Я один, ты одна... - Лора Патрик

Снова заиграла музыка, и один из учителей пригласил Диану танцевать.

Николас задумчиво разглядывал свой бокал.

Исполнялся медленный романтический блюз. Светильники один за другими стали гаснуть, погружая зал в серебристый полумрак.

Хэлен взяла бокал с пуншем из рук Николаса и поставила его на стол. Потом скользнула в объятия своего ковбоя, прислонившись щекой к его плечу.

— Я не…

— Тебе и не нужно танцевать, — прошептала Хэлен. — Только немного покачивайся.

Ник склонил голову и уткнулся лбом в макушку Хэлен. Она немного повернула голову, чувствуя скольжение его гладко выбритого подбородка по своим волосам. Она задержала дыхание, смакуя едва уловимый запах его кожи, аромат волос, и теснее прижалась к нему.

Обнимай меня, думала девушка, двигаясь в такт музыке. Крепко-крепко, любимый. Не оставляй меня. И люби. Сейчас и всегда.

Мягкая музыка погружала их в свой особенный, великолепный мир. Вдруг Николас вздрогнул и поднял голову. Хэлен тоже отстранилась, оглядываясь вокруг.

Рядом с ними, любезно улыбаясь, стоял какой-то мужчина.

— Смена кавалеров, — извинился он. — Я Том Квин, учитель физкультуры. Можно?

Николас поколебался, потом отступил назад, опустив руки.

— Пожалуйста.

И прежде чем Хэлен успела сказать хоть слово, Том Квин оказался перед ней и закружил девушку в танце. Хэлен вежливо выслушивала его болтовню о себе, об успехах Пэтси. Он рассказывал, как хорошо Пэтси играет в волейбол, несмотря на то, что для этой игры девочка довольно невысокая.

— Невысоким людям нужно больше тренироваться, — заявил он, и тут Хэлен сообразила, что Том чуть ниже ее.

— Быть невысоким совсем неплохо, — сказала она спортсмену. Гэри тоже был почти с нее ростом.

Том улыбнулся:

— Рад, что вы так думаете. — Потом добавил: — У вас это серьезно, с Лэнджем?

Хэлен отстранилась, вздрогнув от неожиданного вопроса.

— Да бросьте. — Том пожал плечами. — Почему бы вам не ответить прямо? Я вами просто очарован и хочу знать, каковы мои шансы.

Хэлен покачала головой и улыбнулась:

— У вас их нет, — честно ответила она.

Они вернулись домой незадолго до полуночи.

Всю дорогу Хэлен ехала, прижавшись к Николасу, положив голову ему на плечо, скинув туфли и поджав замерзшие ноги под пальто. В голове у нее все еще звучала музыка, а тело вспоминало крепкие объятия ковбоя.

Они еще раз «покачались» вместе, в самом конце. Хэлен снова разлучила его с бокалом пунша и потянула на танцплощадку, твердо решив, что на этот раз не позволит никому разлучить их. Николас держал ее легко, осторожно, но уверенно. И не сказал ни слова. На обратном пути он тоже задумчиво молчал, погрузившись в себя.

Хэлен знала, как расшевелить Николаса. Она сделает это, попозже. А сейчас она была счастлива уже тем, что находится рядом с ним.

Пэтси отправилась спать, улыбаясь и напевая отрывки танцевальных мелодий.

Николас в последний раз пошел проверить конюшню. Он был там довольно долго.

Хэлен надела ночную рубашку и, завернувшись в халат, тихонько пробралась в комнату Ника посмотреть в окно в сторону конюшни. Ночь была ясной и холодной. Полная луна заливала ярким серебристым светом покрытый снегом двор. Наконец свет в конюшне погас. Дверь открылась. Николас вышел. Остановился, глядя на дом.

Хэлен ждала, наблюдая за ним. Он долго не двигался с места — просто стоял и смотрел. Потом, прихрамывая, пошел к крыльцу.

Хэлен слышала, как он вошел, как поднимался по лестнице. Хэлен вышла в коридор встретить Ника. Обняв его, она почувствовала сквозь тонкую шерсть пиджака, как он напрягся.

— Я люблю тебя, — прошептала она, поцеловав его в подбородок, и потянула в комнату.

Дрожащими руками Ник стянул с нее ночную рубашку. Хэлен чувствовала на своей щеке его прерывистое дыхание. С неистовой страстью он сжимал ее в объятиях и целовал, целовал, целовал… В ту ночь Николас любил ее неутолимо, почти с отчаянием, словно ему нужно было забрать все, что Хэлен могла ему дать… И даже больше.

На следующее утро Николас встал раньше Хэлен и пошел грузить сено.

— Со мной все в порядке, — сердито отозвался он в ответ на замечание девушки, которая выскочила вслед за ним. — Перестань беспокоиться. Холодно, тебе лучше вернуться в дом.

Хэлен подчинилась. Она шла как можно медленнее, наслаждаясь падающим снегом, любуясь домом, покрытым пушистым инеем, той красотой, которой ей так не хватало в городе.

Пусть Николас ворчит, что снег засыпает дороги и прячет корм для скота: она знает, что он тоже любит зиму. Хэлен не раз замечала, как ковбой, сидя на Доджере и думая, что его никто не видит, подолгу любовался заснеженными горами и, подняв голову, ловил языком снежинки.

Ник.

Упрямый и нежный. Серьезный и ласковый. Выносливый, но ранимый.

— Ник, — тихо произнесла Хэлен, — которого я люблю.

На крыльце стояли девочки. Сью обнимала Кейта и щекотала его за ушами.

— Дяде Николасу нужна помощь? — спросила Дороти.

— Нет. Он сам справится, — ответила Хэлен. — Лучше пойдем и приготовим ему вкусный завтрак. — Из-за конюшни появился громыхающий трактор. Хэлен повернулась и помахала ему рукой.

Николас увидел эту маленькую группу на крыльце, мгновение поколебался и потом помахал в ответ.

Вечером повалил густой снег. Горное Ранчо превратилось в зимнюю Страну чудес.

Хэлен устроилась на тахте перед камином, завернувшись в шерстяной платок. Кейт и Скаут развалились у огня на коврике. В гостиной было тихо, хотя всего час назад комната звенела от криков Сью и Дотти. Николас мог бы урезонить их одним взглядом, но после ужина он ушел на конюшню.

Теперь девочки заснули, огонь в камине догорал, освещая темную комнату мерцающими отблесками и нарушая тишину потрескиванием поленьев.

«Время огня», говаривал Юлиус.

— Время принимать решения, — сказала Хэлен вслух. Почему бы и нет? Они любят друг друга. В этом уже не было сомнений. Правда, сегодня Ник весь день был немного взволнован и держался на расстоянии. В его взгляде Хэлен уловила какое-то странное отчаяние, почти безнадежность.

Ерунда! Хэлен тряхнула головой и улыбнулась, услышав, как открывается дверь, как Николас закрывает ее, идет на кухню, наливает себе стакан воды, выключает там свет… Появившись в дверях, ковбой безнадежно посмотрел на нее. Хэлен улыбнулась и привстала навстречу ему.

Николас стоял, не двигаясь, опустив плечи, сжимая и разжимая пальцы.

— Хэлен.

Она села, уронив платок.