"Не"нужная - Энн Шайн

— Ты выйдешь за меня замуж?

«…Одной растить малыша будет очень тяжело… — повторил слова Инны Дмитриевны внутренний голос. — Всё-таки ребёнка делали двое, и на отце тоже лежит львиная доля ответственности…»

Набрав в лёгкие побольше воздуха, я тихо ответила:

— Выйду.

Макс тут же принялся кружить меня по палате, а потом я позволила себя поцеловать. Кольцо оказалось мне велико, но мой будущий муж заверил, что в мастерской подгонят размер.

— Мы сейчас же поедем и распишемся, — огорошил он меня планами. — Ты беременна, поэтому не придётся ждать. А свадьбу сыграем попозже, летом.

— К чему такая спешка? Летом бы и расписались.

— Ты не понимаешь, любимая, — Макс вновь попытался поцеловать меня, но я отстранилась. — Мне не терпится назвать тебя своей женой уже сейчас. Ты не представляешь, как для меня это важно!

Снова я была вынуждена согласиться и полностью довериться будущему мужу и отцу своего ребёнка.

Что происходило дальше, я помню смутно. Всё так быстро завертелось. Макс повёз нас сначала в одно место, где мы подали заявление.

Я даже не знала, что, чтобы выйти замуж, нужно заполнить столько документов. От их количества у меня закружилась голова, а потому я просто ставила подписи в тех строчках, где мне показывал Максим.

Потом забрали самое необходимое из моей съёмной квартиры. Вещей у меня было немного, но, чтобы их сложить, потребовалось достаточно времени. Часть мы увезли с собой сразу, за остальными вещами Макс пообещал прислать курьера.

И вот, когда я наконец потеряла счёт времени, безумно устала и хотела поесть и поспать, мы въехали на территорию большого загородного особняка.

— Теперь ты здесь хозяйка, Лерочка, — сказал муж, открывая дверь в дом и пропуская меня вперёд.

С момента получения свидетельства о браке он не переставал светиться от счастья и мои губы невольно растягивались в улыбке тоже.

Вот только стоило мне сделать шаг в свой новый дом, как улыбка мигом слетела с моего лица, ведь на лестнице, ведущей на второй этаж, стояла та, кого я меньше всего ожидала сейчас увидеть.

— Мама, — донеслось довольное со стороны Макса, — а вот и мы…

37. Безапелляционный напор

Дмитрий

День за днём сменяли друг друга, а туман в голове никуда уходить не спешил. Впервые в жизни я положил хер на работу, заливая в себя дорогое пойло, даже не замечая, как летит стремительно время.

Знал, конечно, что с моей стороны такое поведение непрофессионально. На моих плечах лежит большая ответственность, но я не мог совладать с собой и с тем, что творилось у меня в душе.

Там всё болело и кровоточило. Раны не затягивались, ведь я своими мыслями спьяну постоянно их беспокоил, лишь усугубляя ситуацию, в которой находится уже чёрт знает сколько.

Я всё сделал правильно! Поступил по совести и по чести! Вот только легче от этого не становилось.

От очередного входящего звонка, ведь телефон орал, не замолкая, я, покачиваясь, подался вперёд и зажал кнопку выключения, отрубая связь.

Никого не хотел видеть, как и разговаривать. Ко мне несколько раз приезжал домой Баринов. Бурчал что-то, пытался привести в чувства. Потом, понимая, что всё в пустую, менял тактику, желая вывести меня на разговор, но я все его слова пропускал мимо ушей, утопая в алкоголе, которого, к слову, в доме было завались.

— Твою мать… — язык заплетался, движения были словно в замедленной съёмке, и я, задев бутылку с виски, не успел среагировать. Она шлёпнулась на стеклянную столешницу, выливая содержимое.

В луже алкоголя я невольно увидел своё отражение, подмечая, что хуже ещё ни разу не выглядел. Щетина как у бомжа, синяки под глазами, взъерошенные волосы и помятое лицо, собственно, как и одежда, которую я не менял… чёрт его знает сколько.

Подняв бутылку с виски, поднёс горлышко к губам, отпивая глоток.

Слуха коснулся характерный звук открытия замка, и я неспешно обернулся, не представляя, у кого хватило наглости явиться в мою квартиру как к себе домой.

— Дима? — раздался голос Снежной, которую я точно не ожидал увидеть.

— Серьёзно? — удивился я, пытаясь подняться, да переизбыток алкоголя в моём организме не дал даже задницу от дивана оторвать.

Цокот каблуков, словно барабанный бой, отдающийся в голове, и вот передо мной предстала Юлия Снежная, одна из немногих, кому я безоговорочно доверял.

— М-да-а, — недовольно протянула она, замирая в проёме.

Молодая женщина, судьба которой заслуживала отдельного внимания, так как она прошла через многое, оглядела меня недовольным, я бы даже сказал брезгливым взглядом, сложив руки под грудью.

— Ну ты и пьянь! — фыркнула женщина, сморщив свой курносый нос.

— Привет, — прохрипел я, примерно представляя, зачем она здесь и кто именно её сюда прислал.

— Только привет? — Юля вопросительно вскинула идеальную бровь и, так и не дождавшись от меня ответа, потому что я не знал, что сказать, она направилась к панорамным окнам, резким движением распахивая их и впуская в комнату солнечный свет, резанувший по воспалённым глазам.

— Твою же мать, — застонал я, щурясь.

— Иди в душ, Дим, м?

— Не хочу, — мотнул головой, зная, что от меня несёт.

— А давай через не хочу! — тон Снежной стал требовательней.

С этой женщиной далеко не каждый осмеливался спорить, точнее, я вообще таких не встречал. Опытный юрист по разводам, не проигравший ни одного дела. В ней виднелись: стальная хватка, непостижимые человеческому мозгу упрямство и целеустремлённость, а главное — холодная рассудительность. Юля любую ситуацию могла повернуть в свою пользу. Её опасались и ей восхищались. Мужчины, словно мусор, валялись под её ногами, но она предпочитала обходиться без их поддержки.

— Дима, вставай! — вновь потребовала Снежная, нависая надо мной, как грозовая туча. — Живо! Ну?! — она подхватила меня под руку, помогая подняться. — Посмотри только, в кого ты превратился?! Боже! Хорошо ещё, что снежинку с собой не взяла, а ведь она просилась к тебе!

— Не надо, — промямлил я заплетающимся языком. — Ребёнка сюда не надо…

— Естественно не надо! — пыхтела Юля, помогая преодолевать путь до ванной. — Ты для неё идеал! Самый лучший и единственный! Её крёстный, ради которого она готова даже родную мать бросить!

— Не преувл… преувлич… чёрт!

— Не преувеличивай, ты хотел сказать?! — недовольно фыркнула женщина. — Говорю то, что вижу! А вижу я следующее… Держись за стену и не вздумай упасть! — повысила она голос, оставляя меня возле входа в ванную. — Значит так, — донеслось из комнаты, как и шум бегущей воды, которую, судя по всему, Юля набирала для меня, — что