Связанные - Мэри Калмз

стать матерью Лизы, и я стал ею. Так уж я устроен, немного по-родительски, и именно поэтому меня всегда ставили в пару к новым помощникам. Так у меня появился Боди. Разница была в том, что он прижился. Я никогда не встречал другого человека, который успокаивал бы меня, просто находясь рядом. Он чувствовал себя как дома, и так было с самого начала. С первого дня нашей встречи я подумал: «О, вот и ты». Старый друг, а не новый. Жаль, что я упустил, что это могло быть нечто большее, но ничего страшного, потому что в глубине души я знал, что он заслуживает гораздо большего, чем я. И еще - если разобраться, эта мысль была очень мелочной, но, честно говоря, как мой напарник, он всегда проводил со мной больше времени, чем с кем-либо еще. Этого не избежать. Хейден никогда не избавится от меня.

Проверив остальных детей, я сказал им, что все они сдали экзамен, и приказал взять одеяло и подушку и вернуться на свои места. Все кресла были с откидными спинками, и мы с Боди встали и откинули их, убедились, что все разместились, а если им нужно было подпереть голову, мы принесли им еще подушек, чтобы они могли видеть, прежде чем начнется следующий фильм. Это должен был быть «Бэмби». Я решительно отказался, и в итоге мы посмотрели «Зверополис», против которого я не возражал, так как в нем была правоохранительная составляющая. Я смотрел его с детьми Лизы много лет назад.

– Ты действительно собираешься остаться здесь и посмотреть этот фильм с детьми?

Энжи выглядела совершенно ошеломленной таким развитием событий.

– Да, почему бы и нет?

– Но... – она указала вверх. – Напитки, закуски и вечер игр.

Зак насмешливо хмыкнул.

– Только не вечер игр. Это никого не заманит.

Она перевела взгляд с меня на Боди и обратно.

– Я просто не хочу пользоваться преимуществом.

– Выиграй, – сказал я ей, и она, схватив мужа за руку, ушла.

– Что с тобой? – спросил Боди, как только начался фильм.

– Ничего. Помолчи. Предыстория важна.

Откинувшись в кресле, он жестом указал на меня. Я встретил его на полпути.

– Что?

– Слушай, Стелла и ее отец - это не твое дерьмо, чтобы его исправлять, да?

– Я знаю.

– Нет, ты не знаешь, не в своем сердце. Я знаю тебя, и я знаю это выражение твоего лица, и я знаю, о чем ты думаешь.

– Так много знающих людей.

– Будь серьезным.

– Я серьезен.

– Я прекрасно понимаю, что творится у тебя в голове.

– Не понимаешь.

Он насмехался.

– Ты думаешь: «Я могу это исправить». Как я могу это исправить?

Возможно, я думал об этом. И о нем, потому что, конечно, я всегда думал о нем.

– Он ее отец, – напомнил мне Боди, бросив взгляд, который должен был заставить меня включить мозги. – Она не будет чувствовать себя так вечно. Ей семь. Просто в данный момент вся ее жизнь была потрясена ужасным образом в течение нескольких дней, а потом появляешься ты, и вуаля, все исправлено. Да ладно, Джед. Ты видел ее, ты слушал ее, дай ей минуту, чтобы все уладить.

– Я понимаю. Ты же знаешь, что понимаю.

– Ты понимаешь и не понимаешь, потому что ты - король преуменьшать значение всего этого «рыцаря в сияющих доспехах». Я не понимаю, почему ты так делаешь, но ты всегда так делаешь.

– Смотри мультик.

– Серьезно? – он бросил на меня взгляд. – Приказ?

Я застонал.

– Чтобы не дать мне заговорить и заставить тебя чувствовать себя неловко?

Боже, я надеялся на это.

– Может, только на этот раз? В качестве одолжения?

Он замолчал на мгновение, что стало для меня сюрпризом.

– Мне очень не хватало быть твоим напарником, – сказал он, но не посмотрел на меня, и я знал это, потому что проверил, так ли это.

– Мне тоже, – пробормотал я, не поворачиваясь к нему. – Без тебя нехорошо.

Он хмыкнул, самоуверенный и самодовольный, и я бы ударил его, если бы у меня хватило сил. Когда я уже засыпал, Боди сказал, что ему, как и Джуди Хоппс, тоже нужна ручка и записывающее устройство в одном лице. Ему также понравилась морковная ручка, которая была у нее.

– Ты ребенок, – заверил я его. – Для этого у тебя есть телефон. Ты можешь писать на нем и записывать разговоры.

– Да, но у морковки есть пикантность.

Я взглянул на Стеллу, которая выглядела такой же обеспокоенной, как и я.

Мультфильм продолжался, и я уснул. Проснулся я от того, что родители спускались вниз и поднимали со стульев мертвых для мира детей. Стелла, конечно, не спала, и когда я повернулся к ней, она улыбнулась мне.

– Ты не устала?

Она прищурилась.

– С чего бы мне уставать?

– Попомни мои слова, однажды ты действительно захочешь ложиться спать пораньше и дремать.

Взгляд, брошенный на меня, как на сумасшедшего, заставил меня улыбнуться, хотя я и пытался сверлить ее взглядом.

– Это было так чудесно с твоей стороны, – сказала жена Джайлза, Шай, отвлекая мое внимание от Стеллы, когда она взяла на руки свою среднюю дочь, Тилли. – Так приятно не волноваться и знать, что они в безопасности.

– Ну, твой ребенок очень милый, – сказал я ей. – Тилли позаботилась о том, чтобы одеяло укрыло мои ноги, чтобы мне не было холодно.

Ее слезы текли быстро, потому что действительно, это был странный день для всех. Она наклонилась с Тилли на руках и поцеловала меня в лоб. Джайлз шел позади нее, неся на руках младшую девочку, Беделию, и старшую, Кэтрин, которой нравилось, чтобы ее называли Кэт.

Джайлз сказал:

– Джед, я...

– Иди спать, парень. Завтра будет лучше.

Через мгновение он кивнул и ушел.

Я повернулся к Боди.

– Для протокола, я не играю в гольф.

Он был как бы в полусне, поэтому просто уставился на меня.

– Что?

– Очевидно, завтра все идут играть в гольф, а я этим не занимаюсь.

– И что? Я тоже не играю.

– Но ты всегда ждешь, что я пойду с тобой, когда ты делаешь глупости.

– Например?

Я уставился на него.

– О, я не знаю, когда... – дети были слишком близко и