Прислушайся к сердцу - Триша Дэвид

— Да?

— Да. Над этим стоило подумать.

Брайони три раза заполняла и рвала анкету для участия в выставке — пока, наконец, не набралась отваги послать ее. В глубине сознания таилась сокровенная мысль. Что, если там будет Джек? Он приедет не с Джессикой. Это она знала. Джесс дохаживает свой срок. Но ведь он может выставить и другую собаку.

Все получилось не так. Колли выполняли упражнения на другой стороне площадки.

Получив голубую ленточку, Брайони и Гарри могли бы отправляться восвояси. Чего ради, сидеть здесь и смотреть на стены? Так можно дойти до тихого помешательства!

Но они не завоевали голубую ленточку. Они выиграли красную. Красная — это вторая премия. Брайони оделась консервативно — серые брюки и белая блузка. Чтобы не пугать судей.

— Им не нравится, когда кто-то выделяется, — сказала Мирна.

Гарри был так начищен, аж лоснился! Но первую премию увезла, маленькая ловкая шнауцериха с самодовольным выражением физиономии и владелицей с голубыми волосами и «мерседесом».

Но это не имело значения. Вторая премия — тоже замечательно! Брайони так переполняла гордость за Гарри, что она чуть не лопалась. Мирна с Йэном и детьми стояли в толпе и аплодировали до тех пор, пока у них не задымились ладони.

— Брайони! Брайони! Гарри занял второе место. Он был потрясающий!

Этот отчаянный вопль раздался у самого ринга. Брайони застыла. Она узнала голос Мадди. Через секунду девочка оказалась рядом, опустилась на колени прямо в пыль и обняла Гарри, позволив ему вылизать все лицо. Она выглядела поправившейся, и здоровой, и очень аккуратной в тех самых красных брюках, которые они выбрали вместе с Брайони.

— Умная собака, — говорила девочка, крепче прижимая к себе Гарри. — Я знала, что ты ловкий. Я скучала по тебе.

И Мадди осуждающе поглядела на Брайони. Но та не клюнула. Вместо этого, она тоже осуждающе посмотрела на девочку.

— Тебе не следовало приходить сюда одной. Где твой папа, Мадди Морган?

— Здесь, — раздался глубокий мужской голос.

Брайони чуть не подпрыгнула. Когда ноги снова почувствовали твердую почву, Джек Морган стоял прямо за спиной Мадди. С прицепом — Дайаной.

— Ох! — Брайони вздрогнула. — Привет.

Джек не ответил, предоставив сделать это леди, стоявшей возле него.

— Привет, Брайони, — произнесла Дайана в своей обычной покровительственной манере. Она откинула волосы с лица и поправила солнечные очки. — Вы видели собаку моей матери? — любезно спросила она. — Ту, что победила?

Ну конечно! Это была ее мамаша!

— Но Гарри и правда выступил отлично, — с гордостью возразила Мадди.

— Да, дорогая, он хорошо выступил. — Дайана взяла Мадди за руку и заставила встать. Твердо. — Пойдем, Маделин. Ты же знаешь, мы собирались взглянуть на изделия ремесленников.

Мадди бросила умоляющий взгляд на Брайони. Потом посмотрела на Мирну и ее выводок, всем скопом приближавшихся к ним.

— Брайони, можно мне немножко побыть с вами? — страстно зашептала девочка. — Я не хочу идти смотреть изделия.

Дайана уже открыла, было, рот, чтобы сказать «нет», когда Фиона увидела подругу и восторженно закричала. Подошел Йэн и заговорил с Джеком. И каким-то образом так получилось, что Джек и Йэн решили вместе пойти посмотреть быков. А Дайана и Мирна возьмут двойняшек и отправятся взглянуть на изделия ремесленников. Брайони же и старшие дети, Мадди, Фиона и Питер, покатаются на «чертовом колесе».

