Мы под запретом - Нана Фокс

Нервная дрожь прокатывается по телу, заставляя чуть крепче сжать руль. Чувствую себя юнцом, спешащим на первое свидание, хотя меня так даже в молодости не колбасило.

Глушу мотор за воротами родительского особняка, несколько минут просто тупо пялюсь в лобовое стекло, пытаясь прокрутить в голове нашу с Белкой новую встречу. Но это же моя взбалмошная малолетка, и здесь невозможно предугадать, в какое русло повернет река ее настроения. Поэтому просто выдыхаю, выхожу из автомобиля, забираю с заднего сиденья пакеты с заграничными подарками и делаю решительный шаг к незапертой калитке.

— Дядя Саша приехал! — с тем же радостным воплем, что и в прошлую нашу встречу, несется ко мне пятилетняя пигалица.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Привет! — раскрываю объятия, шаря глазами поверх ее головы в поисках старшенькой. — Держи, — протягиваю ей самый большой бумажный пакет, как только Маруся, вдоволь наобнимавшись, отпускает мою шею. — Это тебе.

Девочка с неподдельным восторгом лезет в пакет, даже на мгновение задерживает дыхание, а глаза ее блестят от счастья.

— Хорошо, что Кира уехала и это все мне. — Изображая маленькую жадину, она прижимает к себе полученный презент.

— Куда? — машинально, даже не задумываясь, как странно это может выглядеть со стороны, спрашиваю я.

Малышка хмурит бровки, словно вспоминая, а потом, пожав плечами, выдает:

— Куда-то далеко, а куда — я не помню.

Маруся расстроенно хмурит брови и, схватив меня за руку, тянет в дом.

— Пойдем, у мамы с папой спросим, — уверенно заявляет она, топая вперед маленьким тягачом. — Они точно знают. Это они ее туда отправили.

Меня прошибает злым негодованием, я даже на мгновение замираю на месте, пытаясь переосмыслить услышанное. Затем подхватываю ребенка на руки и, врубив третью крейсерскую, в считанные секунды преодолеваю оставшееся до крыльца расстояние.

Что за хрень тут творится?! Что успела выкинуть моя Белка за столь короткий срок, что ее сослали — надеюсь, хотя бы не в Сибирь?

Останавливаюсь перед ступенями, чтобы перевести дыхание и чуть-чуть усмирить бушующий гнев. Спускаю девчушку с рук, улыбнувшись доброжелательно, беру ее за ладошку, и мы чинно поднимаемся на застекленную веранду.

— Мама! — кричит Маруся куда-то в глубь помещения, нетерпеливо выдергивая ручонку из моего крепкого захвата. — Мамочка, а куда Кира уехала?

— В Беркли*, — раздается назидательный голос Лизы, а затем и она сама появляется в дверном проеме. — Привет, Саша! — удивленно произносит она.

— Привет, — буднично отвечаю и протягиваю ей два пакета. — Один — для вас с Игорем, второй — Кирин. — Я непринужденно пожимаю плечами, хотя самого раздирает желание поскорее узнать, за каким хером ее туда упекли.

— Спасибо. — Улыбнувшись, Лиза забирает презенты. — Она вернется не скоро, но я оставлю в ее комнате.

— Ага, — соглашаюсь я, натягивая на лицо маску безразличия.

Остаток дня пролетает в каком-то тумане. Я, вроде бы, и участвую в общей беседе за столом, шучу сам, смеюсь над шутками других, но мысленно я где-то там, на другом континенте. Мысленно я строю планы, как вызволить свою принцессу из тридевятого царства.

— Саш, — окликает меня мать, — у тебя все хорошо? — В ее голосе чувствуется тревога, а взгляд внимательно ощупывает меня, словно в детстве после падения с забора или еще какой небезопасной шалости.

— Все хорошо, — обнимаю ее, упираясь подбородком в ее макушку. — Немного устал после рейса. Поеду домой, высплюсь.

— Может, останешься, я тебе в свободной комнате постелю? — с надеждой интересуется она, задирая голову и вглядываясь в мое лицо.

Я и впрямь чувствую неимоверную усталость, поэтому соглашаюсь без лишних уговоров и спустя полчаса проваливаюсь в тяжелый сон.

Утро встречаю с тяжелой головой, но с решением во что бы то ни стало организовать для себя путешествие на солнечное побережье Тихого океана.

*Беркли — город в Калифорнийском штате США. Там же расположен одноименный вуз «Калифорнийский университет в Беркли».

Глава 19

*Кира*

Сонно зеваю, потягиваясь в постели. Тонкое покрывало сползло, оголяя живот, и ласковые лучи калифорнийского солнышка скользят, но теплой коже. На часах начало десятого, а я все еще валяюсь в кровати, не желая покидать ее уютные объятия.

Лениво переворачиваюсь на живот и нехотя тянусь за телефоном, одиноко лежащим на прикроватной тумбочке. Разблокированный экран мигает десятком непринятых вызовов и не меньшим количеством непрочитанных сообщений. Почти все они от мамы.

Хмурюсь, прокручивая в голове наш последний разговор буквально пару дней назад. Мы общались по видеосвязи, и они с Марусей взахлеб рассказывали мне о том, что наконец-то определились с участком для застройки и вскоре начнется строительство нашего нового загородного дома. Где-то недалеко от родителей Игоря и на берегу потрясающего озера. До города рукой подать", да и вообще, как только я вернусь, в комплекте с водительскими правами получу еще и мини-машинку — ту самую о которой я мечтательно вздыхала, сдавая экзамены и вождение.

Что могло случиться за два дня? Пугающая мысль прошивает меня леденящим ужасом. Трясущимися пальцами тычу в экран, набирая не дозвонившегося до меня абонента, и молюсь. Молюсь, чтобы все было хорошо, воскрешая в памяти все предостережения и опасения врача, ведущего ее позднюю беременность.

— Мама! — взволнованно восклицаю я, как только пропадают длинные гудки и она отвечает мне протяжным:

— Алло!

— Что случилось?

— Кира, — мягко осаждает она мою панику, — ты чего всполошилась? Все у нас хорошо.

— Мам! — вновь восклицаю я, только теперь уже укоризненно.

Делаю несколько глубоких вдохов и о-о-о-очень длинных выдохов, восстанавливая ясность в голове и нормальную работу сердца, стук которого отдается где-то в горле нервным спазмом.

— Миллион звонков и столько же сообщений от тебя за ночь, — отчитываю ее. — На что, как ты думаешь, они наталкивают мою буйную фантазию?

— Кирочка… — В ее ласковом обращении слышны извиняющиеся интонации. — Прости, дочь. Просто боялась, что ты сегодня сбежишь куда-нибудь. У тебя же выходной, и ты говорила, что планируешь с подругой поехать то ли на каньоны, то ли еще в какой-то парк, — назидательно напоминает мне мама.

— Да, — выдыхаю я, переворачиваюсь на спину и прикрываю глаза ладонью, — хотели, но на следующих выходных.

Я в Беркли по какому-то обмену, магическим образом случившемуся впервые за сто лет существования университета. Наш ректор — давний и хороший знакомый Игоря — предложил мне одно из двух мест. А я в тот день была в таком подавленном состоянии, что готова была лететь хоть к черту на Луну. Беркли не луна, но тоже не ближний свет, и я все еще привыкаю к тому, что родители за тысячи километров от меня, что я вообще