Девочка для вожака, или Замуж за волка - Эль Вайра

Курт мрачно молчал, а когда всё-таки решил продолжить, его голос дважды сорвался на хрип.

— Двести лет назад в этих лесах жил колдун. Горожане грозились сжечь его за темные практики, и он искал способ защитить себя. Поэтому он создал заклинание, которое позволило ему оставаться человеком, но при этом получить силу и тело животного. Он пригласил других присоединиться к нему — мелких воришек, неудачников, которые спасались от гнева короля и прочих отбросов. Решились немногие, но двенадцать уже лучше, чем один. Он им обещал, что они станут высшими существами. Волками с человеческим разумом.

Курт раздраженно пнул камень.

— Когда все желающие собрались, — продолжил он, — колдун произнес заклинание. Сработало. С тех пор их потомки застряли между мирами. Постоянно колеблются между волком и человеком. Единственное, что удерживает нас от полной потери человечности — союз вожака стаи с женщиной чистой крови. Каждое поколение горожан Валда помогает нам найти таких женщин.

Мари была уже на грани потери сознания, но Курт продолжал говорить.

— Вот почему ты никак не могла уехать. Когда Айзек нашел твою семью, то сразу понял, что ты идеально подходишь. Почти совершенство. Ты не жила в большом городе, а значит, твоего исчезновения никто не заметить. Конечно, бабушка с дедушкой могли бы поднять тревогу, но разговоры прекратятся через месяц-другой, когда поиски зайдут в тупик, и про тебя все забудут.

Мари поморщилась, но внутренне согласилась с этой отвратительной логикой.

— А болезнь твоей матери была только на руку. Твой отец умирал от желания покинуть ферму. Всё, что требовалось, это дать ему надежду. Ты приехала, попыткой бегства помогла себя побыстрее отметить, а дальше просто нужно было держать тебя в городе, пока не придет время.

Курт запрокинул голову и закрыл глаза.

— Моя мать умерла, — прошептал он. — Теперь твоя очередь.

На несколько минут воцарилась тишина. Слушая треск костра, Мари пыталась понять, кого ей теперь винить в своих несчастьях. Айзека? Прах трусливого древнего колдуна? Или саму себя за то, что не послушала голос разума и ночью в одиночку отправилась в лес?

Ни один из вариантов не приносил утешения. Покоя в ее душе уже будет.

В ее голове крутилась тысяча вопрос, но первым она решила задать самый важный.

— Почему моя мать должна была умереть?

Курт вздрогнул, будет его ударили.

— Отто перестарался, — поморщился он. — Решил, что если твоя мать вдруг проснется, то сразу убедит Варина уехать.

— А почему горожан вообще так заботит поиски этой… чистокровной?

— Это соглашение. Пока они находят нам Чистую Кровь, мы не трогаем их дочерей.

Вот почему пекарь так боялся, что Карла и Минни подружатся с Мари. Что ж, его она винить точно ни в чем не могла. Но от чего именно она спасла дочерей Арона?

— Что делает Чистая Кровь?

Вместо Курта ответил низкий грубый голос.

— Выходит замуж за вожака и продолжает род.

Курт и Мари вздрогнули. К ним вернулся его отец. На этот раз он был один, без Руперта или Кригана.

Сердце Мари чуть не остановилась, когда до нее дошел смысл его слов. Он имел в виду себя или своего сына? Мари ни на секунду не усомнилась, что отец Курта — вожак. Мысль броситься в костер и сгореть заживо вдруг показалась ей отличной идеей.

Курт, кажется, понял, чем вызван новый ужас и отвращение на ее лице.

— Мой отец болен и уходит в отставку. Вожаком буду я, когда мы с тобой поженимся.

Он осторожно заглянул ей в глаза, изучая ее реакцию. Мари понятия не имела, что он ожидал там увидеть, потому что сама еще толком не знала, как именно стоит относиться к этой новости.

Сглотнув ком в горле, Мари задала самый глупый вопрос из всех, что ее терзали.

— А где я буду жить?

Ее слова были едва слышны даже ей самой.

— Боже мой, Мари, — простонал Курт. Его лицо исказилось от боли, — ты правда заставишь меня произнести это вслух?

Он провел рукой по волосам.

— Ты будешь жить здесь, — отрезал отец Курта. — В лесу, вместе со стаей.

— Нет! — Мари испытала прилив решимости, который подкинул ее на ноги. — Я ненавижу этот лес! Я не собираюсь жить в месте без солнца только потому, что меня кто-то когда-то укусил!

Она шагнула к Курту и неуклюже схватила его за рукав, пытаясь найти в его лице проблеск жалости и хоть какой-то признак надежды. Пусть сейчас он рассмеется и скажет, что всё это — лишь неудачная шутка. А потом они вместе покинут лес и отправятся к холодному морю, чтобы смотреть на девушек-рыб.

Но его лицо не выражало ничего, кроме печали.

— Прекрати реветь! — прогремел отец Курта.

Мари только сейчас осознала, что ее щеки мокрые от слез.

— Тебе же будет лучше, если примешь свою судьбу сейчас. У тебя нет выбора.

Мари почувствовала, как Курт схватил ее за обе руки. Он что-то сказал ей, но что именно — она расслышала. Лес вокруг нее начал наклоняться, а земля уходить из-под ног с удивительной скоростью.

— Это было жестоко, — тихо, но твердо сказал Курт.

— Ей нужно было это услышать, — ответил ему отец.

Его тяжелые шаги захрустели, когда он повернулся, чтобы уйти, но перед уходом он еще раз остановился.

— Ты думаешь, что знаешь её, — сказал он сыну, — но это не больше, чем детские игры. Чем раньше ты ее сломаешь, тем быстрее исцелишь. Они все одинаковые.

Пальцы Курта нежно погладили волосы Мари. Ей вдруг пришло в голову, что она больше не в вертикальном положении. Более того, ее глаза больше не открыты. Она лежит на коленях Курта, и он укачивает ее, как ребенка.

— Возможно, — сказал он, — я не хочу, чтобы моя жена умерла от разбитого сердца до того, как поседеет.

Каждое его слово было острым и холодным, как ледяная буря.

— Придержи язык, — тем же тоном ответил его отец. — И прояви уважение к мертвым.

— Сколько умерло до матери, а? Двое? Трое? Поверь, я уважаю ее память больше, чем ты когда-либо уважал ее!

— О, ты правда думаешь, что у тебя будет по-другому? — прорычал отец. — Запомни — когда она увидит жизнь, которая ей рядом с тобой уготована, вся ваша мнимая любовь сойдет на нет! Она попытается убежать, и тебе придется ее вернуть. А потом снова и снова, пока она узнает свое место. И даже когда она остановится, она