Пока вокруг шли организационные хлопоты, Брайони молчала. Все прекрасно. Земля не разверзлась и не поглотила ее только потому, что Джек Морган не сводил с нее глаз.

Она чувствовала себя так, будто ее пропустили через пресс для отжима белья. Джек не сказал ей ни слова.

Не имеет значения. Брайони решила, она и трое детей будут веселиться, даже если она несчастна. Даже если Джек притащил на выставку Ледяную Дайану.

И они повеселились на славу. Ели сахарную вату. Кидали пинг-понговые шарики в рот клоунам, и выиграли какую-то ерунду. Потом дети держали Гарри, а Брайони кидала пинг-понговые шарики и не выиграла ничего. Потом опять ели, но уже яблочный пирог с орехами. И, наконец, пошли поглядеть на «чертово колесо». Дети решили, что оно выглядит неопасно.

Брайони была другого мнения. С недавних пор, она с уважением относилась к высоте.

— Тетя Брайони, знаете, чего мы по-настоящему хотим? — спросила Фиона, заметив ее нежелание идти на «чертово колесо». — «Туннель судьбы».

— «Туннель судьбы»…

Едва Брайони произнесла эти магические слова, как шесть рук с энтузиазмом подхватили ее и повели.

Она поняла свою ошибку, когда увидела, куда ее притащили. Она почти с ужасом разглядывала этот «Туннель судьбы». Впрочем, с небольшой площадки перед входом, аттракцион выглядел довольно безобидно. Всего лишь аккуратный маленький поезд с десятью вагончиками. Только проволочные сетки на крыше каждого открытого вагона и ремни безопасности с тройным креплением говорили, что это может быть не так невинно, как кажется на первый взгляд.

Затем Брайони осмотрела туннель. Он походил на огромную гусеницу, широкими кольцами поднимавшуюся в воздух. Повороты изгибались под углом сто восемьдесят градусов. В шесть лет она бы умерла, если бы вошла в такой туннель. Да, но в шесть лет она ловко лазила по деревьям…..

— Если вы думаете, что я пойду на это… А вам одним нельзя. И Гарри не пустят…

— Нет, мисс, собак можно, — бодро успокоил ее служитель. — Собаки очень любят этот аттракцион. Мы привязываем их вместе с вами или отдельно. Посмотрите на моего Буффа! — Он показал на огромного черного лабрадора, привязанного в одном из вагончиков. — Целый день ездит вокруг и никогда не устает. Садитесь, испытайте этот вихрь.

Вихрь? Милостивые небеса…

Брайони вдруг обнаружила, что покупает билеты на всех. Они заняли два вагончика. В переднем — сияющие Питер и Фиона. В заднем — Мадди и Гарри. И Брайони, сосредоточенно уставившаяся вперед. Она чувствовала себя столетней, нет, даже старше ста лет. Поезд тронулся, и дети перестали сиять. Теперь они визжали.

Гарри тоже визжал. Брайони не сомневалась, что слышит его повизгивания. Хотя как она могла что-нибудь слышать, кроме звука, который издавала сама?

Наконец поезд подкатил к площадке и затормозил. Дети выскочили и тут же начали снова сиять.

— Это фантастика! Клево! Классно! Можно мы поедем еще раз? Тетя Брайони? Пожалуйста!

— Н-нет, — пролепетала она, не вставая с сиденья. Благодатно устойчивого сиденья на твердой земле. И никаких ужасных маленьких колесиков, или проволоки, или туннелей. — Слава Богу, у меня больше нет денег.

У Брайони подгибались ноги. У Гарри тоже. Он лежал у нее на коленях, и даже усы у него обвисли. Одним глазом он поглядывал на лабрадора, который по-прежнему кротко занимал свое сиденье, пока служитель размещал по вагончикам следующую группу пассажиров. Наверно, Гарри думал, что это черное чучело нарочно посадили здесь, чтобы пугать невинных шнауцеров.