Вспомнить о будущем - Вайолетт Лайонз

Агрессивность Джейн почти мгновенно улетучилась, уступив место горечи. Значит, вот что тогда задумал Бертран, приписав ей это намерение. А задумал он это здесь, в этой гостиной, в ту последнюю ночь перед гибелью.

— Да, я познакомилась с Бертраном на свадьбе Кэтлин… да, в моей голове шумело от шампанского, которое навязал мне твой брат, прекрасно зная, что я не привыкла к алкоголю. Как выяснилось позже, он специально добавил в шампанское водку.

Джейн услышала, как выругался Элджи, и замолчала. Обернувшись к нему, она увидела его нетерпеливый жест, которым он без слов просил ее продолжать.

— Не буду отрицать, в ту ночь мы оказались в одной постели, но это была моя постель… Бертран вломился в мою комнату, хорошо понимая, что я буду не в состоянии оказать ему сопротивление. Меня он тоже взял силой…

Глаза ее потемнели от этого воспоминания, губы задрожали так сильно, что трудно было говорить. А рассказать она обязана, и Элджи должен выслушать эту историю до конца. А уж поверит он или нет, это его дело. Ей уже все безразлично.

— До этого случая я… ни с кем… не спала. В силу своей невинности только через три месяца я поняла, что беременна, и пришла в ужас. Денег нет, дома нет, родных нет, обратиться не к кому. Однажды в какой-то газете я увидела фотографию, на которой был запечатлен Бертран… во время какого-то приема. Вот тогда я и приехала в Нью-Йорк, надеясь отыскать его.

— Но почему? После того как он так обошелся с тобой?!

— Глупо, конечно. Но я почему-то подумала, что, возможно, ошиблась в нем. Что, может, он не хотел быть жестоким по отношению ко мне и, когда узнает о моей беременности, пожелает мне помочь. И еще… я считала, что у меня есть перед ним обязательство.

— Матерь Божья! — воскликнул Элджи. Он был откровенно потрясен. — Обязательство? Перед ним? Какое еще могло быть обязательство?!

— Я считала себя обязанной сообщить ему, что у него будет ребенок. Дать ему шанс как отцу. Мне потребовались месяцы, чтобы узнать, где он живет. За эти месяцы я потратила все, что у меня оставалось, силы были на исходе, я дошла до полного истощения, поэтому, когда ребенок родился, у меня не было молока и я не смогла кормить его. Вот тогда я и поселилась на Садовой улице. Адрес Бертрана я узнала перед самыми родами. Когда мы с ним встретились, он сказал, чтобы я ни о чем не беспокоилась, что он обо всем позаботится. И я поверила ему.

— На самом деле он собирался отнять у тебя ребенка.

Округлившимися глазами Джейн уставилась на Элджи.

— Как ты узнал?

— Джейн, я слишком хорошо знал своего брата. Я любил его, что не мешало мне видеть его пороки. Бездушный эгоист, жадный до денег. Он всегда завидовал тем, у кого они водились, но был слишком ленив, чтобы зарабатывать их самостоятельно. К тому времени, когда вы с ним познакомились, он уже вытянул у отца немало денег. Бертран пил, пристрастился к азартным играм и просадил целое состояние. Отец, может, и мягкий человек, но не дурак. Он сказал Бертрану, что денег ему больше не даст, пока тот не докажет, что исправился и стал ответственным за свои слова и поступки человеком.

— Дэнни, — едва слышно произнесла Джейн и покачала головой.

Но Элджи услышал и кивнул с мрачным видом.

— Подозреваю, он собирался преподнести Дэнни отцу в качестве долгожданного внука. Отец мечтал о внуке и не оставил бы его без материальной поддержки, независимо от своего отношения к его папаше… Бертран не сомневался и в том, что я тоже захочу помочь.

Джейн уловила в его голосе нотку горечи.

— Ты говорил, что собирался приехать в Нью-Йорк?

Элджи кивнул.

— Бертран позвонил мне, сказал, что узнал о существовании своего ребенка, мать которого предлагает ему выкупить младенца. А потому ему нужны два миллиона долларов, чтобы избавиться от тебя.

— И ты собирался снабдить его такими деньгами?!

— Он знал, что после потери собственного сына я готов на все, если речь идет о благополучии ребенка. Я готов был снабдить его такими деньгами…

Губы его дергались, теперь она отчетливо услышала в его голосе горечь переполнявшего его страдания.

— Только сомневаюсь, чтобы ты увидела тогда хотя бы часть этих денег. Впрочем, это уже не имеет значения. Прибыв в Нью-Йорк, я узнал об аварии. Бертран был мертв, а ты оказалась в больнице.

И он взял на себя заботу о женщине, которую считал чуть ли не проституткой, по крайней мере особой эгоистичной и жадной до денег, готовой продать даже собственного ребенка. Что может быть отвратительнее? Так почему он так поступил? Джейн вспомнила его слова, сказанные еще в больнице: «Я чувствовал свою ответственность». Теперь она увидела все в новом для себя свете.

Джейн отвернулась от Элджи, ей надо было спокойно подумать хотя бы несколько минут, а лицо Элджи мешало ей сосредоточиться. Лицо человека, которого, как ей казалось, она полюбила. А что теперь творится в ее сердце, она не могла сказать определенно, не было времени копаться в себе, да и не хотелось этим заниматься. Слишком многое еще оставалось неясным в ее прошлом, с чем ей надо срочно разобраться.

— Итак, ты взял на себя обязанность заботиться обо мне и моем ребенке, — сказала Джейн, глядя в темноту за окном. — Но ты не сказал мне, что Дэнни мой сын.

Джейн видела отражение Элджи в оконном стекле, видела, как нерешительно он шагнул к ней и остановился.

— Джейн, ты же знаешь, почему так вышло. Ты была слишком слабой и ничего не помнила о сыне. Врачи не советовали…

— Я знаю, что советовали врачи! — оборвала его Джейн. — Признайся хоть сейчас, Элджи, тебя такое положение устраивало как нельзя лучше.

Он промолчал, и она медленно повернулась к нему лицом. Встретив ее взгляд, он нахмурился.

— Расскажи мне о своем ребенке, Элджи. О ребенке, который умер вместе с матерью, не успев родиться. Ведь именно так все произошло?

— Да. — Последовал тяжелый вздох, полный невыразимой печали, и Элджи опустил глаза. — Когда Камилла узнала, что у нее рак, она отказалась от лечения в надежде успеть дать жизнь ребенку. Но болезнь оказалась более запущенной, чем мы предполагали, и на пятом месяце беременности она умерла, унеся с собой нашего сына.

— Давно это произошло?

— Почти два года назад.

Он резко поднял голову, смотреть на него было невыносимо, столько боли и гнева было в его лице. Джейн внутренне содрогнулась.