Прикосновение любви - Барбара Картленд

— Может быть, вы пока разбудите мисс Кадину и мисс Ваву?

— Слушаюсь, мисс.

Обычно девочек будила сама Тамара. Она же помогала им одеться к завтраку.

Как правило, в половине девятого все уже были готовы и спускались вниз, в столовую.

Но сейчас девушка еще только заканчивала причесываться, когда в дверь ее комнаты постучала Кадина и, не дожидаясь ответа, стремительно вбежала к тетке.

— Шандор уже проснулся, мисс Уинн, и просит, чтобы ему на завтрак дали яйцо. Можно?

— Да, разумеется. Скажи, что он может попросить все. что захочет, — ответила Тамара. — Я буду готова через минуту.

Воткнув в волосы последнюю шпильку, она достала из гардероба легкое платье из муслина.

— Кадина, милая, пожалуйста, попроси Розу прийти сюда и помочь мне одеться, — обратилась Тамара к племяннице.

— А давай я помогу тебе, — предложила Кадина.

— Мне кажется, у Розы это получится лучше, — возразила Тамара. — Приходится спешить — ведь я сегодня проспала!

— Наверное, ты так долго не могла уснуть потому, что беспокоилась за Шандора, — глубокомысленно заметила Кадина.

— Ты права, дорогая, — с улыбкой подтвердила Тамара. — Ну а теперь будь хорошей девочкой и позови Розу.

Кадина выбежала из комнаты. Тамара надела муслиновое платье, сунула ноги в легкие комнатные туфли и стала ждать горничную — без ее помощи она не смогла бы застегнуть пуговицы на спине. В это время в комнату вошла Роза.

— Помогите мне, пожалуйста, — вежливо обратилась к ней Тамара. — А что, мисс Вава уже встала?

— Мисс Вавы не было в ее комнате, когда я туда зашла, — ответила Роза.

— Должно быть, она побежала к мисс Кадине.

— Нет, мисс Кадина говорит, что не видела ее, — возразила Роза, ловко застегивая пуговицы Тамариного платья.

— Ну что за несносное создание! Я ведь много раз говорила ей, что нельзя бегать по дому неодетой, — недовольным тоном заметила Тамара.

— А она одета, мисс. Я вчера вечером повесила ей на стул чистое платьице, а теперь его нет. Да и туфелек тоже…

— Ну, если она отправилась на конюшню, ей от меня достанется, — в сердцах пригрозила Тамара. — Она ведь знает, что вначале надо позавтракать.

— Любит мисс Вава своего пони, ну что тут поделаешь! — вздохнула Роза. — Прямо, можно сказать, души в нем не чает…

— Мне кажется, все мы нуждаемся в ком-то, кого могли бы любить, — задумчиво произнесла Тамара.

— Вот и моя матушка говорит то же самое, мисс. Нам нужно в жизни хоть чуточку любви, а иначе это будет не жизнь, а сплошные слезы и страдания!..

— Да, ваша матушка — мудрая женщина, — вздохнула Тамара.

Покончив с утренним туалетом, девушка заторопилась в комнату к Шандору.

Ему, несомненно, стало лучше, хотя вокруг глаза красовался огромный синяк, а разбитая губа вся вздулась.

— Как ты себя чувствуешь, родной? — спросила Тамара.

— Довольно паршиво. Все болит, — пожаловался мальчик.

— Если ты сегодня спокойно полежишь в постели, то завтра, наверное, уже сможешь встать.

— Но ведь теперь мне не надо идти в школу. Мне бы так хотелось прокатиться верхом!..

— Знаю, дорогой, — ласково сказала Тамара, — но боюсь, сегодня тебе это не доставит никакого удовольствия.

— Да, очевидно, ты права, — со вздохом согласился Шандор. — Правда, я могу почитать… И давай поиграем в шахматы, когда у тебя будет время, хорошо?

— Да, тебе лучше поиграть во что-нибудь, чем читать. С одним глазом это будет нелегко! — с улыбкой заметила Тамара. — Я схожу с девочками на прогулку, а потом мы непременно с тобой сыграем. Сегодня, пожалуй, даже уроков им давать не буду.

— Отлично! — обрадовался Шандор. С этими словами Тамара протянула руку Кадине, которая все это время стояла возле кровати брата.

— Пойдем скорее есть, — обратилась она к девочке. — А если завтрак Вавы остынет — ну что же, она сама в этом виновата!..

— Роза говорит, что Вава куда-то ушла. Вот непослушная, правда?

— Очень непослушная! — подтвердила Тамара. — Боюсь, что мне придется наказать ее.

— И как же ты это сделаешь? — с любопытством спросила Кадина.

— Что-нибудь придумаю, — пообещала Тамара.

Самым действенным наказанием, по ее мнению, было бы лишить Ваву возможности кататься на пони, но эту угрозу девушка собиралась привести в исполнение лишь в самом крайнем случае.

Обычно дети вели себя хорошо, так что необходимости их наказывать не возникало.

Они слушались отца и мать потому, что любили их, и Тамара знала, что ей они повинуются по той же причине.

И все же в данном случае Вава повела себя плохо. Как можно было уйти рано утром неизвестно куда, да еще и не сказав никому ни слова!

Тамара усадила Кадину завтракать. Сама же она не смогла проглотить ни кусочка. Куда же подевалась Вава? Тамара вышла из замка и направилась прямиком к конюшням.

Там она увидела нескольких конюхов. Все были заняты делами, а Вавы нигде не было видно. В этот момент на глаза Тамаре попался старый Эбби — он как раз выходил из стойла после осмотра одной из лошадей.

— Доброе утро, Эбби, — приветливо поздоровалась девушка.

— Доброе утро, мисс, — ответил он.

— Нет ли здесь мисс Вавы? Боюсь, что она решила отправиться на прогулку самостоятельно, вот я и подумала, что не иначе как к своей любимой Бабочке.

— Что вы, мисс! Мисс Вавы здесь нет.

— Вы уверены? — с тревогой спросила Тамара.

— Абсолютно уверен, мисс. Не видел ее и не слышал.

В это время мимо проходил мальчик — помощник конюха, и Эбби окликнул его:

— Эй, Билл! Ты не видел утром мисс Вавы?

— Нет, мистер Эбби.

— Ты уверен, что ее здесь не было?

— Совершенно уверен, мистер Эбби. Я сам здесь с шести часов, так что непременно заметил бы малышку.

— Очевидно, она все же где-то в замке, — решила Тамара и заторопилась обратно. Кадина как раз кончила завтракать.

— Как ты долго! — с упреком сказала она. — А я все съела. Больше не хочу.

— Тогда пошли, поможешь мне искать Ваву. Тамара уже начала беспокоиться, хотя боялась признаться в этом даже самой себе — ведь поиски в библиотеке, в салоне и на кухне пока не дали никаких результатов.

— Вы не видели мадемуазель Ваву, мсье? — спросила Тамара главного повара.

— Нет, мадемуазель, — ответил тот. Затем, улыбнувшись Кадине, добавил:

— Если ты будешь хорошо себя вести, я испеку тебе к чаю вкусный торт.