Только мой… - Ольга Ивановна Маслюкова

— Так значит вам здесь будет удобно работать?

— Не волнуйтесь, все хорошо, удобно, мне очень нравится.

— Вот и ладненько. Еще несколько дней вам придется подождать конкретных заданий. Можете быть дома, я не возражаю.

— Я подумаю, — наблюдала Татьяна за вдруг возникшей суетливостью.

— Всего вам доброго, — сказал Владимир и медленно направился к двери, как будто хотел еще что-то сказать, но открыл ее и вышел в коридор.

Татьяна сразу позвонила Полине и попросила зайти к ней. Полина пришла через несколько минут.

— Мамуля, я к твоим услугам, — пошутила она.

— Не до шуток, Полина. Звонил Вильгельм и сказал, что через два дня будет здесь.

— Это же здорово! — воскликнула Полина.

— Да, если не считать, что он едет не по работе, а ко мне.

— Что? — вытаращила глаза Полина.

— Вот тебе и что. Где мы его встречать будем? Ведь он наверняка захочет прийти к нам в гости.

— Нужно что-то придумать… — озабоченно сказала Полина.

— И я о том же.

— Ну почему, почему все так складывается?! Нам нужно было купить квартиру, — забеспокоилась дочь. — Взять кредит!

— На какие деньги? В Москве? Мы на машину не можем насобирать, а ты о квартире… За имеющиеся средства жилье мы можем купить разве что в каком-нибудь небольшом городке, но не в Москве. А по поводу кредита… Как я могла рисковать, если моя работа была такой ненадежной? И зарплата тоже…

— Все это так. Значит, придется приводить в порядок эту.

— Меня Володя отпустил с работы на пару дней, сказал, пока не знает, какие задачи поставят передо мной. Так что есть время подготовиться.

— Я тоже отпрошусь. Тебе помогу, да и продуктов нужно купить.

— И правда, столько проблем предстоит решить…

— Мама, не волнуйся, прорвемся. Не из таких положений выходили.

Татьяне всегда нравилось, что ее дочь решительная и смелая, найдет выход из любого положения, что бы ни происходило, вселит уверенность и спокойствие. Волновало другое. «Вильгельм уверен: у меня своя квартира в Москве, — терзалась сомнениями она. — А еще не догадывается, что Полина моя дочь… Какой будет реакция на эти новости? И наверняка думает, что мне лет тридцать…» Женщину охватывал ужас: узнав обо всем, Вильгельм разочаруется в ней. Но лгать дальше она не собиралась.

Полина в задумчивости вышла из кабинета матери и медленно двинулась по коридору. Поворачивая за угол, чуть не столкнулась с коллегой. Молодой человек лет двадцати семи до ее появления в фирме работал переводчиком. Когда Полину назначили на эту должность, его перевели в отдел обработки документов. На электронную почту ежедневно приходило множество писем, договоров на иностранных языках, и ему поручили заниматься их переводом. Эта работа парню не нравилась — не сравнить с контактами с влиятельными иностранными гостями, банкетами… С тех пор он невзлюбил девушку и, встречаясь с ней, всячески выражал неприязнь.

В руках у молодого человека была папка с документами, при столкновении она упала на пол. Тот присел и стал спешно собирать листы. Полина остановилась в замешательстве, решая, помочь или лучше сразу уйти.

— Извини, Саша, я тебя не заметила.

— Бывает, — буркнул он.

— Давай помогу.

— Я сам.

— Ну как хочешь…

Полина сделала несколько шагов, но он вдруг схватил ее за руку. Девушка решительно вырвала руку, раздраженно тряхнула головой и вопросительно посмотрела на него. Его глубоко посаженные холодные голубые глаза стали колючими, как льдинки, а губы сжались в узкую полоску. Полина поняла, что это не предвещает ничего хорошего.

— Что это значит? — возмущенно спросила она.

Он опустил голову, встал, водворяя бумаги на место, и с деланным равнодушием произнес:

— Что стоишь? Иди уже…

Александр еще раз хмуро взглянул на нее, а затем вдруг произнес:

— В общем, так. Знаешь, в чем твоя проблема?

— Нет, хотя бы потому, что у меня нет проблем, — заносчиво ответила Полина. — Во всяком случае, твоя точка зрения мне не интересна. Так в чем, по-твоему, проблема?

— Ты слишком высокомерна.

— Я?

— Ты смотришь на людей свысока совершенно без причины.

— Вот уж глупости…

— Я говорю правду, и многие так думают. Неизвестно, откуда взялась — и сразу в переводчики. Знаешь, сколько я ждал это место?

— Ах вот оно что! А я-то думаю: что это Сашенька бросает на меня ненавидящие взгляды?

— А ты не знала об этом? — язвительно продолжил Александр.

— Не знала и знать не хочу! Только любопытно: по отношению к кому я высокомерна?

— По отношению ко мне, например.

— Ах, к тебе!

Полина вздохнула и иронично покачала головой.

— А знаешь, какой я могу быть гадиной… — угрожающе съязвила она. — Разговор окончен.

Александр сунул папку под мышку и быстро пошел по коридору. Полина продолжила путь в противоположную сторону, думая, что ничего подобного говорить не собиралась. Она не понимала, как вырвались эти слова. Девушка спускалась по ступенькам и старалась думать о чем-то другом, чтобы забыть разговор, который оставил неприятное ощущение.

И все же, когда она вихрем влетела в кабинет и плюхнулась в кресло, избавиться от раздражения так и не смогла.

— Ну надо же…

— Что случилось? — удивилась Нина, глядя на ее разгневанное лицо.

— Может, и ты так думаешь, Нина?

— Да объясни ты, что случилось?

— Этот Сашка, на месте которого я работаю, сейчас сказал, что я высокомерная и что все так считают. Значит, за глаза здесь сплетничают обо мне…

— Успокойся. Может, он просто влюбился в тебя.

— Нина, в его глазах была ненависть, а не любовь.

— Мужчины, для которых женщина недосягаема, всегда так смотрят. От злости и бессилия. Тем более, сама говоришь, заняла его место.

— Ладно, черт с ним. И вообще, кто он такой… Еще увидим, высокомерная я или нет. Но кто-то же еще поддержал его мнение…

— Ой, не заморачивайся.

Полина выключила компьютер и сказала:

— Я ухожу, мне срочно нужно домой.

— И конечно, со своей подружкой?

— А тебя это задевает?

— Да что ты разошлась сегодня? Между прочим, все видят: к вам отношение особое.

— Мы ничем не отличаемся от остальных. Я пашу, как папа Карло, и по выходным тоже. У меня ответственная работа. А вы сплетни распространяете. Делать нечего, работы мало?

— Твоя подруга тоже упахалась?

— А вот это не твое дело. Приедет шеф, даст задание.

— Понимаю, какое, — хихикнула Нина.

— Замолчи! Не смей говорить пошлости. А если вас здесь зависть съедает, то это ваши проблемы.

Полина накинула шубку и хлопнула дверью.

Она гордилась своей открытостью, доброжелательностью, а ее назвали заносчивой… «Они просто завидуют, всему завидуют. Как же так получается?… — переживала она. —