Брошенка из рода Драконов - Дарья Адаревич

— Успокойтесь! — крикнула я. — Успокойтесь оба!

Они не слышали. Два идиота! Тогда я просто громко заорала «Аааа!», так что и у самой уши заложило. Ооо, теперь они оба замерли, обернувшись на меня.

— Переговоры, — сказала я спокойно и твердо. — Сейчас мы сядем за стол, выпьем горячего чая и все обсудим. Спокойно, как взрослые люди. Умеете вести себя, как взрослые люди?

Не думала, что придется включать мамочкинский тон, но пришлось, и это сработало. Рон отпустил избитого Тая и отступил к стене.

— Зоя, он преступник, — напомнил Тай.

— Давай я просто вырублю этого осла, и мы дальше пойдем по своим делам? — предложил Рон.

— Мы обсудим все за столом, — сказала я громче и строже.

Пока кипел чайник, парни сидели за столом, не отрывая друг от друга пристальных взглядов. Из уважения ко мне они вели себя адекватно, но в воздухе висело напряжение. Слишком уж высокое напряжение! Наконец я налила им обоим чай и поставила на стол тарелку с овсяным печеньем. В груди неприятно закололо. Овсяное… любимое печенье Зака.

Хлебнула из кружки. Горячо. Обжигающе горячо. То, что надо.

— Похитили моего сына, — начала рассказ я.

Тай приоткрыл рот, готовясь задать миллион вопросов, но я подняла руку, призывая к тишине.

— Рон может мне помочь, — продолжала я. — Поэтому мы работаем вместе. Предупреждая твой вопрос, Тай, нет, я не собиралась вести его обратно в тюрьму, и да, я на самом деле сотрудничаю с преступником.

— Зачем ты ему все это рассказываешь! — всплеснул руками Рон. — Мы могли бы просто вырубить…

— Помолчи.

Проклятье. Мне и так непросто, зачем он все портит?

— Рон, — повернулась на мужа. — Тай — дорогой для меня человек, и я не хочу его обманывать, не хочу причинять ему больше боли, чем уже причинила. — вдохнула, посмотрела на Тая. — Мне жаль, что пришлось лгать, но никто не должен был узнать про сына. И ты правда дорог мне.

Во взгляде Тая появилась неподдельная радость и что-то еще… надежда. Нет-нет-нет! Что он там себе надумал?!

— Ты дорог мне, Тай, но буду честна, — сказала я медленно и серьезно. — Я не могу ответить на твои чувства.

— Зоя… — Тай сглотнул. — Понимаю и не тороплю тебя…

— Ты очень хороший парень и очень мне помогал все эти годы, но…

— Но ей нравятся плохие, — перебил Рон.

— Помолчи.

— Начальник Тай, тебе вот приятно, когда затыкают рот? — Рон придвинулся на край стула. — Мне вот не очень, к тому же не вижу смысла скрывать. На самом деле мы с Зоей не просто знакомые.

Сердце стучало слишком быстро. Я задыхалась, но открыть рот и заткнуть Рона была ни в силах. Что он такое говорит! Нет…

— Мы женаты, — закончил Рон.

Это уже не в какие ворота не лезет! Я схватила чашку и выплеснула горячий чай Рону в лицо. Мой горе-муженек вскочил с криком, и уставился на меня сначала пораженно и зло, а потом в его взгляде промелькнуло что-то еще… усмешка и восхищение. Ох, сколько эмоций!

— Это же кипяток! — оскалился Рон.

— Чай уже остыл, — махнула рукой я. — Как и мои чувства к тебе!

От горячей воды у него покраснело лицо. Нет, чай не остыл.

Глава 39. Возможность отомстить (и немного романтики)

Оставалось надеяться, что сильного ожога не останется. Но все-таки Рон слишком сильно меня разозлил!

— Это правда? — спросил Тай.

Глубокий вдох. Выдох. Хотелось уйти куда-нибудь далеко, оставив их разбираться самим, но нельзя. Я должна держать этот разговор в своих руках.

— Да, правда, — ответила я, выдержав осуждающий взгляд Тая. — Это было давно. Десять лет назад.

— Так значит Зак…

— Да, — выдохнула я. — Но это сейчас не имеет значения. Я сказала, что моего, — бросила взгляд на Рона, — нашего. Нашего сына похитили, и мы должны его спасти. Скажем так, мне отдадут Зака, если я приведу его отца.

— Меня, — вставил Рон. — Я отец.

Придурок. Ну почему мужчины при других мужчинах начинают вести себя, как петухи? Почему нельзя хотя бы притвориться взрослыми людьми и нормально поговорить?!

— Спасибо, что повторил очевидное, Рон, — язвительно сказала я и посмотрела на Тая. — Я понимаю, что слишком многого от тебя прошу, но, пожалуйста, просто закрой глаза на то, что встретил нас сегодня. На кону жизнь Зака. Я не могу рисковать Заком. Потому что… это же мой сын.

К глазам подступали слезы. Я представила сына на кухне. Зак бы уплетал овсяное печенье и болтал с набитым ртом, размахивая руками. Сглотнула и попыталась прогнать мысли прочь… Не выходило. Нет-нет, они не должны видеть меня такой, со слезами на глазах.

— Сейчас вернусь, — пробормотала я и вышла с кухни.

Голова стучала, а щеки стали мокрыми от слез. Надо отвлечься. Все, что угодно… И я вернулась в комнату, чтобы все-таки отыскать карту. Бумаги, еще бумаги. Все в бумагах… Да во что превратилась моя жизнь?

— Он отпустит нас, — послышалось за спиной.

— Рон, зачем ты пришел?

— Чтобы сказать и…

Рон присел рядом и обнял, а я совсем расплакалась.

— Ну тише, — шептал он. — Мы спасем Зака. Обещаю тебе.

— Ты много всего обещал…

— Вот увидишь.

— Ох, Рон…

Слезы текли, и я не стала их вытирать.

— Прости, — прошептал Рон мне в волосы. — Я переборщил. Не надо было бить того парня.

— Не надо.

— Но он поцеловал тебя, и я не выдержал.

— Тот поцелуй ничего не значил.

— Знаю.

Мы встретились взглядами и оба вдохнули поглубже. Слезы остановились. Рон был так близко, опасно близко. Мы почти касались носами друг друга, и Рон ласково приглаживал мои волосы.

— Снова короткие, — сказал он с легкой улыбкой, — как раньше. Будто все стало, как раньше.

— Только теперь у нас есть сын, — я чуть отстранилась. — И мы за него в ответе. Вот карта, нам пора уходить.

Рон даже не взглянул на карту, он видел лишь меня. Сумасшедший мир! Как же он смотрел на меня! А потом неожиданно перевел взгляд куда-то за мою спину.

— Зоя, кто этот парень? — спросил Рон серьезно.

— О ком ты…

Рон увидел за моей спиной фотографию с работы. Обычно я не делала фотографий и не лезла на снимки, но это было какое-то деловое мероприятие и сфотографировали весь наш отдел.

— Этот парень, — Рон ткнул пальцем на мужчину с забавными рыжими усиками.

— Это Кип, — откликнулась я. — Мой помощник. Хороший парень, когда не лезет в чужие дела.

— Это был он!

— Не понимаю тебя.

— Это он должен был передать письмо.

До меня не сразу дошло,