Моногамист - Виктория Мальцева

— Слушай, друг, такое бывает, но это не страшно. Мы с тобой без боя не сдадимся. Давай так, ты завтра узнай, что она читает, и мы с тобой выберем ей книгу, а это, братец, уже внимание и забота. Поверь, она сразу взглянет на тебя другими глазами.

— О чём это вы тут секретничаете, мужчины? — тихонько подкрадывается к нам Моника.

— Это мужской разговор, мам! — вспыхивает Джош обиженно.

По плохо скрываемой улыбке Моники я понимаю, что она услышала главное — у сына есть сердечная тайна.

— Сынок я и не собиралась вмешиваться, только хотела позвать вас перекусить.

— Ура! — восклицаю, — я голоден как волк, а ты, Джош?

— Ну… я не очень…

— Мы договорим после, — тихо сообщаю ему на ухо.

— Погнали тогда есть мамины бутерброды!

Но мне понравились не мамины, а Натальины; это были не бутеры, а истинные кулинарные шедевры. На самом деле я — обладатель не самого лучшего аппетита, но этот пикник стал для меня настоящим праздником живота. Мы с Джошем соревновались, кто быстрее прикончит гигантский бургер, и я проиграл не совсем честную игру, а мамина подруга не спускала с меня глаз…

Не могу понять, кого она так напоминает мне, эта Наташка… Будто уже встречал её раньше, но где и как — не припомню.

— Невероятно вкусно, — хвалю её.

— Нэтали — шеф и победитель многих кулинарных конкурсов.

— Вау, — восхищаюсь я, глядя в огромные янтарные глаза.

Щёки Натальи вспыхивают, она опускает ресницы, а я свой взгляд на её губы… Чёрт, а она сексуальна, эта мамина подруга…

Miley Cyrus Adore You Acoustic Version

После обеда мы с Джошем вновь несёмся босиком по широченной полосе океанского прибоя, изображая погоню… Но теперь мы не одни, с нами Наталья… С трудом и запыхавшись, догоняет нас, забавно перебирая мокрый зеркальный песок своими чуть полноватыми, но от того ещё более привлекательными ногами, и мне внезапно хочется её тискать… Что я и делаю: хватаю её одно рукой за талию, поднимаю над водой и начинаю кружить, так же точно как до это проделывал тоже самое с Джошем. От неожиданности Наталья вскрикивает и начинает безудержно хохотать, и мы с Джошем смеёмся вместе с ней. Опускаю её на землю, у нас обоих кружится голова, Джош мельтешит где-то внизу и что-то болтает безудержным потоком, а мы с Натальей в нирване внезапно обрушившегося поцелуя. Я отрываюсь с улыбкой и тянусь носом к её шее, вдыхаю…

— Что ты делаешь? Мне щекотно! — хохочет Наталья.

— Нюхаю тебя… — улыбаюсь.

— Ты что, извращенец?

— Вовсе нет! А ты не знала, что на самом деле люди выбирают друг друга по запаху?

— Не знала, ну и как я пахну?

— Ты пахнешь восхитительно… А я?

— А ты… ты буквально сносишь с ног и не только запахом!

— Чем ещё?

— Да всем! Тем, как смотришь, как улыбаешься, как и что говоришь, даже двигаешься сексуально!

— Смотри не влюбись! — предостерегаю лукаво.

— Кажется, уже поздно думать об этом… — улыбается и сморит мне прямо в глаза, так глубоко заглядывает… как делал некогда лишь один человек на всей Земле…

Я вновь целую её, а Джош внезапно говорит:

— Наташа, ты плохая! И ты, Алекс, тоже плохой! Я нашёл тебя для моей мамы, а не для Наташи!

Я только что развёлся, возня с бумагами и делёжкой нажитого оставила после себя отвратительный осадок, усугублённый ещё и тем, что Ивонна, как и Рэйчел, решила судиться со мной, а это то, чего я не выношу и становлюсь гадким врединой… Ну а что? В мире полно нуждающихся людей, и мои бывшие жёны далеко не на первом месте. А если говорить обо мне, то моя благотворительность доходит порой до абсурда… Да, я занимаю деньги. Регулярно. И регулярно повышаю себе зарплату, но её всё равно не хватает…

А тут ещё новое знакомство — Тони. Тони, который лечит взрослых. Ему тоже нужны деньги и взрослых мне тоже жалко, особенно тех, которые молоды и у которых есть дети… Необходимо срочно что-то придумать с этим, создать какой-то фонд что ли… Ну не сидеть же позорно без денег. Давно мечтаю купить небольшую яхту для вылазок на морские прогулки с друзьями и никак не накоплю денег… Позорище.

Мы болтаем много и ни о чём, смотрим закат — чарующее зрелище, особенно у костра.

Джош спит у меня на руках, Моника причитает, что я первый человек после неё, кому её ребёнок так доверился, и что всё это не к добру, а я уверяю, что на меня можно положиться, что я не сбегу и не буду ссылаться на занятость… Где только время возьму, но ладно, об этом подумаю потом… или пусть Хелен выдумывает что-нибудь, выкручивается, в конце концов, я ведь за это зарплату ей плачу!

Главное, я впервые по-настоящему нужен кому-то и это ощущение наполняет меня жизнью… и оптимизмом! Я счастлив, я серьёзно счастлив! Улыбаюсь не сводящей с меня глаз Наташе, и это впервые за долгое время по-настоящему и от души… Господи, как же хорошо всё-таки жить…

А ночью забираюсь в палатку к Наталье, она скромничает, глупая, потому что знает, что мне отказать невозможно… Будучи не в силах устоять перед моими ласками, моя новая знакомая дарит мне восхитительную ночь… Жизнь так прекрасна местами…

— Давно ты живёшь в Штатах? — спрашиваю, приятно потягиваясь, расслабленный и счастливый после хорошего секса.

Наташа, не поднимая с моей груди головы, отвечает:

— Уже три года.

— У тебя есть тут родственники?

— Нет, вся родня в России, я родом из Тольятти, знаешь такой город?

— Эмм, там у вас производят российские автомобили — это всё, что я знаю!

— Ой, ну давай только не будем про автомобили! Особенно учитывая твою страсть к ним!

— А я и не говорил ничего! — тем более, что сказать-то действительно нечего. Ну, хорошего, я имею в виду. А плохое я никогда не говорю людям.

— Город наш стоит на Волге, это река такая в России, очень красивая! Природа у нас завораживающая — леса сосновые, осиновые, дубовые и степи, красота… — говорит мечтательно. — Но тут тоже очень красиво, даже красивее, особенно в национальных парках.

Alice Boman — Waiting

Вечером следующего дня мы возвращаемся в Сиэтл. Я намеренно отвожу Джоша с Моникой первыми, потому что огромные светло-карие глаза напротив меня жаждут того же, чего и я — остаться наедине.

Помогаю Монике поднять сумку с вещами наверх, спускаюсь, сажусь в машину и целуюсь долго и с наслаждением… Наталья — редкая женщина. Редчайшая. Потому что я могу её целовать… Таких в моей жизни можно пересчитать по пальцам одной руки….

Это хороший знак, решаю я, ну просто великолепный. И она пахнет приятно. Это тоже очень хорошо. Но жениться больше не хочу. Надоело. Есть ещё такой вариант, как просто жить вместе.