Запомни мои губы - Сонда Тальбот

— Не возвращайтесь к прошлому. — Питер ласково погладил ее по руке. — Не нужно… Оно будет шагать за вами по пятам, но вы должны гнать мысли о нем — иначе оно загонит вас обратно в свою трясину…

— Всегда обидно понимать, что тебя оставили в дураках…

— Неправда! — горячо запротестовал Питер. — Не вы остались в дураках, а этот идиот, который упустил свое счастье… Редко встретишь такого порядочного и умного человека, как вы, Леа… Вы ушли от него, оставив ему все — и дом, и имущество. Я не знаю ни одной женщины, которая поступила бы так же… Этот Ричи, кажется, знал, что вы — сокровище. И пытался надежно спрятать вас от чужих глаз. Только ему не удалось держать вас в клетке вечно…

Он продолжал поглаживать ее руку, и Леа чувствовала, что тает от этих ласковых прикосновений. Рука Питера словно снимала с нее горечь прошлого, разочарование, обиду, страх перед будущим… Леа расслабилась и растворилась в этих чудодейственных прикосновениях, в ласковых синих глазах Питера, глядящих на нее с такой нежностью и добротой… Как на сеансе у доктора — только едва ли она могла бы испытывать к врачу похожие чувства…

Ливень не стихал, и Питер принял решение — надо хотя бы попытаться вырваться из этого дождевого плена. Зеленый пикап выехал на дорогу и медленно, почти с черепашьей скоростью, двинулся вперед. Дворники, бегающие по стеклу машины, лишь ненадолго убирали влагу — дождь мгновенно пополнял ее запасы. Слава богу, им не встречались машины — ни один водитель не осмелился выехать в такой ливень, — иначе «история», которую обещал Питер, могла стать реальностью.

Через час машина встала. Словно пикап устал ехать под дождем и решил остановиться, чтобы передохнуть. Питер, чертыхнувшись, выбрался из машины, чтобы посмотреть, в чем дело. Через несколько минут он вернулся с понурым видом.

— Что-то серьезное? — озабоченно спросила Леа.

— Если бы я знал… — смущенно ответил Питер. — В автомобильных делах у меня нулевой опыт. Я плохой ездок, но ремонтник еще худший… Какие-то провода, черт бы их побрал, вы уж простите меня за брань… Но я ничего не могу понять, а уж тем более поделать…

— И что теперь?

— Два варианта… Собственно, вы их знаете. Первый — сидеть в машине, пока дождь не кончится… А он, кажется, и не собирается. Второй — выйти из машины и двигаться вперед, пытаясь ловить таких же ненормальных, как я, водителей…

— Да… Удручающие перспективы… Что вам нравится больше?

— Спросите лучше, что не нравится меньше… Не знаю. Раз я втянул вас в это — право выбора за вами.

— Не втянули, — поправила Леа, — у меня своя голова на плечах. Думаю, нам лучше идти. Есть шанс найти придорожное кафе, телефон, помощь… Кстати, у вас нет с собой сотового?

Питер грустно покачал головой.

— И здесь я оплошал. Забыл его в Сонс-хилл. Эх, голова моя дырявая…

— Не расстраивайтесь, у меня тоже дырявая… Я его попросту не зарядила… Батарейка села окончательно в середине дня.

— Значит — идем? Что ж, догонять всегда лучше, чем ждать. Накиньте мою рубашку — будет хотя бы немного теплее…

Идти по мокрой и скользкой дороге под холодным проливным дождем — дело нелегкое. Но Питер и Леа с честью выдержали это испытание. Вместо того чтобы ныть и ругать друг друга, как сделали бы многие на их месте, они по очереди рассказывали веселые истории из жизни и хохотали над ними как ненормальные. Эта веселая парочка — два мокрых человека, хохочущих во все горло, — обязательно привлекла бы внимание, если бы на дороге появилась хотя бы одна машина… Но машины как будто исчезли с лица земли. Вместе с людьми и придорожными кафе, на которые так рассчитывала Леа…

Через полчаса на дорогу опустились свинцовые сумерки. Ливень стих, но совсем немного — в водяной стене всего лишь образовалась брешь, через которую можно было разглядеть то, что находилось впереди. Запал веселья, которым пытались согреться путешественники, иссяк, и теперь они, продрогшие и осунувшиеся, уныло брели под дождем, перебрасываясь друг с другом фразами, чтобы слышать хоть что-то кроме заунывной мелодии ливня.

