Как удачно согрешить - Бронвин Скотт

Риордан почувствовал себя очень глупо. И поделом, нечего было оценивать Мору по своим развратным критериям. Это он частенько увлекал хорошенькую женщину к себе в комнату, даже не частенько, а при любом удобном случае, Мора в этом отношении безупречна.

— Прошу прощения. Я услышал голоса…

У него не нашлось подходящих слов, чтобы выразить то, что он о ней подумал, не подвергнув при этом сомнению ее репутацию.

— Так вы танцевали? Без кавалера? — Он улыбнулся, обретая привычное очарование, и шагнул к Море. Взял ее руку в свою, другой обнял за талию. — Думаю, это можно легко исправить.

Он закружил ее в быстром ритме польки, надеясь, что она не станет заострять внимания на его оплошности. К тому же ему очень хотелось потанцевать с Морой. У нее не было иного выбора, кроме как позволить ему вести себя.

— Что вы делаете дома? — запыхавшись, спросила она, разрешая увлечь себя в длинный темный коридор, где танцевать было гораздо свободнее.

— Я не хотел больше нигде находиться, вот и ушел, — просто ответил Риордан, не желая пугать Мору признанием, что, прибыв на бал к Далфортам, он осознал, что там нет ни одной женщины, с которой ему хочется танцевать. Единственная, кого он жаждал кружить в своих объятиях, была Мора.

— Хозяйка же расстроится.

— И она не первая, кто расстроится, — рассмеялся Риордан, ведя Мору в обратную сторону.

— Тихо, не разбудите детей, — сдавленно пожурила она, но он лишь немного замедлился, когда они миновали дверь детской.

— Вероятнее всего, расстроится барон Хесперли. Он, похоже, очень вами увлекся. — Следующие слова Риордан подбирал с особой тщательностью: — В экипаже он задавал вопросы касательно вас. Что вы об этом думаете?

Он остановился, но не спешил выпускать Мору из своих объятий. Оба тяжело дышали от усилий, и Мора упиралась спиной в балюстраду. Ей некуда было смотреть, только ему в лицо, поэтому полностью скрыть свою реакцию оказалось совершенно невозможно. Если бы она поощряла барона, Риордан это сразу же понял бы.

— Барон показался мне очень милым человеком, — осторожно ответила она, интуитивно угадывая, как в душе Риордана закипает гнев при мысли о Хесперли.

Риордан резко рассмеялся:

— Милым? Мужская гордость барона была бы уязвлена подобным замечанием. Ни один мужчина не хочет, чтобы его считали милым. — Зависть к воображаемому сопернику толкала его на совершение необдуманных поступков, поэтому, поднеся губы к самому уху Моры, он добавил: — А знаете почему? Милые мужчины ни черта не стоят, когда дело доходит до ублажения женщины.

«Вот я — совсем другое дело. Я могу вознести тебя на вершину блаженства, о котором ты даже не подозревала», — мысленно добавил он. Но вслух он не произнес больше ни слова, и его невысказанное послание повисло в воздухе, мощное и провоцирующее, еще более зловещее оттого, что было сказано в темноте коридора.

— Довольно. — Глаза Моры полыхнули зеленым огнем гнева и разочарования, и это его больно ранило. — Ваши слова шокируют меня, а подразумеваемый под ними смысл и того больше. Именно для этого вы вернулись домой?

Риордану удалось не на шутку разозлить ее. К тому же она права. Стремясь поскорее улизнуть с бала Далфортов и попасть домой, он вовсе не намеревался соблазнять Мору. Просто хотел поговорить с ней, рассказать о своем путешествии и о начальнике рабочих, за последними минутами жизни которого он наблюдал, стоя у изголовья его постели. Но теперь, оказавшись дома, Риордан понял, что одних разговоров ему будет недостаточно. Как бы это ни было раздражающе, он жаждал поцеловать ее, закрепив тем самым свои притязания на нее. Ничего хорошего из поцелуя не вый дет, по крайней мере ничего долговременного точно. Ему нужно жениться, чтобы оставить при себе детей. Однако сейчас он отчаянно желал почувствовать, что она принадлежит ему, а не барону Хесперли и никакому другому мужчине, который смотрел на нее нынче вечером. Именно ему. Он только начал осознавать, что ее очарование — это нечто большее, чем просто красота.

Он взял Мору за подбородок, лаская большим пальцем щеку и чувствуя, как гнев покидает их обоих. Риордану и прежде приходилось встречать женщин, которые привлекали к себе мужчин, но Мора делала гораздо больше — она помогала им стать лучше.

Она вопрошающе смотрела на него, не уверенная в том, что случится или должно случиться дальше. Здравый смысл подсказывал, что им нужно как можно скорее разойтись по своим спальням, но Риордан никогда не обращал внимания на советы здравого смысла. Вместо этого он прижался к ней губами.

— Я вернулся домой ради этого.

«Боже, помоги», — подумал он, боясь, что Мора может изменить даже его.

Две белокурые головки в восторженном изумлении взирали на происходящее через щелочку неплотно прикрытой двери в детскую. Дядя Ри целует Шестую! Как все отлично идет, им даже не пришлось ничего предпринимать!

— Я же тебе говорила, что до утра они уже влюбятся друг в друга, — самодовольно ухмыляясь, сказала брату Сесилия. — Все точно как в сказке.

Уильям, который всегда отличался практичностью мышления, нахмурился:

— Но ведь в сказках случаются еще и всякие неприятности. Например, злая ведьма настигает принцессу или заклинание готово вот-вот разрушиться?

Поджав губы, Сесилия на мгновение задумалась. Брат говорит дело!

— Знаешь, всякие гадости только в сказках и случаются, Уилл. А в реальной жизни ничего подобного нет, ни ведьм, ни заклинаний. Ну что плохого может произойти?