Принцессам зеркала не врут - Татьяна Тронина

– О чем я должна догадываться? – подозрительно спросила Эльвира.

– Эля, помнишь, я сегодня пытался с тобой говорить, – робко кашлянул Борис. – Ну, перед тем как к нам подбежала эта, ну… Муся.

– Да, мы с тобой говорили, – согласилась Эля. – Мы с тобой говорили о Стасе, о том, что ты его не будешь обижать. Хотя теперь это абсолютно неважно, – добавила она дрогнувшим голосом. – Вряд ли он вернется.

– О Стасе? – пробормотал Борис. – Но мы еще говорили обо всяких безответственных жертвах и преступниках, и ты еще сказала, что все знаешь про меня.

– Господи, Боря, мы говорили о разных вещах! – в отчаянии воскликнула Эля. – А теперь выкладывай, что еще я должна о тебе знать!

– Давай, мальчик, не стесняйся, – сказал Толян, дрыгая ногами. – Пусть твоя красавица узнает.

– Эля! Я виноват, – быстро произнес Боря Фещенко, протягивая к Эле руки, но Эля испуганно отступила к подругам, которые тоже ничего не понимали. – Этот тип – его зовут Толян, и еще другой, Лёнчик… ну, словом, они предложили мне одно дело, а я согласился. Только я не знал, что совершаю преступление!

– К-какое еще п-преступление? – заикаясь, пробормотала Муся, глядя на Борьку с подозрением.

– Да ограбить Пусика и Дусика, то есть одних состоятельных людей.

– Пусика и Дусика? – вытаращила глаза Оля. – Это кто такие?

– Да говорю же – богатые люди! – с досадой воскликнул Боря. – Только я не думал, что мы грабим, я думал, что просто работаю грузчиком.

– Ага – просто! – весело крикнул Толян. Хоть он и находился не в самом лучшем положении, но, похоже, его очень забавляло то, что стоявшие над ним друзья ссорятся, и ему хотелось еще больше столкнуть их. – А триста баксов, которые я обещал, тебя устроили?

– Устроили, – мрачно согласился Борька. – Я, Эля, очень хотел пригласить тебя в ресторан. Не в «Макдоналдс» какой-нибудь, а чтобы все по-настоящему…

Эля слушала все это, раскрыв рот, но потом вдруг топнула ногой:

– Все! С меня хватит! Мне все ясно – никому нельзя верить! Девочки, пошли домой!

Она подхватила Мусю и Олю под руки и потащила их через стадион – туда, где должна быть троллейбусная остановка.

– Значит, этот Толян и Борька – сообщники? – спросила Муся, спотыкаясь на неровной дороге.

– Все, ничего не хочу больше знать! – сердито сказала Эля. – С нынешнего дня я разочаровалась в мужчинах. Одни – трусы и предатели, другие – уголовники. Буду жить одна. Если когда-нибудь захочу детей, то возьму ребеночка из дома малютки, как Светлана Иосифовна, мамина знакомая.

Их догнал Борька.

– Я вас провожу, – убитым голосом сказал он.

– А Толян? – вспомнила Оля.

– Да фиг с ним, пусть лежит, утром его кто-нибудь развяжет.

Эля никак не стала комментировать эту ситуацию, она только пыхтела рассерженно да все прибавляла шаг.

На их счастье, к остановке подкатил троллейбус – наверное, последний за сегодняшний день.

Девочки сели вместе, а Борька – на соседнее сиденье.

Они проехали одну остановку в молчании.

– Эля, – наконец произнес Борька. – Эля, прости меня.

– За что? – холодно спросила Эля, стараясь не глядеть в его сторону. – Ты вроде бы ничем передо мной не провинился. Передо мной лично.

– Я же вижу, что ты сердишься на меня!

– Эля, может быть, он, правда, ни в чем не виноват, – робко произнесла Муся – она до последнего старалась быть справедливой.

– Он такой же бандит, как и этот Толян, – сердито сказала Эля.

Они вышли на своей остановке и в полном молчании дошли до дома.

– Ладно, пока, – печально проговорила Эля. – Меня, наверное, уже родители заждались. Пока, девочки!

– Пока, – сказала Муся. – Ох, и тяжелый же был сегодня денек!

– Спасибо вам, – тихо поблагодарила Оля. – Я и не знаю, что со мной случилось бы, если бы я осталась на той крыше.

Эля ушла, и вслед за ней отправился Борис, тяжело шаркая ногами, словно старик.

– Идите домой, малышня! – сказал он на прощание Мусе и Оле. – Нечего по ночам гулять.

Подруги ничего ему не ответили.

– А все-таки он неплохой парень, – вдруг заявила Оля, когда он скрылся из виду. – Без него мы бы с этим Толяном не справились.

– И никакой он не бандит! – горячо поддержала ее Муся. – Ну, глупый немного. Зато Элькин Стас…

– Я вот не пойму, Муся, плохой Стас или хороший, – задумчиво пробормотала Оля. – Была какая-то правда в его словах, в самом деле, он бы точно с Толяном не справился! Может быть, он действительно побежал за помощью?

– Может быть, – пожала плечами Муся. – Только помощь нужна была нам в тот момент, а не в каком-то отдаленном будущем. Есть вещи, которые решаешь только для себя. Вот ты бы меня бросила? Или Эльку?

– Ты что! – испугалась Оля. – Если б я вас бросила, я бы жить потом не смогла. Меня бы совесть замучила! Вот помнишь кино про рядового Райана? Он же не оставил своих товарищей, хотя была такая возможность. Я, в общем, не знаю, как это объяснить, но, по-моему, когда чем-то жертвуешь, то получаешь потом много больше.

– Да, – вздохнула Муся. – Я вот, например, ради мамы еду в этот дурацкий санаторий – это ведь жертва, да? Я хоть и не верю, что мне там будет хорошо, но все-таки надеюсь, что судьба меня вознаградит как-то за это. Правда, пока не знаю как.

Хлопнула подъездная дверь, и на улицу выскочила Олина мама, кутаясь в широкий халат.

– Оля, я тебя целый день жду! – с возмущением воскликнула она. – Хотела уже в милицию звонить. Смотрю в окно – а вы тут стоите под окнами, болтаете. А ну, марш домой! Муся, и тебе от родителей достанется на орехи.

– Я это тоже предчувствую, – скорбно ответила Муся. – Теть Люб, вы не переживайте, с нами все в порядке, и мы ничего плохого не делаем. Скорее даже наоборот.

– Ладно, – сказала Олина мама совсем другим голосом. – Ох, и беда с этим переходным возрастом! Оля, пошли!

– Иду, мамочка! – громко сказала Оля, и, обернувшись к Мусе, произнесла шепотом: – Но кто меня запер на крыше, мы так и не выяснили.

– И кто направил к тебе мальчишку с посланием! – кивнула Муся. – Все очень таинственно и загадочно.

– Может быть, правда – Никита? – с сомнением пробормотала Оля.

Дома она, несмотря на позднее время, набросилась на еду. Съела тарелку супа, закинула в себя три котлеты, уничтожила миску салата из огурцов и выпила полчайника чая.

– Бедный ребенок, – вздохнула мама, глядя на то, как ее дочь с аппетитом ест. – Такое впечатление, будто ты целый день не ела.

– Так оно и есть мама, – согласилась Оля, но потом спохватилась: – Нет, мы, конечно, перекусили в гостях у нашей старой учительницы, но все это несущественно. Ты ведь знаешь, как сейчас старики на пенсию живут…