Изменишь однажды... - Диана Ярук

Глава тридцать четвёртая

Когда я плескалась на мелководье в Будве в свои неполные двадцать пять я и представить себе не могла, что в тридцать смогу участвовать в соревнованиях и даже претендовать на медаль!

Стою среди других женщин, завернувшись в большой махровый халат и буквально трясусь от напряжения. Я сделала это! Прошла в финал! Моё время оказалось достаточным, чтобы попасть в жеребьёвку!

Сейчас заплывает группа девушек двадцати — двадцати пяти лет, и я настраиваюсь на нужный лад. Даже если не получу места, я уже прошла хороший путь за эти два с половиной месяца. Вернулась в бассейн, возобновила регулярные тренировки. А ещё, статус сегодняшних соревнований даёт мне право сдать норматив на Мастера спорта. Так что, я решила сосредоточиться не на получении призового места, а нового разряда. Мне просто нужно проплыть вольным стилем эти пятьдесят метров не больше, чем за двадцать шесть с половиной секунд.

Предыдущая группа закончила свою дистанцию, ведущий объявляет победителей. Все вылезают из воды, трое идут в сторону пьедестала.

Наша возрастная группа женщин от двадцати пяти до тридцати лет начинает двигаться в сторону старта. Волонтёры показывают нам, куда скинуть халаты и полотенца. Я наклоняюсь к воде, зачерпываю ладонью и брызгаю себе на лицо. Надеваю очки. Звучит команда приготовиться, мы все встаём на тумбы, подходим к краю, наклоняемся и ждём. Резкий звук свистка и я, изо всех сил оттолкнувшись ногами, прыгаю в воду. Перед самым замедлением, я начинаю грести так, будто от этих движений зависит моя жизнь. Раз-два-три-вдох! Раз-два-три-вдох! Раз-два-три-вдох! Нет никаких мыслей, только я, только шипение воды, пузырьки воздуха, быстрый вдох и сильный выдох. Моё тело — пуля, пущенная по своей дорожке. За полметра до конца дистанции я автоматически выпрастываю правую руку и дотрагиваюсь ей до края бассейна. Хватаюсь за бортик, поднимаюсь надо водой и вижу судью, склонившегося на колено с таймером в руках.

— Двадцать шесть и одна! — Кричит он мне. — Поздравляю!

— Спасибо! — Кричу я в ответ, — я получила Мастера?

— Ты получила первое место! — подмигивает мне парень.

Вот это да!

Вылезаю из бассейна и сквозь крики болельщиков слышу свою фамилию с просьбой пройти для награждения. На меня вдруг нападает жуткая слабость и приходится схватиться за скамейку, где лежит халат. Подбегает знакомый тренер.

— Нилова, ты всех порвала! Второе место пришла только через секунду! Корочка МС у тебя в кармане! А теперь за медалью! — Он помогает мне подняться и надеть халат. Хлопает по плечу и смеётся. Я сую очки в карман и, мысленно дав затрещину — соберись, тряпка! — иду к пьедесталу.

Наконец, позволяю себе взглянуть на трибуны. Там за меня болеют Аня, Сашка, Макс и Тимофей. И ещё Артём, конечно. Мне не удалось уговорить его остаться в стороне в этот день. Была бы воля, я бы вообще не посвящала его в события своей жизни. Но мы навсегда связаны нашим сыном, а отказать Тиму в удовольствии поболеть за мамочку я не могла.

Вижу всю компанию. Сашка с телефоном в руках — наверное, ведёт прямой эфир. Аня тоже снимает всё на видео. Мама не простит, если у неё не будет полного отчёта о моём триумфе. Максим машет рукой изо всех сил и кричит «Ура!». Тимофей хлопает в ладоши и подпрыгивает, стоя на пластиковом кресле. Артём придерживает сына и поглядывает на Макса.

Взобравшись на пьедестал, мы слушаем поздравления от главных судей. Наклоняюсь, чтобы получить свою медаль. Мне суют в руки букет и какой-то диплом в рамочке. Фотограф просит всех на пьедестале прикусить свои награды, будто мы настоящие олимпийские победители. Я машинально делаю то, что мне говорят, но в голове гудит. На меня только что опустилось осознание, что Надежда Сергеевна Нилова, чемпионка городского первенства в своей возрастной категории, успешно получившая новый разряд по плаванию — это я?!

Выйдя из здания спортивного центра, я щурюсь на яркое сентябрьское солнышко. Через неделю наступит октябрь, но бабье лето в самом разгаре, — только-только начинают отцветать головки астр и бархатцев на клумбах, листья на деревьях выдают самые яркие оттенки огня, воздух пронизан свежестью. Я вдыхаю полной грудью и закрываю глаза.

— Надейка! Мама! — бегут ко мне мои болельщики.

— Надюха, скажи «привет!», — суёт мне под нос телефон Сашка, — вся артель на связи и мама твоя тоже смотрит!

Я делаю, как он говорит, и смеюсь от восторга. Как же хорошо жить! Наклоняюсь к Тимофею, хватаю на руки и кружу его, визжащего от радости.

— Это всё благодаря тебе, Тим! Ты так за меня болел, я не могла тебя подвести! — Снимаю с себя медаль и вешаю на шею сыну.

Анька не выдерживает и хватает меня за плечо, зажав между нами Тимофея. Она тоже смеётся и покрывает моё лицо, шею, ухо поцелуями, её волосы лезут мне в рот, глаза, мы обнимаемся, прижимаем к себе Тима и подпрыгиваем от восторга.

— Ты! Ты! Самая крутая чувиха из всех, кого я знаю, Надейка! Я знала, что ты победишь ещё на старте, когда ты влезла на тумбу! Хочу быть как ты, когда вырасту! — неожиданно пускает слезу она.

— Дурочка, это же ты научила меня бить с ноги и ничего не бояться! — смеюсь я, вытирая слёзы подруги.

— Позвольте вмешаться, дамы, — вдруг встревает Артём. — Я тоже хочу поздравить с победой свою жену. — Он встаёт между мной и Аней, обнимает меня и целует в губы, а я так ошарашена наглостью, что не успеваю никак среагировать.

— Без пяти минут бывшую жену, — отталкиваю его от себя.

Максим оттесняет Артёма и протягивает мне букет огромных бордовых лилий.

— С заслуженной победой, Русалка!

— Сспасибо большое! — Отвечаю я, стараясь не скривиться, но всё портит Артём.

— Хахаха! — смеётся он, хлопая себя по коленям. — Её сейчас вырвет!

Глава тридцать пятая

— Готова наблевать тебе на ботинки прямо сейчас, Нилов! — якобы под нос, но всё равно громко говорит Аня.

— Я серьёзно, Анечка! — ухмыляется Артём. — Ты знаешь, как её тошнило, когда мы в Будве спали в комнате с лилиями под окном? Мне пришлось ночью бегать по саду и обрывать бутоны, словно я цветочный маньяк!

— Надя, мне очень жаль, я думал, что тебе понравится, они такие же яркие и необычные, прямо как ты… — Переминаясь с ноги на ногу, бормочет Максим.

— Дай сюда! — пыхтит от бешенства Аня, выхватывает у меня букет, бежит к другой выходящей из дверей фитнес-центра девушке и вручает цветы ей.

Я,