Королева цветов - Татьяна Тронина

– Это вы? – восхищенно прошептала Галя, шагнув к ней навстречу. – Элизе! Папа, мама, это Элизе!

– Гм... – сказал Павел Платонович. – Как-то неудобно называть вас так, сценическим псевдонимом... Это ведь ваш псевдоним?

– В жизни я – Елизавета Львовна... – прошелестела Элизе. Родители Гали тоже назвали ей свои имена.

– Мой папа – заместитель министра культуры, – с гордостью добавила Галя. – Я так думаю, что до министра ему совсем недалеко...

– Галя! – укоризненно воскликнул Павел Платонович и подвинул стул гостье. – Прошу вас, садитесь.

– Недавно мы узнали, что наша дочь Галина подружилась с вашим сыном, – сказала Анна Андреевна.

– Галя – замечательная девочка, – сказала Элизе и пожала ошеломленной Гале руку. – Благодаря ей многое изменилось в жизни нашей семьи.

«Да, из-за вашего Данилы в нашем доме тоже все стало вверх тормашками...» – хотела сказать Вава, но передумала. Ее воспитанница с таким восхищением глядела на эту певицу!

– Сейчас горячий чай приготовлю, – проговорила Вава. Наверное, холодно ей, этой Элизе, в такой несерьезной одежде, а на дворе начало ноября как-никак...

– Я у вас автограф хотела взять, – сказала Галя и быстро принесла из своей комнаты журнальный постер с фотографией Элизе.

Элизе начертила на постере изящную извилистую закорючку.

– Приеду в Москву, повешу у себя прямо над столом... – счастливо пробормотала Галя, глядя на подпись Элизе.

– Значит, тебе нравятся мои песни? – спросила та, улыбаясь.

– Еще как!

Вава принесла чай, а Галя помогла ей сервировать стол. Салфетки, вазочки с вареньем, чашки, ложки... Галя старалась изо всех сил, потому что сегодня у них в гостях была сама Элизе.

– Я только на днях прилетела с гастролей... – призналась Элизе, держа в тонких пальцах чашку с чаем. Ногти у нее тоже были серебристо-розового цвета и удивительно красивой формы. «Хотела бы я когда-нибудь быть такой! – призналась себе Галя. – Даже ногти у нее словно какие-то драгоценности!»

– Как там, в Австралии? – спросила Галя, проявляя осведомленность.

– Хорошо... Впрочем, дома лучше, – призналась Элизе. – Я очень скучала по сыну.

– А как Данила? – поинтересовалась Галя, сделав непринужденное лицо.

– Он передает тебе привет, – сказала Элизе. – Надеется на встречу. Правда, не знаю, как скоро у него это получится – ведь он довольно много пропустил по школьной программе, ему надо догонять.

Галя вспомнила, как посмотрел на нее Данила, прежде чем уехать с Юрием Алексеевичем... Интересно, о чем он ей тогда хотел сказать? Может быть, просто поблагодарить за те документы, которые разоблачали Фикусовых?..

– Я бы хотела сделать тебе что-нибудь приятное... – вдруг сказала Элизе, глядя с улыбкой на Галю. – Ну, за то, что ты была неравнодушна к судьбе моего сына... Хочешь, я спою тебе? Всем вам?.. Я как раз захватила с собой гитару, словно знала, что она мне понадобится...

– Хочу! – взволнованно сказала Галя.

– Да, мы с удовольствием вас послушаем! – воскликнули Павел Платонович и Анна Андреевна в один голос.

Элизе принесла гитару, которую оставила в прихожей, села на стул, положив ногу на ногу, и провела тонкими пальцами по струнам.

– Что бы вам такое спеть... – задумчиво пробормотала она.

– Что хотите! – великодушно сказала Галя. – Какую-нибудь вашу самую любимую песню... У вас ведь есть одна – самая любимая?

– Надеюсь, она вам тоже понравится... – И Элизе после небольшого проигрыша на гитаре тихонько запела.

Запела об осени, дожде и несбывшемся свидании... Это была та самая песня, которая больше всего нравилась Гале – грустная и красивая история о людях, которым так и не удалось сказать друг другу главные слова.

У Элизе был удивительный голос – тонкий и бархатный, он околдовывал, из-за него забывались все те мелочи и недоразумения, которые так мешали в обычной жизни, этот голос уводил в какой-то неведомый мир...

Анна Андреевна и Павел Платонович завороженно слушали Элизе, взявшись за руки. Вава тихонько вытирала платочком глаза. А Галя замерла, вся превратившись в слух, – она боялась пропустить хоть одно словечко, хоть одну ноту из этой дивной мелодии...

Раньше она мечтала попасть на концерт Элизе – и теперь ее мечта сбылась. Галя получила даже больше, чем хотела, – Элизе была совсем близко и на самом деле пела сейчас именно для нее...

Элизе закончила эту песню.

А потом сразу же начала другую – словно ей не хотелось уходить из этого дома и она стремилась задержаться в нем как можно дольше.

Целый вечер Элизе, почти не прерываясь, пела и играла.

В доме до поздней ночи горел свет. И даже осенний лес за оградой – мокрый и холодный – как будто преобразился, и между темных деревьев заструились серебристые лучи...