Восьмая нота Джокера - Алёна Нова

Я мысленно вою, стоит вспомнить утро и отчима. Если не буду на этой дурацкой вечеринке, он меня реально выгонит? А если на маме начнёт отыгрываться? Нужно как-то выкрутиться…

─ Миш, ─ после душа ко мне подбегает наша одноклассница Ира. ─ Наш классный просил зайти перед уходом.

Её можно назвать заучкой, но в целом вроде нормальная.

─ Не сказал, зачем?

─ Наверное, из-за обязанностей помощника старосты, ─ пожимает плечами.

Благодарю её, а после, махнув рукой рыжей, бегу наверх, проклиная Царёва за то, что втянул меня в это, но деваться некуда.

В кабинете горит свет, но едва я заглядываю, учителя не нахожу. Вместо него там сидит Илья, и при виде меня он удивляется так же сильно, как я.

Глава 18

─ Миша?

Оба замираем, будто застигнутые врасплох, но Илья расслабляется первым, пока я всё ещё пытаюсь понять, почему так среагировала, а потому пытаюсь шутить.

─ А тебя что, после уроков оставили?

─ Это я тебя хотел спросить, ─ улыбается разбитыми губами и тут же морщится. ─ Блин.

Я ему очень сочувствую, но что-то подсказывает, такие парни не терпят жалости, так что просто изображаю нервную улыбку, стараясь не вспоминать ту сцену в зале. Мне просто не хочется знать, почему Царёв так себя повёл. Серьёзно, вот вообще. Даже не любопытно.

─ Не в курсе, куда классный ушёл?

─ Без понятия. Я сам его жду.

─ Тогда подождём вместе, ─ киваю, присаживаясь рядом.

Тишина ещё недавно не казавшаяся мне неуютной, вскоре начинает давить. Я не люблю, когда так происходит – с некоторыми людьми молчание воспринимается, словно лекарство для души, и ты им наслаждаешься. Но с Ильёй это с каждым разом превращается в неловкость, и мне не ясно, отчего так.

─ Думаешь, тебе достанется? ─ всё-таки обращаю его внимание на синяки.

─ Не переживай об этом, ─ отмахивается, поднимая на меня взгляд. ─ Хотя, мне приятно, что ты обо мне думаешь.

Опять затихаем. Он берёт телефон и что-то там ищет, а я уже не знаю, чем заполнить эту тишину.

─ Да где он ходит? ─ начинаю нервничать – уже вечер, и если приду домой позже мамы, её кредит доверия ко мне сильно уменьшится.

─ Сейчас узнаем.

Он встаёт и подходит к двери, но в этот момент она захлопывается, и кто-то закрывает нас на ключ, а после вырубается свет.

─ Что за?.. ─ брюнет дёргает за ручку, потом подбегает к выключателю, но этот блэкаут явно по всей школе.

А ещё у меня в глазах.

Не могу пошевелиться, будто ноги к полу приросли.

Странно, я ведь была заперта с Таей и даже толики паники не испытала, пока те парни не пришли.

Что сейчас изменилось?

Мой психолог предупреждала, что такое может произойти в любой момент, и нам надо начать прорабатывать мои страхи, ища подходящий способ. Но я всегда отмахивалась…

Сейчас эти мысли вторичны.

Они едва ли доходят до разума, затуманенного темнотой и ощущением замкнутого пространства, где я не одна. Верно, я не одна, и я знаю Илью, так почему мозг не хочет помочь мне в это поверить?

─ Чёрт, заперто, ─ доносится до слуха, почти заглушённого пульсом.

Моя реальность слишком быстро скручивается, перемешиваясь со слишком яркими картинками моей прошлой жизни, не давая и секунды на передышку. Умом я понимаю, где нахожусь, осознаю всё, но в то же время не способна взять под контроль то, что твердит подсознание – я будто надвое разделяюсь. И воздуха в лёгких начинает катастрофически не хватать.

─ Миш? Что с тобой? ─ чья-то рука касается плеча, но сквозь гул в ушах я различаю другой голос.

Его не должно здесь быть, никак!

Только убедить себя в этом невозможно. В этой темноте всё искажается, заставляя оживать мой кошмар, снова постучавшийся в двери и машущих костлявой рукой. Эй, привет, старая подружка! Ты же не думала, что мы расстались навсегда?

─ Нет…

С криком отбрасываю от себя чужие пальцы, отступая куда-то в глубь класса. Я даже не вижу света – эти окна ведут в закрытый двор, а там нет никаких фонарей. Мы почти в кромешной тьме.

─ Почему ты так со мной себя ведёшь, а? ─ устало спрашивает парень, надвигаясь, а его лицо мне кажется жуткой маской.

─ Отойди.

Вместо того, чтобы прислушаться, он посмеивается, становясь всё ближе, а я уже очень скоро упираюсь в стену.

─ А ты ведь мне действительно нравишься, Мишель. Я сказал правду – ты не такая, как другие.

«Ты не такая, как другие. Поэтому я сразу тебя заметил».

─ Отойди! ─ уже не сдерживаю крика, бросаясь в сторону.

Мне нужно отсюда выйти и немедленно – иначе просто сойду с ума, – и я чувствую, как ко мне подбирается что-то смертельное, тёмное. Тянет ко мне свои щупальца. Если сейчас не сделаю хоть что-то, для меня всё точно закончится.

─ Думаешь, Ян правда будет для тебя хорошим парнем? ─ его руки внезапно хватают со спины, прижимая к себе, и он выдыхает мне на ухо: ─ Он тебя использует. Играется просто, а ты позволяешь.

Ужас волной окатывает всё тело, но действует почти исцеляюще – я нахожу силы и отталкиваю монстра от себя, сбегая в другой конец класса.

─ Отойди! Не трогай меня! ─ голос переходит в ультразвук, и я не знаю, как оказываюсь стоящей на подоконнике, пытаясь открыть оконную раму.

Ноготь ломается, пальцы окрашиваются кровью, но боли не замечаю. Мне надо выбраться, надо сбежать… Я не могу снова пережить это!

─ Миша, ну зачем ты так? Я ведь ничего плохого не сделал, ─ улыбается Абрамов, медленно подходя. ─ Зачем калечишь себя?

Он почти оказывается рядом, протягивая руку, когда вдруг дверь, до этого ходившая ходуном какое-то время, ударяется в стену под натиском чужой силы, а в класс врывается разъярённый Царёв.

Я едва его узнаю за пеленой удушливого страха.

─ Пошёл отсюда! ─ рычит.

Я даже не смотрю на Илью – вижу лишь глаза Яна, словно горящие в темноте, и в них плещется ярость, готовая перелиться через край.

─ Оглох, Илюша? Отошёл от неё, сука!

─ Ладно, сегодня твоя взяла, Царь, ─ лениво тянет придурок, поднимая руки вверх, а потом смотрит на меня и подмигивает: ─ Увидимся, Миш.