Дуэт с герцогом сирен - Элис Кова

От самокритичных мыслей меня отвлекает блеск золота. На полке в полураскрытой раковине покоится некая небольшая вещица. Странно, что я вообще ее заметила.

Подплываю ближе и зависаю рядом. Эта комната напоминает кладбище воспоминаний. Здесь всплывает на поверхность все, что я пыталась похоронить.

Сжимаю в пальцах обручальное кольцо, знакомое до последней потертости – вне всяких сомнений, мое. На внутренней стороне выгравированы инициалы, которыми я больше не пользуюсь.

– С тобой все нормально? – Ильрит подплывает ближе. Представляю, что отразилось на моем лице, когда я только заметила кольцо.

– Все хорошо. – Покачав головой, возвращаю золотой ободок в раковину. Это кольцо не имеет значения. Просто пустяк.

«Забудь о нем, Виктория».

– Я же вижу, что нет.

– Я сказала, все хорошо.

– Это кольцо явно что-то значит, – настаивает он. – В ту ночь оно соскользнуло и…

– Не стоит это обсуждать, – резко перебиваю я.

– Ты всегда такая? – слегка хмурится Ильрит.

– А ты? – Выпячиваю подбородок и делаю такое же лицо, как у него.

Ильрит не отступает, вторгаясь в мое личное пространство.

– Если хочешь его вернуть, просто попроси.

– Точно нет. – Я кривлюсь от отвращения.

– Значит, это не то, о чем я думал, – хмыкает он. И кажется, почти испытывает облегчение.

– И что же это по-твоему? – Черт бы побрал любопытство и мелькающие в голове мысли. Стоило закрыть эту тему.

– Расскажи, почему ты так расстроилась, когда его увидела, – просит он, не отвечая на вопрос.

– Тебе не понять, что творится в моем сердце, – парирую я. Если он не отвечает, то и я не стану.

– О-о, так это дела сердечные. – Ильрит складывает руки на груди и слегка откидывается назад, делая вид, будто смотрит свысока. Я тут же вспоминаю все жестокие насмешки, косые взгляды и шепотки за спиной, которые сопровождали меня в Денноу. Инстинктивно натягиваю на лицо бесстрастную маску. – Следовало догадаться, что здесь замешан мужчина.

– Прости? – приподнимаю брови, намеренно изображая равнодушие.

«Не показывай, насколько ранят их слова. Притворись, что тебе все равно».

– Ты сказала, что должна защитить родных, и я предположил, что речь о родителях или, возможно, братьях и сестрах.

– Именно это я… – пытаюсь объяснить, но слова даются с трудом.

– Теперь я ясно вижу, что у тебя есть возлюбленный, к которому ты хочешь вернуться. В этом есть смысл. Очаровательное колечко и все такое. – Похоже, он не допускает даже мысли, что этот возлюбленный давно остался в прошлом.

Слегка поворачиваюсь на месте. В теле ощущается такая тяжесть, что странно, как меня еще не утянуло на дно океана. Спускаюсь чуть ниже, но по-прежнему вишу в толще воды – в том же статическом состоянии, в котором находилась долгие годы. Хочется поставить Ильрита на место, заявить, что это он во всем виноват, поскольку одну связь его магия так и не смогла разорвать.

Но тогда придется слишком многое ему объяснить, рассказать о Чарльзе и связанных с ним сложностях, которые трогают за живое. Вряд ли я способна настолько раскрыть перед ним душу, поэтому привычно прячусь за холодным безразличием, как в случае с родными и членами команды, – незачем кому-то знать, насколько глубоки мои раны и как долго они зарубцовываются.

Растягиваю губы в легкой, немного ехидной усмешке. Ильрит чуть прищуривается, как будто чтобы лучше видеть.

– Ну, допустим, есть возлюбленный. Тебе-то что за дело?

– Он – просто еще одна нить, связывающая тебя с этим миром, которую придется разорвать. Чем меньше тебя что-то здесь удерживает, тем лучше, – коротко поясняет он. – Любовь только создает лишние сложности.

– Не могу не согласиться, – отзываюсь я с искренностью, удивляющей даже меня саму.

– Значит, у тебя нет возлюбленного?

– Нет. И ни одного мужчины, который хоть немного меня бы интересовал, – в высшей степени уверенно заявляю я и указываю на кольцо: – Для меня это всего лишь никчемная безделушка. – И отчего-то решаю задать ему тот же вопрос: – А у тебя кто-то есть?

– Не твое дело, – тут же ощетинивается Ильрит.

– Не очень-то здорово, когда кто-то сует нос куда не следует, верно? – Надеюсь, тему сердечных дел мы закрыли.

Герцог поджимает губы – понимает ведь, что я права. И все равно находит оправдание.

– Ты – наше подношение. Я должен знать, какие узы тебя здесь держат.

– Что ж, теперь ты в курсе, и хватит об этом, – бросаю я. Решительно выдерживаю его взгляд, всем своим видом предупреждая, что не стоит дальше углубляться в эту тему.

Очевидно, я представляюсь Ильриту в новом свете, поскольку выражение его лица меняется.

– Хорошо, – почти смиренно соглашается он, и я мысленно праздную победу. – Тогда… бери, что тебе нужно, и пойдем.

– В том-то и проблема. – Мысли о Чарльзе и близость Ильрита вызывают волнение, но я старательно не обращаю на него внимания. Сейчас я в шаге от того, чтобы обеспечить безопасность своей семьи, и не позволю себя остановить. – Здесь нет ничего, что могло бы даже приблизительно покрыть мой долг.

– Но…

– Знаю, это твои сокровища, – мягко произношу я. – Но я должна… очень много крон. Даже если мы поснимаем все твои гирлянды с монетами, это не сильно поможет.

– Что тогда нужно? Что ваши люди ценят и смогут принять в оплату долга?

Со вздохом провожу рукой по волосам. Каким-то чудом здесь, под водой, они не спутываются.

– Мало что по стоимости вытянет на двадцать тысяч крон… Бриллианты, редкие и благородные металлы… – Я резко замолкаю.

– Что-то придумала?

– Да… но вряд ли кому-то из нас это сильно понравится. – Я медленно поворачиваюсь лицом к Ильриту. Он терпеливо ждет. Что ж, посмотрим, насколько далеко простирается благосклонность этого сирена. – Я знаю, где находится корабль, полный серебра, одного из самых ценных для нас товаров, которое только и ждет, чтобы его забрали. Стоимость этого груза втрое превысит сумму моего долга.

– Где? – уточняет он и поджимает губы, явно сложив все детали воедино.

– На дне Серого протока.

Одиннадцать

– Если это какая-то уловка, чтобы сбежать…

– Не ты ли говорил, что сбежать я не сумею, поскольку уже помазана словами древних, попала в Вечноморе и все такое? – перебиваю я и обвожу руками окружающую воду, чтобы подчеркнуть все ранее услышанные от него предупреждения.

– Да, именно об этом я и хотел напомнить, – слегка успокаивается он.

– К тому же, – продолжаю я, не обращая внимания на его слова, – мне необходимо «разорвать связи с миром», а единственный способ сделать это – выплатить долг. Каждый серебряный слиток из тех, что мы везли, стоит тысячу крон. – Указываю