Графиня - Кэтрин Коултер

Я сидела на краешке изящного мягкого креслица. Джордж, к счастью, согласился улечься у меня на коленях. Я рассеянно теребила его ушки, уставясь в остывший камин. В комнату вошли Лоренс и Амелия.

— Энди, — прошептал Лоренс, приближаясь ко мне, встал на колени и сжал мои пальцы. — Вы в новом доме. Столько всего случилось сегодня — пугающего, неожиданного, такого, от чего даже у самых флегматичных субъектов могут начаться кошмары. Я уж не говорю о том, что вы упали и ударились головой. Кто знает, какие последствия могло иметь это падение?

Я улыбнулась ему. Все, что он говорил, — истинная правда.

— Но я ничего не придумала. И это был не сон. Все происходило так, как я рассказала.

— Но, Энди, до этого дня в Девбридж-Мэноре не бывало ничего необычного, — возразила Амелия. — Не так ли, дядя Лоренс?

Лоренс покачал головой:

— Нет, ходили, конечно, истории о духах в этой спальне, о странных стуках и непонятных тенях, которых вроде бы не должно быть здесь, но никто и никогда не видел ничего сверхъестественного. Одни сказки — и только.

— Это не так, — вмешался Томас. — Помню, как однажды я зашел сюда, вскоре после смерти Кэролайн, просто сидел у огня и читал, но, должно быть, заснул. Что-то коснулось моей щеки, одновременно теплое и ледяное. Открыв глаза, я на мгновение увидел ее, а потом она просто растворилась в воздухе.

Я вгляделась в него, не желая верить. Скорее всего это фантазии впечатлительного человека. А я? Я всегда отличалась весьма живым воображением.

Но на этот раз я не грезила. Не грезила!

В комнату ворвался Джон, и я подняла глаза. Джордж приветственно тявкнул. Я снова принялась гладить его, на этот раз медленнее.

— Мой ятаган на месте, шкаф заперт.

Я ошарашенно пялилась на него.

— Я собираю ножи, — пояснил он. — Один из самых ценных экспонатов — мавританский королевский церемониальный нож, которому больше трехсот лет, с очень острым лезвием и красной тесьмой ручного плетения, прикрепленной к рукояти. В рукоять вставлены два огромных рубина. Но главное в том, что лезвие — золотое. Я обнаружил, что кинжал лежит под стеклом.

— Хочу его видеть, — объявила я и, поднявшись, направилась к двери, прежде чем муж начнет рвать и метать и примется допытываться, так ли я безумна, как его вторая жена. Джону поневоле пришлось идти со мной, поскольку я понятия не имела, где находится его коллекция. Оказалось, ножи хранятся в его спальне.

Джон зажег еще несколько свечей. Все последовали за нами, даже Амелия, непрерывно зевавшая и твердившая, что это уже слишком и подобный сон может увидеть каждый, особенно после такого суматошного дня.

Но я молча шла за Джоном. И едва не проглотила язык при виде кинжала, лежавшего на красном бархате. Даже поспешно отступила.

— Именно его держала старуха. Я припоминаю тесьму. Она свесилась с рукояти, когда старуха подняла кинжал. И два больших рубина. Они сверкали алыми огнями. Но как кинжал оказался на месте?

— Он его и не покидал, — уверенно заявил Лоренс. — Вы, должно быть, видели его раньше, когда зашли сюда, и он и стал кинжалом из вашего кошмара.

— Нет, — настаивала я, — такого быть не могло.

— Энди, — шепнула Амелия, погладив меня по плечу, — забудьте. Все кончено. С вами ничего не случилось. Джордж не пострадал. День был трудным. Утром все предстанет в другом свете.

И тут впервые я задалась вопросом: уж не привиделась ли мне старуха? Возможно, это действительно всего лишь кошмарный сон, вызванный падением или ощущением того неумолимого зла, которое царило в Черной комнате? Но как же тогда объяснить тот случай с Амелией?

Я почувствовала, как невероятная усталость охватывает меня. Больше мне нечего было сказать. Отвернувшись от всех, я побрела в Синюю комнату. Джордж побежал за мной.