Брошенка из рода Драконов - Дарья Адаревич

— Сон? — повторила я. — Да уже и не помню.

Глава 34. Будни старушки

Мы могли сидеть так вечно, улыбаясь друг другу, в тепле и радости, но надо вставать и готовить завтрак. Сегодня собирались заехать внуки. Давно их не видела, наверное, уже совсем большими выросли.

— Во сколько они приедут? — спросила я. — Не помнишь?

— В два, кажется. Да, в два собирались.

— Точно-точно.

Мы поднялись с постели и пошли топить печь. Мы все делали вместе. Порой мы даже не разговаривали, но в своем молчании чувствовали себя прекрасно. Мы знали, что рядом друг с другом, и этого было достаточно. А потом мы бросали друг на друга хитрый взгляд и улыбались пожелтевшими зубами.

Порой я смотрела на молодежь и понимала, что мы с Роном намного счастливее их всех.

— Чего улыбаешься? — я легонько толкнула Рона в плечо.

— Красивая ты у меня, старушка.

Я рассмеялась, и Рон рассмеялся. Завтрак был готов, и каждый занялся своим делом. Я вязала шарф, Рон делал ложки из дерева. Хорошо было и спокойно.

— Помнишь, какими они маленькими были? — спросил Рон.

— Помню-помню. Кажется, они до сих пор малыши.

— Да уж. А Зака помнишь маленького?

В груди неприятно закололо. Знакомое имя.

— Зака? — спросила я. — А кто это?

— Ну Зак! Ты что, старушка?

— А-а, наш старшенький!

Как я могла забыть про Зака? Моего сына. Нет-нет, нашего сына. Я родила его в Среднеземноморском королевстве, а потом долгие годы работала в Управлении. Или нет? Может, путаю чего.

— Он тоже был маленьким, — сказала я, улыбаясь. — Крошечным. А знаешь, какое у него было первое слово?

— Ну, какое же?

— Мама.

Рон рассмеялся:

— Кто бы сомневался.

— Я заплакала тогда, представляешь? Расплакалась, как маленькая.

— Ну что ты, моя старушка?

Мои глаза и сейчас стали влажными. Я сморгнула. На старости лет я стала очень впечатлительной, могла заплакать от любого трогательного слова. И Рон обнял меня. Он всегда обнимал, когда я плакала, а я обнимала его.

— Я скучала по тебе, — сказала я.

— Я тоже скучал.

Мы оба посмотрели друг на друга непонимающим взглядом. С чего бы нам скучать? Мы же всегда рядом. Не разлучаемся ни на минуту.

— Почему ты так сказала? — спросил Рон.

— Не знаю, вырвалось.

— Ну ладно. Бывает.

— А почему ты спросил про Зака? — нахмурилась я. — Тебя разве с нами не было?

— Не помню.

— Да был ты с нами, — махнула я рукой. — Мы же всегда вместе вот уже шестьдесят лет как!

— Больше.

— Ну ладно, больше.

Я задумалась. Нет же! Рона тогда с нами не было. Я помнила, как забирала Зака из школы одна, вспомнила, как он просил меня рассказать про отца. Как странно.

Глава 34.2. Старушка, как ты?

— Старушка, ты как? — Рон приобнял меня за плечи, помог сесть.

— Не знаю, что нашло… Ты же должен был быть с нами.

— И я о том же.

— Ну ладно, — я задумалась. — А где Зак сейчас?

— Наверное дома, со своей семьей.

— Да, точно, у него есть семья.

Но я не могла вспомнить эту его семью. Не могла вспомнить о том, каким Зак вырос.

— Рон, — позвала я обеспокоенно. — Ты помнишь, как выглядит наш сын?

— Что ты такое говоришь, конечно, помню.

И он застыл.

— Сколько ему лет? — спросил Рон.

— Ему… — я сглотнула. — Десять.

Мы с Роном пораженно уставились друг на друга. Мысли работали медленно, как механизм, который нуждался в смазке. А от любых попыток расшевелить мозги, начинала болеть голова.

— Как он выглядит? — спросил Рон. — Как выглядит наш сын? Я не помню. Как я могу не помнить…

— Он невысокий и лохматый, с большими глазами. Похож на нас, на тебя. У него твоя улыбка.

— Моя улыбка.

Я схватила Рона за руку, словно это могло помочь мне вернуть воспоминания.

— Его похитили, — вспомнила я.

— Белые Змеи.

— Какие змеи, старый? Как змеи могли похитить ребенка?

Рон пожал плечами, и прикрыл глаза.

— Это те Змеи, которые убили наших родителей, — сказал он тихо.

— Никто их не убивал. Старый, ты все путаешь.

— Нет же!

— Да как? Вон они, там дальше, на деревенском кладбище лежат. Мои родители, а рядом твои родители.

— Нет-нет, — покачал головой Рон. — Это ты что-то путаешь. Я помню, как в тринадцать лет остался сиротой.

— Это я помню, как твоя мать учила меня стряпать. Невестка никогда не забудет свою свекровь!

— Точно, было такое, — пробормотал Рон. — Как-то из головы вылетело. Но тогда, кто умер, когда мне было тринадцать?

— Не знаю, — я застыла.

В голову прокрадывались необычные картинки. Мы с Роном — еще совсем дети, бегаем по бескрайним лугам, он обращается драконом. Мы летим, летим… поднимаясь все выше и выше, и выше. В голове словно поселились воспоминания из разных жизней.

— В тебя стреляли, — сказал Рон неожиданно. — Из ружья.

— Не было такого!

— Было! Точно было! Прямо в грудь! Ты заслонила меня собой.

— Ну вот, посмотри! Ничего нет.

Рон заглянул мне под тунику, шрама не заметил.

— Но я видел.

— Не было такого, — я замерла. — В тебя стрелял мой отец.

— Точно!

Мы повернули головы на стену. Память играла с нами злую шутку. Голова словно превратилась в чулан, в котором слишком много всяких вещей, и собственных, и чужих. Воспоминания копились и копились, и все сложнее было забраться внутрь и достать что-то нужное.

PS: Главы будут выходить ежедневно

Глава 35. Я не хочу ничего менять!

— Я вспомнил, — заговорил Рон медленно. — Мы были в горах. Молодые.

— И что? — смутилась я.

— Мы что-то искали.

— Искали, да, — закивала я.

— Ты помнишь?

— Не уверена.

— Это ущелье, оно играет с нами в игры разума, играет с нашими воспоминаниями.

Я выдохнула и сосредоточилась на пледе. Стала разглаживать мелкие складочки. Плед здесь, и он реален. Мне нужно было что-то реальное, чтобы не сойти с ума.

— Что, если это все ненастоящее? — сказал Рон негромко.

Я молчала, не отрывая напуганного взгляда от пледа.

— Зоя, мы настоящие где-то там, — сказал мой муж. — Там мы молодые.

Молодые? Я подняла на Рона глаза. Как мой седой старик с добрым лицом может быть молодым?

— Ты совсем из ума выжил, старый, — прошептала я, — это невозможно.

— Зоя послушай! Все сходится. У меня в голове каша из воспоминаний. И у тебя каша.

— И в печи