Графиня - Кэтрин Коултер

Я с опаской оглянулась, и, хотя никого не увидела, сердце бешено колотилось. Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем дверь распахнулась и на пороге появился Джон, полуголый, в одних наспех натянутых штанах. Но окажись он даже в ванне, я все равно бросилась бы ему на шею. Поняв, кто перед ним, Джордж окончательно обезумел.

Джон, к его чести, выдержал неожиданное вторжение и даже не пошатнулся под моим весом.

— Энди, ради Бога, что творится? Что случилось? Джордж, молчать!

Но единственным способом успокоить Джорджа было взять его на руки. Так Джон и сделал: выдернул его из моих онемевших пальцев и, подхватив песика, другой рукой обнял меня за талию.

Я так задыхалась, что не могла говорить. Просто стояла, прислонившись к человеку, которого смертельно боялась. И не хотела двигаться. Только ощущала его теплое, сильное, мускулистое тело, зная, что теперь мы с Джорджем в безопасности.

— Все в порядке, — мягко прошептал он. — Все будет хорошо. Джордж, молодец, продолжай облизывать мое плечо. Энди, вы уже отдышались? Можете объяснить, что произошло?

— Почти, — пропыхтела я, обдавая его жарким дыханием. — Еще немного.

— Спокойно, спокойно, дышите глубже… вот так.

Он продолжал прижимать к себе меня и Джорджа. Я в жизни никому не была так благодарна, как этому человеку, стоявшему столь близко, что я слышала биение его сердца.

— А теперь излагайте все по порядку. Что-то случилось с Джорджем?

Его большая ладонь поддерживала мою спину. Я чувствовала, как его рука жжет меня сквозь полотно рубашки. Но почему же так горячо и спереди? Зато я жива. Жива!

И даже считаю удары его сердца, казалось, отдающиеся в моем. Теплые, размеренные, надежные… как он сам.

Но долго стоять так — неприлично. Нужно отодвинуться, хотя я не желала терять это его тепло, опасаясь, что без поддержки просто замерзну и снова начну дрожать".

— Я уже пришла в себя, честное слово, пришла.

— В вашей спальне нет пожара?

— Никакого.

— Шкаф не упал?

— Даже на дюйм не сдвинулся.

— Летучие мыши не забрались в комнату?

Он выругался. От удивления у меня подкосились ноги.

— Это все мерзкая Синяя комната, — процедил он и снова принялся сыпать проклятиями. — Вы увидели что-то вроде призрака. Вернее, вообразили, что увидели, и насмерть перепугались.

— Я действительно что-то увидела. Нечто ужасное и вполне реальное. Пытавшееся убить меня кинжалом с острым кривым лезвием. Я схватила Джорджа и удрала. Сюда. К вам.

Если он посчитал это странным, удивился, почему я примчалась к нему, а не к мужу, чья спальня была чуть дальше, все равно ничего не сказал, только снова притянул меня к себе. Я обняла его. Совсем забыв, что он мужчина. Опасный мужчина… а на мне только тонкая рубашка.

— О черт, — пробормотала я и ужасающе медленно принялась отодвигаться.

В голосе Джона, кроме искреннего веселья, прозвучало еще что-то, чего я не сумела распознать.

— А я все гадал, сколько времени у вас уйдет на то, чтобы понять: вы совсем рядом с чудовищем, вполне способным вас сожрать, а это куда хуже, чем снова оказаться в Синей комнате. — И, невесело вздохнув, он добавил:

— Знаете, Энди, это чудовище ничем вам не грозит, только вы никак не можете заставить себя поверить в это. Я прав?

Нет, мне этого не вынести, просто не вынести!

— Вы мелете чушь, причем совершенно неприличную.

— Пойдемте со мной, — рассмеялся Джон. — Зажжем свет, и вы подробно опишете существо, которое набросилось на вас с ножом. Джордж, немедленно замолчи. Я снова возьму тебя, только дай отыскать свечи.

Мы с Джорджем потащились за ним, потому что я боялась отпустить его от себя. Но сначала я закрыла и заперла дверь спальни.

— Вряд ли это создание погналось за мной, но и рисковать ни к чему. Если оно вдруг появится, вы вполне способны упасть в обморок, и тогда мне конец.

Джон укоризненно покачал головой:

— Всего две минуты назад вы были так напуганы, что слова не шли с языка. А теперь готовы шутить! Просто поразительно!

Говоря это, Джон умудрился найти и зажечь свечи, а потом, подняв канделябр, оглядел меня с головы до ног.

— Вы, пожалуй, замерзнете, — буркнул он, притащил свой халат и закутал меня, как ребенка. И даже пояс завязал. Джордж заскулил, и Джон прижал его к себе.

— Спасибо за то, что так быстро открыли дверь. Еще три секунды, и я, вероятно, попыталась бы ее взломать. Джон посмотрел на мои босые ноги.

— У вас редкий дар высказывать оригинальные мысли.

Он снова поставил Джорджа на пол и водрузил канделябр на маленький столик у двери. Потом подошел ко мне, поднял и принялся гладить по голове, приводя в порядок растрепанные волосы: стягивавшая их лента куда-то запропастилась.

— Теперь вам лучше?

— Да, — выдохнула я, хотя к этому времени мной снова овладел страх. Только уже по совершенно другому поводу.

— Наверное, — заметил он, отодвигаясь от меня и вновь подхватывая Джорджа, — вам пора позвать мужа. Знаете, того старика, что ночует в спальне слева по коридору? Не думаете, что именно ему, а не благоприобретенному племяннику полагается приходить вам на помощь в подобных случаях?

— Подонок! — прошипела я, развернулась, зашагала к двери и сжала дверную ручку, радуясь, что пальцы не дрожат. Открыв дверь, я увидела бегущих с противоположных сторон Лоренса и Томаса. Лоренс первым оказался рядом и, окинув взглядом мои босые ноги, халат Джона и всклокоченные волосы, заключил:

— Что-то произошло. С вами все в порядке?

К этому времени я уже успела обрести душевное равновесие и отступила, не желая вновь прижиматься к мужчине, кем бы он ни был.

— Да. Мы с Джорджем живы и здоровы.

Томас, задыхаясь, остановился. Даже в распахнутом халате, без туфель и с взъерошенными волосами он все равно казался ослепительным.

— Что тут творится? — осведомился он. Лоренс лишь покачал головой:

— Пока не знаю. Но что-то стряслось, Энди?

Все мы стояли посреди спальни Джона в неверном свете свечей, то и дело колеблющемся из-за ветерка, дувшего в открытое окно. Я зябко обхватила себя руками, но этого оказалось недостаточно. Пришлось нагнуться и поднять Джорджа. Больше я его не отпущу!

Песик, казалось, понял, что дело неладно и хозяйка в нем нуждается. Поэтому вздохнул и устроился поудобнее у меня на руках.

— Расскажите, что случилось, — посоветовал Джон, отходя к камину, чтобы зажечь огонь. На пороге появилась Амелия, недоуменно разглядывая нас. Ее чудесные волосы так и струились черным шелковистым водопадом.