Единое правление - Кайли Кент

— Кое-что. Я подумала, что нам, вероятно, понадобится что-то… ну, знаешь, чтобы спать, сидеть, есть.

— Да ну на фиг. — Нео смеется. Я беру со стола карандаш и бросаю в него; он легко уворачивается.

— В следующий раз кидай пресс-папье, Dolcezza. Кто-нибудь видел, что ты здесь? — спрашивает Ти.

— Не думаю, а что?

— Подожди, не отвечай пока. Давай я сначала принесу попкорн, — говорит Нео и направляется к двери.

— Отвали, Нео. Не думай, что мы закончили этот разговор.

Я смотрю на кузенов. Между ними чувствуется напряжение, которого обычно не бывает.

— О, я могу уйти, если тебе есть чем заняться. Я как раз собиралась посмотреть, что есть в холодильнике.

Я встаю со стула, готовая выйти из комнаты. Здесь слишком много тестостерона, наполняющего атмосферу, — слишком много, чтобы мне это нравилось. Ти обхватывает меня за талию, притягивая спиной к своей груди. Его рука лежит на моем животе, а большой палец проводит по нему вверх и вниз, совершая небольшие круговые движения.

— Ты остаешься. Он уходит.

— Хорошо, увидимся позже. Холли, будь снисходительной. Не он придумал эти правила. — Последние слова Нео сбивают меня с толку.

Я поворачиваюсь лицом к Ти, а затем тянусь к нему и прижимаюсь губами.

— Ммм, я скучала по тебе.

— Я, бл*дь, скучаю по тебе каждую секунду, когда не прикасаюсь к тебе. — Он поднимает меня и усаживает на стол. Затем опускается в кресло и смотрит на меня, словно пытаясь понять мое настроение.

Очевидно, что он хочет что-то сказать.

— Просто скажи уже. Что бы это ни было, говори.

— Хорошо, но знай, что не я придумал эти правила и не всегда с ними согласен. Но я должен их соблюдать. Большую часть.

— Ти, выкладывай. Что случилось? — Я начинаю паниковать, что он скажет мне что-то совсем ужасное. Например, что мы на самом деле не женаты. Боже мой, неужели такое возможно?

— Ты не можешь сидеть на этом стуле. Ты вообще не должна находиться в кабинете без меня. Но сидеть за этим столом нельзя категорически.

Я не могу сидеть за его столом? Я моргаю в ответ. Один раз, потом второй. Я щиплю себя за руку. Нет, это дерьмо мне не снится. Я разражаюсь истерическим смехом.

— Я серьезно, Холли. Тебя не должны видеть сидящей здесь.

— О, я знаю, что ты серьезно. Вот почему это так чертовски смешно. Боже, Ти, я думала, ты собираешься сообщить мне какие-то очень плохие новости или что-то в этом роде. Значит, ты не хочешь, чтобы я находилась одна в твоем кабинете? Отлично. Я не буду приходить сюда одна.

— Дело не в том, что я не хочу, чтобы ты была здесь, и не в том, что я тебе не доверяю, Холли. Просто таковы правила. Никто не должен сидеть на месте босса. Любой, кто вздумает это сделать, получит пулю между глаз, потому что это прямой захват трона.

— Но я твоя жена. Вряд ли я стану оспаривать у тебя трон. — Я использую воздушные кавычки, потому что это чертовски нелепо.

— Я знаю это, но другие… они не знают. Я просто… Для твоей же безопасности и чтобы предотвратить сплетни в семье, просто выбери любое другое место.

— Хорошо. Теперь мы можем пойти поесть?

— Да. Спасибо за понимание. И еще, привет, малыш. Ты составил маме компанию, пока меня не было? — Ти поднимает мою рубашку и целует голый живот.

— Твои кредитки составили мне компанию, пока тебя не было.

— Наши. Это наши кредитки, Dolcezza. Это не мои деньги. Это наши деньги.

— Хорошо, но сейчас наш бюджет облегчился на нескольких сотен тысяч, — признаюсь я, глядя ему в глаза в ожидании его реакции. — Возможно, я немного переборщила с покупкой роскошной мебели.

— Холли, мы только что заплатили тридцать пять миллионов долларов за дом. Неужели ты думала, что мы заполним его мебелью из Goodwill10?

— Ну, нет, наверное, нет. Но я хочу отдать все вещи из моей квартиры в Goodwill или что-то аналогичное. Они мне не нужны.

— Это отличная идея. Мы пожертвуем и вещи из пентхауса.

— Ты не хочешь оставить пентхаус? — спрашиваю я.

— Нет, мы найдем другой. Тот, который не омрачен плохими воспоминаниями. — Плохие воспоминания, например, о том, что там были убиты два человека, похожие на нас. Да, я точно не тороплюсь вернуться туда в ближайшее время. — Пойдем, покормим вас двоих.

Я не могу удержаться от улыбки и закатываю глаза. Я больше не одна.

Глава двадцать первая

Тео

Входя на кухню, я не ожидал, что меня встретит сцена, которая предстала передо мной.

— Какого черта? — Я тянусь за спину, чтобы достать свой «Глок», но Холли, похоже, выработала сверхчеловеческие рефлексы и опережает меня.

— Я не позволю тебе стрелять в него, — шипит она на меня. Я ухмыляюсь. Она не знает, что у меня не только есть еще один пистолет, но я могу и голыми руками убить этого ублюдка. Никогда еще мне так сильно не хотелось свернуть ему шею.

— Ти, это не то, чем кажется, — заикается Нео.

— Правда, потому что похоже на то, что ты только что провел своим маленьким склизким языком по гребаному горлу моей сестры.

— Ну, бл*дь, думаю, это то, чем кажется. — Он ухмыляется, его руки подняты в знак капитуляции.

— Серьезно, ты просто не мог, бл*дь, удержаться? — кричу я. — И ты. — Я показываю на Анжелику. — Ты заслуживаешь гораздо лучшего, чем он.

— Спасибо, я тоже тебя люблю, кузен.

— Ладно, успокойся, Тео. Я всю жизнь обходилась без брата или сестры. Мне не нужно, чтобы ты сейчас разыгрывал из себя старшего брата. Он горячий. Мне было скучно, и я поцеловала его. Если тебе станет легче, это была моя инициатива, а не его. — Анжелика встает между мной и Нео, что кажется мне странным.

— Да, и я готов поспорить, что он сопротивлялся изо всех сил. — Черт, мне нужно что-то сделать. Мне нужно как-то успокоиться.

— Ти, я хочу чизбургер. Может, сходим за бургерами? — спрашивает Холли.

Я смотрю прямо на ее живот, проклиная себя за то, что забыл, что она голодна. Но она совсем сошла с ума, если думает, что я позволю кормить нашего ребенка всякой дрянью.

— Нет. Ты не будешь есть гребаные бургеры из фастфуда. Если ты хочешь бургер, я тебе его сделаю. — Я открываю холодильник, я начинаю доставать все необходимое. Краем глаза я вижу, как Холли садится на стул у стойки.

— Хочешь, я помогу? Я могу заняться салатом? —