Ирландская роза - Патриция Грассо

– Нет, – с болью в голосе прошептала Кэтрин, – нет, но… но позже…

– Позже у меня не хватило мужества, – признался Хью. – Иногда отвага может покинуть даже самого бесстрашного мужчину. Я боялся омрачить наше только что обретенное счастье и ждал благоприятного момента, чтобы сказать тебе все, но этот момент так и не наступил. – О'Нейл привлек жену к себе и, взяв в ладони ее лицо, заглянул ей в глаза. – Поверь мне, дорогая, я разделяю твое горе и очень сожалею, что лишь добавил тебе страданий. Прости меня, пожалуйста, прости.

– Да, ты прав. Я прощаю тебя, – после коротких раздумий ответила Кэтрин.

Хью поцеловал ее в лоб, обнял и сказал:

– Я должен идти. Сэр Генри ждет меня внизу. Мы должны составить план выступления против клана Макгайра, а времени у нас очень мало.

Кэтрин кивнула, но лицо ее все еще оставалось мрачным.

– Если будешь хмуриться, у тебя появятся морщинки, – пошутил Хью и указательным пальцем коснулся вздернутого носика жены. Затем быстрым шагом направился к двери, но на пороге остановился и с вожделением посмотрел на Кэтрин. – Надеюсь, ты будешь ждать меня в постели, – сказал он, – и не смей разочаровывать меня, красотка, не то тебе придется испытать ужасные мучения…

Кончики губ Кэтрин дрогнули в улыбке, и Хью, облегченно вздохнув, покинул спальню жены. Но как только дверь за ним закрылась, улыбка исчезла с лица женщины. Она тяжело опустилась в кресло у камина и невидящим взором уставилась на огонь.

– Бедная маленькая Хэтти, – прошептала Кэтрин. – Дорогая моя сестренка, ты покинула меня навсегда.

Мысленно Кэтрин перенеслась в те далекие годы, когда она со своей семьей жила в Англии в замке Базилдон.

Эстер, младшая из трех сестер Деверо, всегда жаловалась на свои веснушки. На самом деле они были только у нее одной, и Бригитта подтрунивала над малышкой и предрекала той самые губительные последствия, ожидавшие Хэтти в будущем из-за этого «жуткого изъяна». Теперь Кэтрин не придется больше защищать сестренку от шутливых нападок Бригитты…

На долю Эстер выпало мало счастливых минут. Именно она, младшая в семье, стала свидетельницей ужасной гибели отца от рук браконьеров, и это событие было причиной ее тяжелейших душевных страданий. По ночам Эстер мучили кошмары, и она, вся дрожа, со страшным криком просыпалась.

«Может, теперь, – подумала Кэтрин, – ты наконец обрела покой?»

Леди О'Нейл глубоко вздохнула, вернувшись мыслями к Хью.

Кэтрин любила своего мужа, но он ни разу не позволил ей заглянуть ему в душу, и она не знала, какие чувства питает Хью к ней, Кэтрин, своей жене. Вот и теперь он сидит в своем кабинете и вместе с сэром Генри составляет план военного похода. Точно так же, как Шон! Тошнотворный страх закрался в сердце Кэтрин. Хью не должен сопровождать сэра Генри. Она не вынесет еще одной утраты. Но как же ей предотвратить беду? Ведь Хью не посчитается с мнением жены. Да и вообще даже не станет ее слушать…

Запершись в своем кабинете, Хью целыми днями обдумывал возможные варианты предстоящей военной операции, но в то же время мысли его все чаще возвращались к Кэтрин. В последнее время она вела себя странно. Она грустила, что-то явно тревожило ее, однако на вопросы мужа о том, что ее беспокоит, отвечала уклончиво. Просыпаясь ночью, он много раз замечал, что Кэтрин не спит.

Стук в дверь вернул Хью к действительности.

– Войдите, – пригласил он и с удивлением увидел жену на пороге.

Кэтрин вошла, придвинула кресло поближе к мужу и села. «Не мои ли мысли о ней привели сюда Кэтрин?» – подумал было Хью и улыбнулся супруге.

– Извини, что отрываю тебя от работы, – тихо сказала женщина, – но мне необходимо срочно поговорить с тобой…

Хью согласно кивнул, но Кэтрин неожиданно отвела взгляд и прикусила нижнюю губу. Она явно нервничала. И все же она вскоре взяла себя в руки, подняла голову и смело встретила его выжидающий взгляд.

– Я… я считаю, – запинаясь, проговорила она, – что ты не должен сопровождать сэра Генри в этом походе…

В порыве негодования Хью хотел было заявить жене, что военный поход чисто мужское дело, но сдержался и спокойно спросил:

– Почему ты так считаешь, дорогая? – Ободренная его спокойствием, но все же не в силах совладать с волнением, Кэтрин вскочила на ноги и быстрым шагом прошлась по кабинету. Она думала о том, что должна сказать Хью, но все тщательно обдуманные доводы теперь казались Кэтрин совсем неубедительными.

Хью наблюдал за тем, как меняется выражение ее лица, и с трудом сохранял серьезность.

Наконец Кэтрин остановилась, повернулась к нему лицом и с укором произнесла:

– Негоже поднимать оружие против собственных братьев. – Она надеялась, что Хью правильно поймет ее. – Макгайры беспокоят королеву, так пусть она с ними и справляется.

– Она и справляется, – заявил Хью.

– Как?!

– Посылая сэра Генри и меня усмирить их.

– Перестань смеяться надо мной! – Кэтрин в отчаянии повысила голос. – Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Это не твое дело.

– Я хочу получить титул графа Тирона, – заявил Хью, – поэтому согласился воевать с Макгайрами.

– Ты готов кровью заплатить за титул? Не слишком ли высока цена?! – вскричала Кэтрин, не в силах больше сдерживать себя.

Хью поднялся со своего кресла и подошел к жене.

– Запомни: наследство предков бесценно, – с угрозой произнес он. – Цена за то, что принадлежит мне по праву рождения, не может быть слишком высокой!

– Ты… ты неправильно понял меня…

– Хватит об этом! – резко бросил Хью и, нависая над женой, словно хищная птица, грозно посмотрел на нее.

– Шон сражался за королеву, и я похоронила его, – прошептала Кэтрин, и слезы бессилия покатились у нее по щекам. – Теперь и ты не вернешься…

Лицо Хью смягчилось.

– Значит, ты боишься за меня? – внезапно догадался он и привлек жену к себе.

Кэтрин обняла мужа, пряча лицо у него на груди. Хью легонько похлопал ее по спине, успокаивая и ободряя.

– Женщинам всегда страшно, – мягко произнес он, – когда их мужчины уходят воевать. Но так было всегда, и я не волен ничего изменить. Мне надо идти.

Кэтрин с ужасом отпрянула от него. То же самое говорил ей Шон, а потом Патрик привез в Данганнон его обезглавленное тело. И вот теперь – Хью. Он уедет, и ей снова придется страдать в одиночестве. Страх в сердце женщины вдруг сменился гневом и яростью. Желая причинить Хью боль, Кэтрин воспользовалась своим единственным оружием: словно бичом, она хлестнула его словами.

– Ну так иди и умри за свою королеву! – прокричала женщина. – Сначала Шон, а теперь – ты. Может, найдется третий О'Нейл, который захочет возвыситься, женившись на мне.