чисто семейные проблемы.

– Они могут добавить что-нибудь существенное к нашей дискуссии, – любезно улыбнулся Стефано. – Прежде всего мы должны сообщить вам, что сегодня нам удалось найти венецианское зеркало, исчезнувшее с виллы после смерти синьора Страттона. Ориелла, покажи Роландо это зеркало!

– Вот оно. Я его помню, – развернув зеркало, сказала Ориелла.

В глазах Роландо появилось выражение загнанного зверя.

– Конечно, это оно. Мне его подарил дядя, – взволнованно произнес он.

– Это невозможно, – возразила Ориелла. – Мы поселились здесь только после смерти дедушки, и я сама помню, что зеркало тогда висело в коридоре.

Роландо постарался выбраться из этой ловушки.

– Может быть, но он мне обещал передать многие вещи.

– Обещал? – переспросил Стефано. – Тогда почему они не фигурируют в завещании вашего дяди?

– Он обещал на словах. Я не виноват, я взял только то, что предназначалось мне, хоть он и умер.

– Ваш дядя обещал вам хоть одну монету из своих многочисленных коллекций? – спросила Грента.

– Я никогда не трогал монеты, – пробормотал Роландо.

– Но подписи под монетами перепутаны… оставшиеся монеты находятся не на тех местах, под которыми помещены таблички с их названиями…

На лице Роландо выразилось замешательство, и он ничего не ответил.

– Вы их не застраховали, – подтвердил Мервин. – В страховые полисы включены многие вещи, недостающие на этой вилле… а теперь хранящиеся в Неаполе у вашего друга, торговца произведениями искусства.

– Я знал, что это ловушка! – Роландо стремительно встал и бросился к двери.

– Сядь, Роландо! – с несвойственной для нее строгостью приказала графиня. – Ты выслушаешь наше предложение. Ты попался в ловушку, которую сам же себе приготовил. Теперь у нас есть доказательства твоего воровства, и мы могли бы засадить тебя в тюрьму, но мы не станем так жестоко поступать с тобой. Стефано, сообщи наши условия!

Адвокат кивнул:

– Все вещи, хранящиеся в Неаполе, должны быть возвращены графине. Вы можете остаться жить на маленькой вилле, хотя по закону она вам не принадлежит, так как документ, подтверждающий право собственности, выписан не на ваше имя, а на имя графини. Если в будущем она пожелает владеть этой виллой, вам придется подыскать себе другое жилье.