Покоренные судьбой - Кора Рейли

Даже если бы я не знала, что Фабиано и Ария – родные брат и сестра, я бы догадалась обо всем, судя по их внешнему сходству.

Я застыла как вкопанная в нескольких шагах от них, убедившись, что улыбаюсь присутствующим, а не пялюсь на Амо. Я жаждала приблизиться к нему, но я сдерживалась. Валерио коротко усмехнулся.

Я заметила, что он намного выше меня, хотя и младше на несколько лет.

Марселла сдержанно улыбнулась. Мой взгляд задержался на бриллиантовой каффе, скрывающей отсутствующую мочку уха. Обычно я не интересовалась сплетнями, но история о ее похищении и браке с байкером всколыхнула наше сообщество и долетела даже до меня.

Амо поймал мой взгляд, когда мы направились в столовую, и мой живот сделал сальто. Как же я мечтала остаться с Амо наедине!

Я отвела глаза, пока никто ничего не заметил. К счастью, Фабиано буравил Луку пристальным взглядом, а Ария вела себя как доброжелательная, но озабоченная хозяйка, которая занята только тем, чтобы все в ее доме прошло по высшему разряду.

Я, в свою очередь, не хотела показаться излишне смелой и предпочитала молчать.

Мы прошествовали в столовую, куда вскоре вошел повар в сопровождении слуг. Они несли подносы, уставленные едой. Баранина. Жареный картофель с панчеттой. Сливочный шпинат с пармезаном.

Ария взяла мою тарелку, чтобы подать мне первой, как единственной женщине-гостю, но я быстро покачала головой.

– Спасибо, в том нет необходимости.

Все уставились на меня, и мой пульс участился, в ушах застучало.

– Извини, я не ожидал, что ты захочешь быть здесь, и забыл предупредить хозяев, – скривился Фабиано.

– О чем предупредить? – взволнованно перепросила Ария.

– Я веган, поэтому не ем продукты животного происхождения.

– Ее брат и отец убивают людей в качестве любимого развлечения, ну а она не любит причинять боль животным! – воскликнул Валерио и расхохотался, как будто это была величайшая шутка всех времен.

– Мы не обращаемся с гостями подобным образом, – рявкнул Амо, хмуро покосившись на брата.

Внимательный взгляд Марселлы лениво перемещался между Амо и мной. Его сестра напоминала кошку, выслеживающую добычу.

Ария заморгала и прочистила горло.

– Мне жаль, Грета. Я уверена, повар сможет быстро приготовить для тебя что-нибудь.

Однако повар выглядел растерянным. Неудивительно. Я знала, что веганские блюда могут показаться некоторым людям пресными в прямом смысле слова. Только Киара овладела искусством приготовления сносной пищи для меня.

– Никакого сыра? Сливок? Яиц? Масла?

Я покачала головой, чувствуя жалость к бедной женщине. Она не очень хорошо справлялась с ситуацией. Как жаль, что я невольно поставила ее в тупик.

– Может, я провожу тебя на кухню, чтобы ты могла проверить наши шкафы и холодильник на предмет чего-нибудь съедобного? – предложил Амо.

– Как мило с твоей стороны, – ответила я, стараясь не выдать своего нетерпения от перспективы остаться наедине с Амо.

Амо поднялся, и я тоже.

– Нет, – процедил Фабиано, вскакивая со стула.

– Наш сын воспитан в уважении к женщинам и способен контролировать себя в отличие от трио Фальконе, – заявил Лука.

Ария вновь прокашлялась, ее глаза расширились. Она явно хотела предостеречь мужа, чтобы он не сказал лишнего.

– Пресса недаром судачит о том, как он уважает женщин, – ухмыльнулся Фабиано.

Я могла сказать, что все катится по наклонной, но не представляла, как это остановить.

И кстати, что конкретно Фабиано имел в виду?

– Не знал, что вы следите за нашими текущими делами.

– Держи друзей близко, а врагов еще ближе, верно?

Марселла надулась и встала из-за стола. Она была в туфлях на высоких каблуках и теперь возвышалась надо мной.

– Я пойду с Гретой.

Фабиано посмотрел на нее, а затем на меня. Я стиснула зубы и улыбнулась ему, и он опустился с недовольной миной обратно на стул.

– Грета! – окликнула меня Марселла.

Амо смерил Фабиано ехидным взглядом.

– Я пойду во двор. Ненадолго. Мне нужно остыть.

Я сдержала улыбку, когда Марселла провела меня по коридору в заднюю часть дома, в просторную роскошную кухню.

– Как насчет оливок, чиабатты и трюфельного масла, чтобы макать хлеб? – спросила она и поджала губы. – Кроме того, возможно, ты тоже захочешь проветриться.

Я обернулась и обнаружила Амо, который вошел сюда через черный ход.

Он что-то тихо сказал служанке, раскатывающей тесто, и она, вытерев руки о фартук, покинула кухню.

Я сглотнула, когда встретилась взглядом с Амо. Наконец-то я могла открыто смотреть на него!

Он был одет в темно-синие брюки карго и простую серую футболку, которая оттеняла его глаза и соблазнительно обтягивала мышцы.

– Полагаю, ты хочешь полакомиться чем-то еще, кроме оливок, – хмыкнула Марселла.

Мои глаза метнулись к ней, а кожа вспыхнула от жара.

Амо шагнул к сестре.

– Не могла бы ты оставить нас на минутку и убедиться, что нас никто не побеспокоит?

Марселла вымученно вздохнула.

– Амо, ты хочешь, чтобы я присматривала за тобой, пока ты будешь наедине с Гретой Фальконе?

Люди часто так подчеркивали мое имя, как будто собеседник не знал, кто я.

– Марси, – протянул он.

Марселла и Амо обменялись взглядами, которые явно не предназначались для непосвященных.

– Это плохо кончится. Очень плохо.

– Передай Мэддоксу привет, когда вернешься к себе домой сегодня вечером.

Марси сузила глаза, покачала головой и крутанулась ко мне.

– Полагаю, ты не возражаешь, если я уйду?

– Не возражаю, – прошептала я.

Она пожала плечами и удалилась, ее высокие каблуки громко цокали по гладкому полу.

Внезапно я оцепенела.

Амо преодолел расстояние между нами и обхватил мои щеки, его губы прильнули к моим без предупреждения. Я напряглась, пораженная его напором, пылом и прикосновениями.

Амо отстранился, его глаза искали мои. Он погладил меня пальцем по скуле.

– Я никогда не причиню тебе боль.

– Знаю.

Он усмехнулся и посерьезнел.

– Теперь ты можешь поцеловать меня, – добавила я.

Взгляд Амо задержался на моих губах. Он склонился ко мне. На сей раз поцелуй был нежным и неторопливым. Казалось, электричество пробежало по моим губам, спустилось по груди, запорхало в животе и устремилось в мою сердцевину.

Я смежила веки от слишком яркого света на кухне. Я хотела сосредоточиться только на Амо, его вкусе и запахе. На том, как идеально его сильные мускулистые руки ощущаются на моих щеках.

Амо снова отстранился, но оставался рядом, наше дыхание смешивалось. Я посмотрела на него, пытаясь отыскать на его лице или в глазах признак того, что наши действия не были неправильными.

– То, что мы здесь делаем, неправильно? – Всю жизнь я старалась быть милосердной, но знала, что мой моральный компас не настроен так, как следовало бы.

Амо сумрачно улыбнулся:

– Не спрашивай такого человека, как я, о добре или зле, Грета. Единственное, что