Сделка с боссом - Кэтрин Джордж

– Прошло почти двадцать четыре часа с тех пор, как я в последний раз целовал тебя. Я чуть не заболел, – хрипло проговорил он, оторвавшись от нее. – Доброе утро, моя обожаемая мисс Конти.

– Доброе утро, мистер Кинкейд, – ответила она с притворной скромностью.

Он вздохнул и неохотно отпустил ее.

– Пожалуй, мне лучше вернуться за свой стол, пока я не набросился на тебя тут же на ковре. Приглашаю тебя на обед.

Элери села на свое обычное место, устремив на него умоляющий взгляд.

– Сегодня вечером я не смогу, Джеймс.

– Но тебе же прекрасно известно, что утром я еду в Лондон на совещание. И вернусь не раньше чем в пятницу вечером!

– Извини. – Она примирительно улыбнулась. – Дома большое событие. Нико пригласил на ужин свою девушку.

– Девушку! Да ему только пятнадцать, – неодобрительно проворчал Джеймс.

– Ты, конечно, в пятнадцать лет ни с кем не встречался?

– Господи, конечно, нет. В нашей школе мы проводили время в играх, которые отнимали массу энергии, и принимали холодный душ. – Джеймс нахмурился. – В школе Нико учатся и девочки? Элери кивнула.

– Городская общеобразовательная школа.

– Ты тоже там училась?

– Нет. Мы с Клаудией посещали школу святой Урсулы при монастыре. Высокий уровень образования, но никаких контактов с противоположным полом.

– Возьму с собой бумаги и займусь делом, – мрачно сказал Джеймс. – И вам тоже найдется, чем заняться, мисс, пока я буду отсутствовать. Я не желаю, чтобы Брюс или кто-нибудь другой претендовал на твое время. – Он помолчал, вращая в пальцах карандаш. – Кстати, а каков был приговор твоих родителей?

– Тебе? Ты произвел на них впечатление. Если верить моей матери, ты слишком молод и привлекателен для исполнительного директора, а мой отец одобрил твой примерный поступок, когда ты явился и принес извинения за то, что продержал меня столько времени вдали от дома.

– Отлично, – самодовольно заметил он. – Мне они тоже понравились. Если повезет, скоро они будут на моей стороне.

– Только не вздумай к ним подлизываться, – предупредила Элери, сверкая глазами.

– У меня этого и в мыслях нет, – угрюмо заявил Джеймс. – Я просто подумал, что постепенно они ко мне привыкнут. Нико, похоже, меня уже одобрил.

– О да. Он говорит, что ты железный парень.

Джеймс возбужденно наклонился вперед.

– Он ошибается. Там, где дело касается тебя, я далеко не железный. Все обстояло достаточно скверно, когда я понятия не имел, как ты ко мне относишься. Но теперь мысли о тебе в моей постели заслоняют мне отчет перед правлением…

– Джеймс! – Ее лицо полыхало. От суровой отповеди исполнительного директора спасло только появление Брюса Гордона, который зашел выразить Джеймсу сочувствие в связи с тем, что тот застрял в снегу.

Джеймс заверил его, что все могло быть намного хуже. Коттедж, сообщил он Брюсу, имеет все необходимые удобства, какие только можно пожелать… На этой стадии Элери извинилась и тихонько вышла, чтобы приступить к исполнению своих обязанностей.

Элери была рада временной передышке и в «Нортволде» и дома, пока Джеймс находился в Лондоне. У нее появилась возможность все взвесить и привести в порядок мысли перед тем, как снова увидеть его. Он просил ее ненадолго задерживаться на работе и каждый вечер звонил, чтобы поговорить с ней в отсутствие вездесущих коллег или родственников. Разговоры затягивались, и к пятнице Кэтрин пришла в негодование, что дочь постоянно перерабатывает.

– Кажется, ты говорила, что Джеймс уехал, – сердито бросила она, когда Элери появилась дома. – Мне приходится дожидаться тебя, вместо того чтобы идти в ресторан.

– Нет никакой необходимости ждать меня, ма. Я уже большая девочка, как, ты, наверное, заметила.

На лице матери отразилось сомнение.

– Как раз об этом я и думала, cariad.

– Ты меня пугаешь!

– Ты можешь быть серьезной, девочка? В воскресенье твой день рождения.

– Знаю. – Элери скорчила гримасу. – Немного грустно, когда тебе уже не двадцать с хвостиком.

– Возраст – понятие относительное, – уверенно заявила Кэтрин. – Как бы там ни было, поскольку твой день рождения выпадает на воскресенье, мне пришло в голову, что ты могла бы пригласить и Джеймса.

Элери в смятении уставилась на нее.

– Джеймса?

– Да. Почему бы и нет?

Нервным движением Элери заправила за уши пряди волос.

– Он мой начальник. Не думаю, что это правильно.

– Я знаю, что он твой начальник, но это не помешало тебе в него влюбиться, – с невозмутимым видом проговорила Кэтрин, лишив Элери дара речи. – И, если не ошибаюсь, он отвечает тебе тем же.

Элери, потрясенная, смотрела на мать.

– От тебя ничего не скроешь, уэльская колдунья.

– Жизнь слишком коротка, чтобы тратить время попусту, – строго добавила Кэтрин в качестве завершающего выпада и отправилась в ресторан помогать мужу.

Вскоре вернулся Нико, который ходил в кино со своей подружкой Люси, и развалился на диване перед телевизором, критически поглядывая на мокрые волосы Элери и махровый халат.

– Никаких свиданий сегодня? А я думал, что ты ударишься в загул с Джеймсом.

– Он в Лондоне. Ты что-то рано явился.

Нико внимательно посмотрел на Элери.

– В чем дело, Эл? Ты выглядишь совсем иначе с тех пор, как вернулась из Лондона. Это из-за Джеймса?

– Да, – осторожно согласилась она. – Он мне очень нравится.

– Нравится? – Нико хмыкнул. – Да ты без ума от него. А он от тебя. Что ты собираешься делать со всем этим?

– Не знаю… я еще не решила.

Нико встал с дивана и выпрямил свое гибкое тело, позевывая.

– Не держи его в подвешенном состоянии слишком долго. Он может запросто сорваться с крючка.

– Большое тебе спасибо! – Элери подтолкнула его. – Живо в постель.

После того как Нико ушел к себе, Элери прилегла на диван, лениво потягиваясь при мысли о том, что всю субботу проведет с Джеймсом. Спустя некоторое время в прихожей раздался звонок, и она, недоуменно нахмурясь, прошла по коридору и приоткрыла входную дверь ровно на столько, на сколько позволяла цепочка. Увидев Джеймса, стоявшего на пороге с улыбкой триумфатора на лице, она моментально захлопнула дверь, сбросила цепочку и вновь широко ее распахнула, ослепительно улыбаясь.

Джеймс притворил за собой дверь и, не говоря ни слова, притянул Элери к себе и целовал до тех пор, пока голова у нее не пошла кругом.