Любовь под снегом - Иринья Коняева

– Ну, знаешь, как в этих рекламах про венец безбрачия. Вот у меня, похоже, венец безсексия, – Марина шмыгнула носом плаксиво и продолжила: – Ты просто не представляешь, что у меня было. Но сперва я хотела у тебя кое-что спросить. Ты мне даже поддакивать не будешь? Чего молчишь?

– У меня отшибло дар речи. Спрашивай, чего там?

– Расскажи мне, пожалуйста, что было на балу. У меня просто черная дыра какая-то. Я помню, как мы пришли, как ко мне подошел Александр, как повел танцевать, как мы пили шампанское с девчонками и потом как в тумане. Непрозрачном вообще, – уточнила Маришка.

– Ну, пили шампанское. Ты была навеселе и я предложила вызвать такси. Твой Александр взбрыкнул и сказал, что сам тебя отвезет. Помню, мы с ним даже немного поспорили, так как он выпил, а ты же знаешь, я становлюсь слишком осторожной и подозрительной, если накачу бокальчик. А тут пьяный водитель и ты. Фигушки! Договорились, что он вызовет такси сам и проведет тебя домой. Я потому и отпустила вас со спокойной душой, а не поперлась с тобой, как обычно. Вы рано уходили, а мне хотелось еще танцевать.

У Насти была причина остаться на балу – она ждала Женю. Но рассказывать об этом Маришке, когда та в расстроенных чувствах, девушка не стала. Ведь сложно сказать: «Я ждала Женю» и при этом не выболтать все остальные подробности.

– Ага. То есть ничего ужасного я не делала, – успокоилась Марина.

– Ну, если не считать, что ты на нем едва не висела и целовалась у всех на виду в коридоре, то ничего.

Марина закрыла глаза руками и застонала. Это же и девчонки видели, и преподаватели могли! Вот молодец! Вот умница! И нашла же, где! И с кем!

– Капец.

– Да ладно тебе, не парься. Девки умерли от зависти. А ты еще сегодня такая неадекватная, зуб даю, все подумали, что он тебя из постели все эти дни не выпускал, – Настя вдруг подумала, что предположение ее верное, потому и не звонила, не писала Маришка. Обескураженная девушка совсем забыла про жалобу на венец безсексия и уставилась на подругу. – Ведь так?

– Не совсем. А где мое платье, не знаешь?

– Платье? – Настя нахмурилась на минуту и выдала: – Так у Лерки. Ты и это не помнишь? Леркин Игорь забирал ее с бала и она предложила сразу закинуть к нему в багажник, они вроде уже сдали их даже.

Игорь работал в театре и только благодаря ему, за чисто символическую мзду, безденежные в большинстве своем студентки обзавелись приличными нарядами к балу. Насте повезло гораздо больше – у нее было собственное платье, она шила его для выступления в школьном театре и, так как фигура и рост практически не изменились с того времени, смогла надеть.

– То есть, я из универа уехала в одной верхней одежде и белье? – неверяще выпучила глаза Марина.

– И не ты одна. Зато стоять в пробках не надо и топать потом в горку к театру. Девки, вон, сегодня поедут.

– Кто не пил и не шлялся по улице с голой жопой, ага, – вставила пять копеек Марина. – Ну, пипец просто! Чем я думала?

– Шампусиком, – захихикала Настя. – Ладно, с этим разобрались. Что там у вас дальше было, после сдачи платьев? Или ты совсем ничего не помнишь? Я нифига не поняла.

– Да пиндыр вааще, Насть. Просыпаюсь я такая, не пойми где, вижу – сок стоит. Башка трещит, тело ломит, пить охота. Ну, я к нему. Пью себе сок стою, глаза открываю и вижу мужика.

– Голого? Это хоть директор твой был? Я уже ко всему готова, – подруга даже привстала от нетерпения и желания поскорее услышать продолжение.

– Да, его. Он укрыт, лежит с закрытыми глазами и так зажмурился, что ясно – не спал. А я, блин, голая!

– Совсем? – выдохнула Анастасия.

– Совсем. Схватила какой-то плед, укуталась как мумия. Ну, он меня сплавил в ванную, выдал футболку. А я стою под душем и ничего не могу понять. А был ли секс?

– И это не помнишь? Ты че, это ж самое интересное! – Настя не готова была к тому, что ее любопытство не удовлетворят прямо здесь и сейчас.

– Не дави на больное! Представь вообще ситуацию, да? Мы оба голые, в принципе логично предположить, что не просто так, да?

– Ну да, – с готовностью подтвердила Настасья.

– Только крови нигде не было, я специально посмотрела, – прошептала Маринка. – И мне, э, ну… никаких ощущений там не было. Только ужасно все тело ломило, но это, наверное, от алкоголя.

– А какие там должны быть ощущения? – тоже шепотом уточнила подруга.

– Не знаю, но какие-то же должны. Если кровь, то, может, резь какая-нибудь. Или нет?

Настя думала сказать «Нашла, у кого спросить!», но решила не лукавить и обошлась скромным предположением, что у всех по-разному, скорее всего. Марина до сих пор не поделилась причиной своего расстройства и усугублять ее плохое настроение девушке не хотелось. Приходилось терпеть, хотя своих новостей у Анастасии хватало с избытком.

Маришка рассказывала подробно, с отступлениями, размышлениями, предположениями и вопросами. Еда, принесенная официантом, так и стояла нетронутой. Когда, наконец, она дошла до истории на кухне, Настя готова была придушить подругу собственными руками за хождение вокруг да около.

– Так, я не поняла, ночь ты не помнишь – это фиг с ним. Но почему вы днем-то не переспали, если такие страсти?

– Не забегай вперед.

– Да ты уже два часа не можешь дойти до секса. То есть, судя по всему, его так и не случилось. Что на этот раз? Джакузи сломалась и не взбила достаточное количество пены? – съязвила Анастасия и, не выдержав театральной паузы, рассмеялась. – Прости. Просто у тебя вечно фигня какая-нибудь настолько глупая происходит, а ты никак не дойдешь до самого интересного, я уже заколебалась ждать. Давай скорее!

– Глупая фигня – это да, – Маришка тяжело вздохнула. – Я ж тебе говорю: я проклята. Я навсегда останусь девочкой-цветочком ни разу не бум-бум. Или не узнаю, что я уже не такая. Блин! Ну как так-то, а?

– Марина, – Настя готова была уже топать ногами и рычать, – ты издеваешься? Что там у вас произошло?

– Да ничего не произошло! Ничего! Я самая невезучая девственница на свете! Тогда, с Сергеем, все было романтично и красиво: свечи, ужин, джакузи, но – блин! – было не так обидно, как здесь!

– Я тебя сейчас придушу! – Настя посмотрела настолько яростно, что Марина собралась с духом и переключилась со старой истории на новую.

– В общем, представь. Крышу снесло, он меня целует, я уже без футболки. Он берет меня на руки – я думала, что понесет в спальню, но нет, – садит на стол, чуть ли не задницей в тарелки. Целует! Боже, это было так! Я просто не могу подобрать слов, как хорошо, – Маришка мечтательно закатила глаза, но тут же взяла себя в руки и продолжила рассказ, пока Настя действительно не огрела ее чем-нибудь тяжелым: – И тут, блин, стыдно-то как.

– Говори! – прорычала недовольная очередной проволочкой подруга.