— Наверное, лучше было остаться в пикапе, — уныло произнесла Леа. — Зря вы меня послушали. Если вы подхватите воспаление легких, я буду чувствовать себя виноватой…

— Чуть больше оптимизма — и это будет похоже на шутку, — улыбнулся ей Питер. — Послушайте, Леа, почему бы нам наконец не перейти на «ты»? Двое под дождем, оказавшиеся в такой глупой ситуации, выглядят совсем уж нелепо, когда говорят друг другу «вы»… К тому же мы знаем друг друга уже не первый день. Мы почти ровесники… Согласны?

— Да… — она вспомнила слова Пэтти и поняла, что подруга была права — ей давно пора было предложить это самой, а не ждать, пока Питер сделает первый шаг… Только как она сможет выговорить это простое местоимение? Если бы речь шла не о Питере Кэнди, а о каком-то другом человеке, все было бы легче легкого… Но сказать Питеру «ты»… В этом было что-то такое интимное, сладкое, запретное, будоражащее воображение… Леа никогда бы не подумала, что в такой ситуации она способна испытывать желание из-за местоимения, которое миллиарды людей ежедневно говорят друг другу…

— Посмотри! — неожиданно закричал Питер.

Она вздрогнула и посмотрела туда, куда он показывал. Впереди, в призрачной пелене дождя, мерцали огни. Спасительные огни… Чем они могут быть? Придорожным кафе? Домами? Леа попыталась вспомнить, что находилось в этом месте, но не смогла… Она всегда была такой невнимательной — смотрела на дорогу, мелькавшую за окном, но не видела ее…

— Как ты думаешь, что это? — Это «ты» именно такое сладкое на вкус, каким она себе его представляла…

Питер стряхнул с лица дождевые капли и улыбнулся. Улыбнулся своей победе, своему неожиданному счастью — Леа впервые обратилась к нему на «ты».

— Не знаю. Но думаю, что там мы сможем как минимум погреться…

Чаяния Питера и Леа оправдались сверх меры — вместо кафе их встретил придорожный мотель «Стивали». Сразу же заказав по чашке горячего кофе, они решили обсудить план дальнейших действий.

— Позвоним Пэтти, — предложила Леа. — Объясним, где мы находимся. Они с Пинки могут забрать нас отсюда.

— Идея-то хорошая, — задумчиво кивнул Питер. — Но представь себе, что будет, если Пинки и Пэтти тоже застрянут где-нибудь… Не сомневаюсь, что Пинки разбирается в автомобилях лучше, чем я. Но погодка, как говорится, не летная… В этом-то вся и загвоздка.

— Да, пожалуй, ты прав. — Леа сделала глоток кофе и почувствовала, как внутри нее растекается блаженное тепло. — Мне совсем не хочется создавать им такие же проблемы… Но что тогда?

— Все просто. Мы переночуем в мотеле — надеюсь, здесь есть свободные номера, — а с утра позвоним Пэтти, и они заберут нас отсюда… А заодно и мой несчастный пикап, который, наверное, проклинает своего бестолкового хозяина, бросившего его на дороге…

Переночевать в мотеле… Пусть не в одном номере, но рядом с ним… Об этом можно было только мечтать. Но она, пожалуй, сойдет с ума от такого близкого соседства. Если она вовремя не остановится, фантазии доведут ее до разрыва сердца… Леа сделала еще один обжигающий глоток и кивнула.