Роковой опал - Виктория Холт

Мириам достала бутылку вина из комода. Она сама сделала его, еще живя в Дауэре.

— Давай выпьем за твое будущее, — сказала она. — Это подходит больше, чем чай.

И мы выпили за ее будущее и за мое. Разговаривая с Мириам, я уже всерьез размышляла о возможности брака с Мэдденом.

Ночью я почти не спала, а во время утренней молитвы не слышала голоса бабушки, прося Господа помочь мне.

Выполнив все домашние поручения после завтрака, я еще помогла Мэдди принести редиску с огорода и вымыть банки для варенья.

Бывшая няня немедленно заметила перемену во мне.

— Что-то вы задумали, — сказала она. — Вы где-то очень далеко сейчас. Что назревает, мисс?

— Я больше не ребенок, но ты об этом забываешь. Меня могут занимать другие мысли. Зачем мне эти банки?

— Ай-ай-ай! — ответила Мэдди. — С тех пор как начались ваши посещения Оуклэнда, вы сильно изменились. Не могу понять, почему вам разрешают их.

— Держи свое мнение при себе, Мэдди.

— Не задирайте нос, мисс.

— На сегодня все, — гордо заявила я.

Сразу же после обеда я отправилась к ручью. Мне казалось, что мир перевернулся. Бен, человек, которого я так любила, лгал насчет моего отца. Как можно с этим смириться? И все же старый друг скоро уйдет. И как жить без него? Бен сделал предложение, отвратительное мне и Джоссу, сыну, которого он обожал. Этого я понять не могла, да и себя тоже, потому что в душе уже соглашалась с Беном и раздумывала, не выйти ли замуж за Мэддена. Именно в этот момент я заметила Джосса. Он шел по направлению ко мне.

— Я заметил вас с другой стороны ручья и решил, что нам стоит поговорить.

Когда мы оказались рядом, Мэдден спросил:

— Вы приняли решение?

— Оно невозможно.

— Ничего невозможного нет. Во всяком случае, вы получили честное предложение.

— А что решили вы?

— Я готов.

— Неужели вы женитесь на мне?

— Получается, что да. И не нужно делать из этого трагедию. Вас ведь не на Голгофу посылают.

— Похоже на то.

Он громко рассмеялся, а потом серьезно заговорил:

— Боюсь, Бену осталось недолго. Утром он был совсем слаб. Он хочет, чтобы мы поженились до его смерти.

— Значит, скоро?

— Откладывать нет смысла.

Мы подошли к стволу упавшего дерева и присели на него. Когда рука Джосса дотронулась до меня, по телу пробежала дрожь.

— У вас никого не было на примете? — спросил он.

— На примете?

— Может, у вас есть любовник или вы собирались за кого-то замуж?

— Нет.

— Тогда все нормально. Я смогу получить разрешение, учитывая болезнь Бена, и мы быстро поженимся.

— А как же вы? Вы не делали предложение никому другому?

— Нет.

— И теперь со всем согласны?

— А как иначе? Я понимаю чувства Бена. Он был влюблен в вашу мать, в этот великолепный замок, в семью, которая ведет свою родословную от завоевателей. Бен получил имение, но не принадлежность к Клейверингам. Если мы поженимся, то в жилах наших детей будет течь голубая кровь, и будущие поколения смогут гордиться этим, — цинично рассмеялся он.

Я почти не слушала Джосса, но слова о детях поразили меня. Так не пойдет.

— Боюсь, что ничего не выйдет.

Мэдден не сводил с меня глаз и, наверное, читал мои мысли. Он отлично понимал, что меня беспокоит.

— Многое поставлено на карту. Бен от своего слова не отступится, я слишком хорошо знаю его. Он заставит нас пожениться перед лицом угрозы, потому что способен быть беспощадным.

— Я знаю это.

— Бен многое рассказал о вас. О семье, о жизни в Дауэре. Он приговорит вас к жизни в этом мрачном замке, если вы не выйдете замуж. Выбирайте сами. Меня же он пугает тем, что отберет компанию и передаст ее другому. Отец меня поймал, зная, что я пойду на все…

— Даже на женитьбу?

— Да. Тридцать два года я удачно избегал брака.

— Значит, были женщины, которые хотели вас заполучить?

— Бесчисленное количество.

— Может, со временем леди поймут, как им повезло.

— Они об этом не догадываются. Недосягаемый человек еще более желанен. Сие аксиома.

— Все это не имеет значения.

— Вы правы, не следует увлекаться пустыми разговорами, когда есть главная цель. Мы оба стоим перед выбором, и если поженимся, то окажемся в выигрыше. В противном случае — потеряем многое. Вы знаете, что это означает для меня, да и для вас тоже.

Я, конечно, думала о той жизни, которую вела до знакомства с Беном, и понимала, что никогда больше не соглашусь на нее.

— Итак, — продолжил он, — я решился и женюсь на вас немедленно. Вам остается только согласиться.

Он обнял меня за плечи, и я тут же отпрянула.

— Хорошо, пусть будет проще. Это будет формальный брак, пока мы сами не захотим другого. Согласны?

Я молчала, и Мэдден продолжил:

— Я чувствую ваше облегчение.

— Бен на это может не согласиться.

— Это будет касаться только нас.

— Не уверена. Он хочет внуков.

— Нельзя получить все. Послушайте меня. Давайте поженимся и будем жить каждый своей жизнью. Вы сбежите из Дауэра, а я получу компанию. Это достойный выход.

Я внезапно встала. Он сделал то же, возвышаясь надо мной, а потом положил руку мне на плечо.

— Похоже, переговоры прошли успешно. Пойдем и скажем Бену?

— Я еще не решила.

— Хорошо. Но не задерживайте ваш ответ. Я рад, что вы не отказали мне наотрез.

Я повернулась и пошла по направлению к Дауэру.

Я отправилась к Бену в тот же день, радуясь, что застала его одного. Друг выглядел лучше.

— Я решил дожить до дня вашей свадьбы. Джесси, вы подумали?

— Да.

— Значит, выбираете жизнь… Но следите за Джоссом. Его очень любят женщины.

— Вы слишком многого от меня требуете, Бен.

— Неужели вас устроит жизнь в Дауэре? Я бы лучше пошел в тюрьму. Ваша бабушка разъедает, как уксус. А представьте, какой она станет через десять лет. Австралия вам понравится. А потом вы изредка будете приезжать в Оуклэнд. Прекрасная жизнь!

Бен говорил, не останавливаясь:

— Послушайте, Джесси. Пора повзрослеть. Я представляю вас в Павлиньем имении. Джосс рассказал о нем? — Я покачала головой. — Он обязательно расскажет. Этот дом перейдет вам в наследство. По приезде в Англию вы станете хозяйкой родового поместья. Представьте, что скажет бабушка! Вот бы увидеть ее лицо! И ваши дети будут играть здесь на лужайках.