Однажды ты станешь моей - Морган Бриджес

Несколько мужчин подтягиваются ближе к ней, но она просто улыбается им, двигаясь ближе ко мне.

– Давай, Калиста. Оторвемся.

Я опрокидываю в себя половину бокала, надеясь опьянеть настолько, чтобы осмелеть. А потом отдаюсь во власть энергии толпы и ритма музыки. Я обещала Харпер прийти сюда, но еще я здесь затем, чтобы хоть на несколько часов забыть обо всем в своей жизни.

Никакого убитого отца.

Никакого жуткого преследователя.

Никакого Хейдена.

Мы танцуем под несколько песен подряд, пока они перетекают одна в другую. Мышцы на ногах пульсируют, а лоб влажный от пота, но я не хочу, чтобы счастье, нахлынувшее на меня – спасибо, водка, – заканчивалось. Если это и значит быть молодой и беззаботной, то я должна поблагодарить Харпер за то, что она убедила меня выйти из зоны комфорта. Я чувствую себя увереннее, видя, как она отвергает мужчин, подкатывающих к ней, чтобы не бросать меня.

– Это потрясающе, – говорю я ей, перекрикивая музыку.

Она кивает.

– Правда же? Давай передохнем и выпьем еще.

– Давай.

Харпер берет меня за руку. Когда наши бокалы снова наполнены, она ведет меня в крошечную кабинку возле ВИП-зоны. Мужчина, одетый в дорогую на вид рубашку и черные брюки, поднимает руку с бокалом в нашем направлении. Я отвожу взгляд, зная, что он не мое внимание хочет привлечь.

– Красавчик на девять часов, – говорит Харпер, наклоняясь ближе ко мне. – Русые волосы и красивая улыбка, он от тебя глаз не сводит.

– Тот, что в ВИП-зоне?

Она широко улыбается.

– Так ты его заметила. Да, он самый.

– Я думала, он на тебя смотрит. Что вполне справедливо. Ты роскошно выглядишь.

– Спасибо, но не меняй тему. Я знаю, что ты запала на мистера придуши-меня-большой-папочка Беннетта, и я понимаю. Он, наверное, самый горячий парень из всех, кого я видела. И все-таки, – говорит она, делая акцент на этом слове, – он ничего не предпринимает.

Она права.

Даже если бы я была из тех женщин, которые способны заниматься сексом, не впутывая в это чувства, не могу представить, что кто-то вроде Хейдена стал бы смешивать деловые и личные отношения. А я определенно отношусь к деловым, после того как он перевел мне десять тысяч долларов на банковский счет. И я начинаю задаваться вопросом, а стал бы он мной интересоваться, если бы я не могла дать ему ответы, которые он так хочет получить?

– Простите?

Мы с Харпер поворачиваем голову туда, откуда послышался голос, и я вижу официантку возле нашего столика. Ее короткие темные волосы торчком и черная подводка для глаз привлекают мое внимание, и она улыбается мне.

– Вон тот джентльмен, – говорит она, показывая на того мужчину, которого мы только что обсуждали, – хочет купить вам, девушки, что-нибудь выпить.

Я прикрываю горлышко своего бокала ладонью. Харпер сводит брови из-за моей реакции, а я сжимаюсь внутри. Однажды я объясню ей свое поведение, но только не сегодня.

– Мне не нужно.

Официантка переводит взгляд на Харпер.

– А вам?

Подруга смотрит на меня, и я напрягаюсь от ее пристального взгляда, но потом она улыбается.

– Ничего не нужно, но поблагодарите его от нас, пожалуйста.

Девушка кивает.

– Хорошей вам ночи, и дайте знать, если что-то понадобится. Я Кэт.

Как только она уходит от нас, Харпер садится лицом ко мне.

– Да что с тобой?

– Я не хочу быть кому-то обязанной или создавать впечатление, что я заинтересована в чем-то.

– Но ты же заинтересована. – Подруга закатывает глаза, на секунду поднимая взгляд к потолку. – Тебе нужно выкинуть из головы твоего адвоката и бывшего. Попробуй что-нибудь новенькое. Большинство мужчин глупы, но не все они идиоты. По крайней мере, так я себе говорю.

Я прикусываю щеку, переваривая ее слова.

– Я могла бы дать ему шанс, но мне правда хорошо с тобой. У меня это лучшая в жизни ночь с подругой. Не хочу, чтобы ее испортил какой-то парень, который может оказаться уродом.

– Ладно, но мы никуда не уйдем без его номера телефона. Хорошо?

Я не удерживаюсь от лукавой улыбки.

– Я не уверена, что мистеру Беннетту понравится, что я использую телефон, который он подарил мне, чтобы цеплять каких-то парней в клубе, но кому какое дело? Ему не стоило покупать мне телефон, если он не хотел, чтобы я им пользовалась.

– Правильно. – Харпер поднимает свой бокал, и я делаю то же самое. – За мобильные телефоны и секс-звонки, – говорит она.

Я чокаюсь с ней и делаю длинный глоток. Водка снова оказывает свой эффект на меня, и мне кажется, что по венам течет сахар и желание веселиться.

– Хочешь, что-то расскажу? – спрашиваю я.

– Что?

– Сегодня днем я отключила телефон, потому что злилась на Хейдена за то, что он отдает мне приказы, будто я гребаный солдат в его армии. Но я забыла включить его снова, потому что зашел Адам и поставил своим поведением меня в тупик. Большой долбаный тупиковый тупик.

Я хихикаю, и Харпер широко улыбается, качая головой.

– А тебе хорошо, я смотрю. Еще чуть-чуть, и будешь материться как сапожник. Так приятно видеть тебя веселой и беззаботной. Надо спаивать тебя почаще.

– Я не пьяна, но счастлива. – Я одариваю ее широкой улыбкой, как будто пытаюсь доказать свои слова. Но с Харпер мне это не нужно. Она принимает меня такой, какая я есть. – И мне кажется, ты самая лучшая подруга из всех, что у меня были в жизни.

– Ой, крошка, взаимно.

Я на седьмом небе. Эта ночь еще лучше, чем я себе представляла, когда мы только сюда вошли. И сейчас все, что я хочу делать, – это танцевать и не думать о Хейдене так долго, как только смогу.

– Не смотри, – говорит Харпер. – Но тот парень из ВИП-зоны идет сюда. И вместе с ним его друг-красавчик. – Я начинаю коситься влево, а Харпер шикает на меня. – Боже, ты вообще не палишься! Хоть телефон достань, чтобы номер его записать.

– Ладно.

Я сглатываю комок нервов, застрявший у меня в горле, и расстегиваю сумочку. Включив телефон, я пялюсь на экран, чтобы не соскользнуть взглядом на таинственного незнакомца, который идет к нашему столику. Я все еще уверена, что ему понравилась Харпер, но с телефоном мне есть чем себя занять.

Экран, вспыхнув, оживает и освещает ужас, застывший на моем лице.

Восемнадцать уведомлений.

Тринадцать новых сообщений.